Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 11, 2021

№ 10, 2021

№ 9, 2021
№ 8, 2021

№ 7, 2021

№ 6, 2021
№ 5, 2021

№ 4, 2021

№ 3, 2021
№ 2, 2021

№ 1, 2021

№ 12, 2020

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Станислав Секретов

В ожидании весны…

Елена Бочоришвили. Только ждать и смотреть. — М.: АСТ; Corpus, 2015.

 

Самое начало девяностых разделило жизнь Елены Бочоришвили на две части. Берлинская стена рухнула, «железный занавес» пал, родная для автора Грузия на какой-то период погрузилась в политический хаос. Пришлось уехать в далекую и чужую Канаду. Сперва казалось, лишь на время… В Канаде в 1999-м вышла дебютная книга Бочоришвили, последующие романы были переведены на несколько европейских языков, однако в России имя автора зазвучало лишь года три назад.

Тема эмиграции пронизывает насквозь все маленькие повести нового сборника «Только ждать и смотреть». В одноименной новелле, открывающей книгу, постоянно звучит фраза «Мы не они, они не мы». Авторский голос отчетлив и экспрессивен — на подобных рефренах строятся многие произведения Бочоришвили, вошедшие в сборник. Ее герои — эмигранты, «обломки затонувших кораблей», собравшиеся под одной крышей большого дома в Монреале. Дом — метафора вселенной: здесь вынужденно соседствуют разные люди с разным цветом кожи, разными характерами и привычками. И каждый из них — немного сумасшедший, у каждого — личная драма, накладывающаяся на драму историческую. Создавая на страницах сборника новый Вавилон, Бочоришвили заполняет его одинокими людьми, неспособными до конца понять друг друга, ибо язык одного персонажа чужд языку другого. Почему же они страдают и не знают, как жить в незнакомой стране? Все просто: «мы ведь без указок не можем, не привыкли». Вот и приходится героям надеяться на скорое наступление весны — календарной и духовной, а пока «только ждать и смотреть». И это объединяет разительно непохожих друг на друга личностей. «Пролетарии всех стран, раздевайтесь!» — эмоционально призывает писатель. Вы увидите, что у вас общая история, общее желание обрести любовь, общее неприятие войны. «Мы не они, они не мы. Или мы — одно целое… Разве можно разделить людей каким-то Занавесом, какой-то Стеной?»

Повесть «История рояля» — воспоминание о прошлом. Когда-то все собирались вместе: «не застойное время было, а застольное». Блестящий черный рояль становился свидетелем жизни большой грузинской семьи. Во время игры на нем застрелили сержанта, юную Фафочку на этом же рояле чуть не лишили невинности, на церемонии прощания с Андро гроб решили поставить прямо на рояль. Внимание на ярких деталях заостряется совсем ненадолго: главный герой новеллы — все же не рояль. В большинстве повестей сборника в принципе нет единого главного героя, к которому должно быть приковано основное внимание читателя. Если же центральный персонаж присутствует, для автора все равно важнее остаются окружающие люди, их кислород. Страна развалилась, развалились и традиции — рояль пришлось продать заезжему немцу.

О распаде СССР — «страны обманутых надежд» — и его последствиях Елена Бочоришвили говорит в каждом рассказе. Запретное открылось, нравы стали другими. Об особенностях советского секса можно смело рассуждать, а гомосексуализм превратился в будничное явление. Персонажи-геи не раз обнаружатся на страницах книги. С тем, что еще вчера социуму казалось непонятным и активно отторгалось, сегодня относительно мирно соседствуют. Все люди разные, и все же огромный спектр общечеловеческих ценностей продолжает сближать героев, в одночасье лишившихся привычных социальных ориентиров. Персонажи новелл презирают прогнившую советскую систему, сравнивают ее с «поездом, летящим в никуда», но когда система рушится, становится только хуже. В рассказе «Мои душистые старички и благоухающие старушки» размышляющий автор ставит рядом восклицание и вопрос — оба риторические: «Нет на Земле ничего лучше твоей родной страны! <…> Но если в ней жить — нельзя?» Ее герой Сандро предпочтет навсегда уехать из Грузии за границу. Мысли о возвращении, конечно же, не исчезают. Чувствуется, в переживаниях этого героя сильнее всего отразились личные переживания автора, постоянно вспоминающего родину. «Мои душистые старички…» — самобытная портретная галерея. «Портрет — это не нос и не рот, а история жизни». Сандро сумеет нарисовать целую коллекцию образов: мать — прекрасная птичка в клетке, трогательно чокнутый отец, его колоритные друзья, знакомые и покровители… Однако главной картиной жизни станет «Ремейк». В последние годы все чаще и чаще выходят новые версии старых добрых фильмов и музыкальных хитов. Результаты, как правило, оказываются весьма спорными. Сандро же пытается переделать, переснять, перезаписать саму жизнь, начать ее заново с учетом имеющегося бэкграунда и старых ошибок.

Новеллы Бочоришвили обладают «вторым дном». За линиями героев скрываются авторские философские обобщения. Почему именно этих старичков и старушек писатель подталкивает к главному герою? Почему для Сандро так важен «Ремейк»? «Мои душистые старички…» превращаются в развернутую притчу о втором шансе в судьбах. Элементы притчи явно или скрыто проявляются во всех рассказах. Если же рассказы до предела сжать, неизбежно получится мудрый кавказский тост — и завершаться он должен торжественным: «За родителей!».

Мысли о родителях — очередной и очень важный сквозной мотив новелл Елены Бочоришвили. Своего апогея он достигает в повести «Голова моего отца». Здесь два отца и два сына: герой пишет письмо приемному ребенку, рассказывая о своем отце и об утраченном времени. Снова «двойное дно»: отец персонажа трагически погиб — голову пришлось хоронить отдельно от тела. При жизни же отец сочинял тексты докладов для больших партийных деятелей. Эти деятели, витая в эмпиреях, никогда не видели, как живет простой народ — будто голова существовала отдельно от тела. Огромная страна исчезла, но мало что изменилось: «…наше будущее совершенно не зависит от нас. Нас все равно никто не спросит. Нам только ждать и смотреть». И по-прежнему насущна цитата из книги Бочоришвили: «Каждый человек счастлив там, где нет войны».

Ну почему в современном мире столько военных конфликтов? Разве люди не имеют права спокойно, без внешнего вмешательства, жить на своей земле, на земле своих предков? Зачем уничтожать веками налаживавшийся порядок ради чьих-то сиюминутных интересов? Горькое слово «война» звучит на протяжении всего сборника, наиболее отчетливо — в новелле «Опера», где уже в самом начале пугает жуткая реплика: «Я был убит на войне». Талантливый музыкант, страну которого раздирает гражданская война, чтобы хоть как-то заработать, вынужден петь на похоронах. Каждый день он видит страшные последствия войны своего народа со своим народом. Парень, застреленный точнехонько в глаз, девяностотрехлетний старик, убитый из-за дорогого перстня, историк, повесившийся потому, что больше не мог содержать семью. Погибнет и невеста героя, и сам герой. Останется лишь зловещий образ черного ворона, сидящего на церковном крес-те. Счастье в таких условиях невозможно — утверждает автор.

О природе счастья Елена Бочоришвили рассуждает в рассказе «Красивая жизнь, Бель Ви». Точное наблюдение — мы не осознаем, что счастливы, пока это счастье не потеряем. Так где же оно? Неужели там, где нас нет? Коротенькая, всего в два абзаца зарисовка «В эмиграцию…» — почти стихотворение в прозе. В центре — поэтический образ птицы, стремящейся улететь в рай. Чтобы оторваться от родной земли, надо отрубить хвост. И жизнеутверждающий восклицательный знак сразу меняется на сомневающийся вопросительный. Покупать ли свободу такой ценой? В повестях Бочоришвили свобода и смерть нередко становятся синонимами. Зато, полностью освободившись, можно радикально все изменить и попасть либо в Новый свет, либо на тот свет. Несмотря на то что отдельные рассказы сборника уже становились достоянием публики, книга получилась единым полотном, скрепленным внутренним монологом автора и содержанием, основанным прежде всего на личном опыте.

Персонажей сборника «Только ждать и смотреть», наверное, как и их создателя, терзает «странная ностальгия». В стране прошлого действовали десятки ограничений и за-претов, не было «красивой жизни», а после прекращения ее существования в ряде уголков бывшей «империи зла» случились кровопролитные военные вспышки. Затем каждый получил второй шанс. «Самое время»? Может быть. Перемен мы дождались. А вот прекрасная весна пришла не к каждому…

 



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru