Августовские эклоги. Стихи. Василий Нацентов
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 2, 2024

№ 1, 2024

№ 12, 2023
№ 11, 2023

№ 10, 2023

№ 9, 2023
№ 8, 2023

№ 7, 2023

№ 6, 2023
№ 5, 2023

№ 4, 2023

№ 3,2023

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Об авторе | Василий Павлович Нацентов — российский поэт и прозаик (родился 7 декабря 1998 года, Каменная Степь Воронежской области). Окончил магистратуру географического факультета Воронежского университета. Пресс-секретарь регионального отделения Русского географического общества. Лауреат премии правительства Воронеж­ской области и Международной литературной премии им. В. Аксёнова.  Публиковался в «Октябре», «Сибирских огнях» и др. Участник Международного форума молодых писателей России (Фонд Филатова, в 2018 и 2023 годах, семинар поэзии журнала «Знамя»). Участник АСПИР. За книгу стихов «Лето мотылька» Василий Нацентов стал финалистом и обладателем специального приза премии «Лицей-2019» им. А.С. Пушкина. Предыдущие публикации стихотворений в «Знамени»: «александрийский прочерк» (№ 3, 2019); «гулкое и пудовое» (№ 8, 2020); «Война сшивает цыганской иглой…» (№ 9, 2023). Живет в Воронеже.




Василий Нацентов

Августовские эклоги



Эклога первая

Ближняя Дача


Структура малинника. Скульптура славки
                                                  серой ли, ястребиной.
Ветер ­плывёт в листьях, как трепет приёмника.
Капля дождя грибного. Звонок остролистный.
 Старая малина похожа на проволоку,
на волосы Смуглой Дамы из сто тридцатого сонета Шекспира.
Проще оболгать этот возраст, эту тяжесть характера
всякого дня, всякой малины в августе.
Быть в тени собственного дерева
и радоваться, как в галерее.



Эклога вторая

Арборетум* ночью

 

Второй выводок зябликов,
и каждый дождь ночной, как перевал осени,
как перелом помидорной ветки,
подвязанной ещё в мае:
шпагат, созревание, тяжесть, пища,
укус комара в верхнюю губу, как подростковый герпес,
женщина, как жилище. В такт, робко.
Клеймо клёна. Паутины татуировка.
 И все листья братья. Все листья братья.



Эклога третья

куст мелколистного боярышника. Северная экспозиция Арборетумной балки


Крылышки осенних жигалок
вспыхивают на заходящем солнце,
как маленькие ожерелья,
как маленькие озаренья —
к осени —
о ненужности,
                     жалости,
                                слабости.
Кучевые похожи на страхи:
небо закрыто второй год, и всё можно:
облако тянется вниз, как скатерть.



Эклога четвёртая

сидя на ветке старой груши, посаженной Конрадом Эдуардовичем Собеневским**

Голос горлинки. Взгляд Франчески.
Дыбки степной*** моторчик. Грохот товарняка.
Арборетум Конрадович Собеневский.
Кучевые, ночью редкие облака.

Импрессионизм акациевой аллеи.
В центре, на Лунной Поляне, бой стрекоз.
Хитин всё жёстче, столкновенья смелее.
Целовальня белого. Аэродром. Хаос.

Запах спеющих слив, холодный ещё,
и груш гниющих оскомистый:
порука крепкая, круговая.
 Сквозь пальцы тропинок рассыпающиеся дрозды.
Гроза на западе. Жизнь другая.



Эклога пятая

балка Садовая. Грибной дождь


Волны ветра. Световые ладьи.
 Толстый вяхирь на качелях сухого вяза.
И листья не осенние — лучистые, наливные,
                                              тяжёлые разве.

Темно, как в лесу.
Пережидаю дождь под кустом боярышника
со знаменем отцветающего девясила,
со знанием ветра,
               переходящего здесь, в облесённой балке,
                                                в знание ветерка.

Чертополох и после дождя пушит —
на сквозняке дороги плывут семянки
вверх, к пруду, на косимый кусок степи,
невечерний, паркий.



Эклога шестая

ещё раз Ближняя Дача


Два весёлых щегла на фоне тёмных туч,
яркие, лоскутные: одуванчики Романовича.
 Перещёлкивающиеся малиновки.
На терносливе, за домиком, ястребиная славка — мне: чи-ри-ри.

Дождь рассыпается в солнечном свете.
Сидим с отцом, не прячась, на старых дубовых пнях,
говорим про изумрудную златку и пенсильванский ясень.



Эклога седьмая

на поле юго-западнее Чёрного пруда****


Август ставит восклицательные знаки:
сверкает чистейший рубин, как сказал бы Данте.
Жара спадает, и порыв ветра скидывает в чёрную воду пару червивых груш.
Лисица перепрыгивает через упавшие дубы старательно, как шпион в тылу.
Только по мостику гулко так, виновато, как в туфельках на балу.



Эклога восьмая

Дальняя Дача


Одинокая стрекоза
и красная смородина, которая будет висеть до мороза.

Метафоры скумпии
 заглядывают, как сосед-двоечник в тетрадь,
 на пространство пара.
 В синеголовнике плосколистном спит оса.



Эклога девятая


Стрекозы глаза —
множество омматидий*****
                      с сенсорной клеткой в каждой,
                                             с памятью археомм,
с фасеточной, пирамидальной жаждой
знания о другом.



Эклога десятая

проснувшись ночью. На даче


                    «И я услышал: это жизнь моя
                       меня звала, пока я спал, как мёртвый».

                                                               Олег Чухонцев


Гремел на тупиковой ветке товарный в Павловск,
тлел звук сверчка,
и ярмарка дроздов затихшая напомнила кострище.
 На предрассветный, на щенячий сумрак
наваливался толстый самолёт
насильником, Тереем.
Земля моя родная, Филомела,
всё впереди! Грядущего приметы:
как на кроссовках вечерняя роса,
и комариный звон хрустальный,
как значенье тайное,
отделавшись от темноты, как слово,
от смысла отделившись,
как бог языческий дрожит,
как искушенье.



Эклога одиннадцатая

верховье Хорольской балки. Молодые липы


Дождь заканчивается, как будто Смуглая Дама снимает через голову платье.
После перевала липы только и думают что о пчёлах.
А сколько здесь всего, в плодородных травах!
К роднику руку — как к зайчонку-листопаднику.
Ву-ух! ву-ух! —
спелые жёлуди падают, как задувают свечи.




Примечание редакции: Эклога (от греч. ekloge — отбор, выборка) — жанр античной буколической поэзии, ориентированной на пастушескую тематику; сложился и окончательно оформился в творчестве Вергилия. В России опыты создания эклог встречаются у поэтов XVIII века, в частности у И.Ф. Богдановича. Основательно подзабытые в XIX столетии, они возродились в веке двадцатом, сохраняя накопленные многовековой историей жанра ассоциации. К таковым относятся «Полевая эклога», «Эклога 4-я (зимняя)» и «Эклога 5-я (летняя)» И.А. Бродского.

* Арборетум — дендропарк в Каменной Степи. Посажен К.Э. Собеневским в 1929 году на площади 11,49 га. Состоял из 372 видов деревьев и кустарников в количестве 15 970 шт. Памятник природы.

** К.Э. Собеневский (1867–1952) — выдающийся лесовод. Участник Особой (степной) экспедиции профессора В.В. Докучаева (1892 год). Соратник Н.И. Вавилова.

*** Дыбка степная (лат. Saga pedo) — кузнечик подсемейства дыбок. Самый крупный кузнечик России. Занесён в Красную книгу МСОП, Европейский Красный список.

**** Верхне-Хорольский балочный пруд. Сооружен в 1892 году. Согласно местной легенде, существовал и до экспедиции Докучаева.

***** Омматидий — структурная и функциональная единица фасеточного глаза насекомых, ракообразных и некоторых многоножек.




Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru