— Хелена Побяржина. Валсарб. Дарья Леднева
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 2, 2024

№ 1, 2024

№ 12, 2023
№ 11, 2023

№ 10, 2023

№ 9, 2023
№ 8, 2023

№ 7, 2023

№ 6, 2023
№ 5, 2023

№ 4, 2023

№ 3,2023

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии



Голос безымянных душ

Хелена Побяржина. Валсарб. — М.: Альпина. Проза, 2023.


Хелена Побяржина — белорусская писательница и переводчица с польского. Ее дебютный роман «Валсарб» попал в короткий список XVIII сезона «Большой книги».

Книга о детстве часто строится как мозаика воспоминаний. Легко поддаться соб­лазну повесить на такое произведение бирку автофикшна, однако перед читателем далеко не всегда рассказ о бывшем на самом деле, в данном случае это выдуманная история, художественный образ. Впрочем, «Валсарб» не только о детстве, это еще и наброски семейной хроники и восстановление исторической справедливости.

Героиня играет словами и коллекционирует перевертыши: «в аду — удав, восторг — грот сов, завиток — кот и ваз, парк — крап, великая — я аки лев. От них клонит в сон, сон — нос, летаргия — я игра тел». Название города тоже перевернуто. Валсарб вы не найдете на географической карте. Зато найдете город Браслав. Город-кладбище, город — мученик Холокоста, где было убито четыре тысячи евреев. Край, где погиб Георгий Эфрон и лежит безымянным в братской могиле. Забытых безымянных душ в городе полно, и все они приходят к маленькой героине. Но ничего общего у романа с жанром хоррора нет и в помине.

Прекрасно изображен детский взгляд на мир. Так, фантазия ребенка превращает фигурки на ковре в первобытную наскальную живопись, а героиня совершенно серьезно недоумевает, почему много Матерей Божьих: «Из угла за мной пристально наблюдает Матерь Божья, не Валсарбская, какая-то другая, удивительно, что Бог один, сын у него один, а Матерей с ума сойти, как много — поди разберись». Слова-перевертыши — тоже способ осмысления мира. Например, вместо слова «кабинет» героиня видит «тени бак» и рассуждает, что «бак» — это от слова «бактериальные», а значит, бывают ли бактериальные тени? В рассказ о повседневном легко и естественно вплетены фольклор, стишки, присказки, считалочки: вышел месяц из тумана, на золотом крыльце сидели, придет серенький волчок и укусит за бочок, сто одежек — все без застежек.

Так вырисовывается отношение героини к жизни: непосредственность, незамутненность взгляда, странность и любопытство. В силу особого мироощущения героиня единственная способна заметить призраков.

Художественный метод автора — фрагментарность повествования — позволяет охватить примерно десять лет воспоминаний девочки: от того момента, как тени пробились к ней, до того момента, как она стала достаточно взрослой, чтобы найти ответы. Проблемы, волнующие героиню, складываются в несколько сквозных сюжетов: холодная мать, которая не обнимает дочь, одноклассники, которые чуют ее инаковость и смеются над ней, и форма невольного соперничества с троюродной сестрой Алей (их бабушки родные сестры). Хотя Аля младше, она ведет себя как старшая, с превосходством, и задумывается о вещах, от которых героиня очень далека.

Отдельное место занимает тема справедливости. После очередной стычки с учительницей девочка чувствует, что не вписывается в общество, а затем ей снится парень, погибший на войне, его мысли, чувства, его уверенность, что все непременно будет хорошо. Но разве справедливо, что он, такой жизнерадостный, умер?

По мере взросления и новых открытий (например, столкновения с реальной смертью. Одно дело — общаться с призраками, другое — когда умирает живой человек) героиня все острее чувствует несправедливость жизни.

Финал романа — густые размышления. Теперь предстоит собрать воедино все, что знала девочка о мире, и дойти до самой сути.

Ощущение собственной странности, обособленности перерастает в чувство страха жизни, бессилия перед ней.

О чем эта книга?

О взрослении одной маленькой девочки? О причастности человека к всеобщей истории? О тех, кто погиб во время войны?

У разных детей разные детства. И разные пути взросления. В жизни одних ничего особо примечательного не происходит. Кто-то, наоборот, сталкивается с психологическими травмами, старается их забыть, создает себе воображаемых друзей, альтер эго и в итоге разбирается в себе (мальчик Артур из романа «Типа я» Ислама Ханипаева). Кто-то уходит в остраненное восприятие мира: детство Кати из романа «Калечина-Малечина» показано в мифологических образах, в экспериментах с языком (в «Валсарбе» тоже эксперименты, но другие). Однако магическое мироощущение — в первую очередь способ изображения травмированного нелюбовью детского сознания. Девочка из Валсарба тоже ощущает нелюбовь, окружена смертью, живет в городе-кладбище, но ей и в голову не пришло бы самой умереть. Она совершенно иначе воспринимает жизнь, ей все это интересно и любопытно. Несмотря на то что вокруг так много смертей и про смерть, «Валсарб» — книга о жизни и о продолжении жизни.

В каком возрасте человек задумывается о смерти? И задается вытекающим отсюда вопросом о смысле жизни и о предназначении? В определенный момент с этими вопросами сталкивается каждый подросток. Героиня понимает ответственность за то, что она живет, а кто-то нет. «В какой-то мере я проживаю жизнь за одну маленькую девочку и одного убитого парня, люди считают меня странной, но ведь они не знают всего». В то время как Катя из «Калечины-Малечины» чувствует, что весь мир ополчился на нее, девочка из Валсарба находит свою точку опоры, тех людей, которым она как бы должна, уже просто потому, что она жива, а они — нет. И в этом она находит свое «предназначение, то есть задание, которое нужно выполнить».

Безымянные призраки отчаянно хотят быть услышанными, и только она может дать им голос. Восстановить справедливость, поместить на памятник братской могилы потерянное имя.

«Но не существует отчаянья сильнее, чем отчаянье безымянной души».

Детство, взросление и личная история одного ребенка оказываются тесно вплетены в историю города и даже больше — в мировую историю, так как и Великая Отечественная война, и Холокост, и прочие беды — это беды всех людей. Перед нами история, героиня которой, остро чувствуя боль несправедливости, рано осознает свою ответственность и причастность к мировой истории. Она не столько занята собственными проблемами и самокопанием, сколько открыто смотрит на мир и хочет что-то сделать для него. Это пример активной, думающей, тонко чувствующей маленькой героини, ребенка, которому важен мир вокруг и не только то, какой он сейчас, а его прошлое и будущее. Потому что только мы — живые — и можем что-то исправить.


Дарья Леднёва




Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru