— Екатерина Басманова. – Миллионы не моего отца. Роман Сенчин
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 2, 2024

№ 1, 2024

№ 12, 2023
№ 11, 2023

№ 10, 2023

№ 9, 2023
№ 8, 2023

№ 7, 2023

№ 6, 2023
№ 5, 2023

№ 4, 2023

№ 3,2023

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии



Разрыв шаблона

Екатерина Басманова. Миллионы не моего отца. — М.: Стеклограф, 2022.


Есть такой термин — «жанровая литература». Впервые я услышал его лет пятнадцать назад в недрах одного издательства и с тех пор слышу все чаще. Странный, по моему мнению, термин, вредный. Слышишь или произносишь эти два слова, и словно стена возникает, разделяя литературу на такую и не такую.

Такая — серьезная, интеллектуальная, психологическая, а не такая — эта самая жанровая. Ну, или наоборот.

И вообще литература наша напоминает этакие выгородки, загончики. Вот фэнтези, вот детектив, вот пресловутый женский роман, вот приключенческий, а вот то, что с придыханием называют «проза»… И читатель везде свой, видит продукцию лишь определенной выгородки. Времена, когда один и тот же человек с увлечением и всерьез читал и Юрия Казакова, и Льва Овалова, и братьев Стругацких, сложно представить.

Впрочем, термин «жанровая литература» и справедлив. Действительно, произведения, которые к такой литературе относятся, строятся по определенным, очень жестким правилам. Отступление от них, знаю, у издателей считается браком. Пишешь детектив, так пиши детектив, а психологизм, сложности, философию разную не надо в него тащить — не Достоевский.

И когда я увидел вышедшую в издательстве «Стеклограф» книгу под названием (не самым, на мой взгляд, уклюжим) «Миллионы не моего отца», с аннотацией, явно указывающей, что это детектив-приключение, был удивлен. «Стеклограф» не специализируется на жанровой литературе, издает в основном стихи. Неужели и он решил стать коммерческим?..

Во многом чтобы ответить на этот вопрос, я и стал читать книгу. И имя автора привлекло — Екатерина Басманова. Я помню ее по премии «Дебют» (ее проза не раз входила в финал и полуфинал), читал ее рассказы в журнале «Знамя». Если она и написала детектив, то вряд ли по тем правилам, что выработались для этого жанра в соответствующих редакциях коммерческих издательств.

Да, книга для нынешнего времени необычная. Она возвратила меня во времена, когда детектив, приключенческий, любовный роман не были (по крайней мере в нашей стране) жанровой литературой.

Хотя начинается он вполне традиционно: молодые женщина и мужчина, Лиза и Михаил, становятся наследниками погибших отцов-бизнесменов. У Лизы муж, Вадим, естественно, слабак, нытик, вообще подловатый малый, а Михаил — «рыбка из офисного аквариума». Вскоре появляется и злодей с неприятной фамилией Бавыкин, вышибающий у Вадима чужие долги. Но вскоре персонажи начинают изменяться, каждому из них уделяется много внимания, что идет в ущерб динамике.

И это хорошо. Лично мне давно надоели книги с бешеной динамикой, в которых персонажи не едят, не спят, а только действуют, действуют, действуют, запросто перемещаются по миру.

Да, в романе Басмановой широкая география: Москва, Баден-Баден, Люксембург, Брюссель, Кипр. Но здесь это оправданно — так складываются обстоятельства, возникает необходимость ехать в другую страну. Ну, и какие же приключения без путешествий…

Примерно первая половина книги вполне укладывается в жанр приключенче­ского романа с элементами детектива. Интрига — поиск Лизой и Михаилом наследства погибших отцов — прочно, как крючок, цепляет читателя. А вторая половина рвет шаблон: автор подробно рассказывает о каждом из четырех героев, детально описывает их состояние в сложные моменты жизни. Вадим из плоского персонажа превращается в фигуру сложную, драматичную. Вторая половина романа интересна уже не столько сюжетом, сколько той самой психологичностью, что отличает серьезную прозу от жанровой литературы.

Пишет Басманова крепко, многие фрагменты хочется цитировать. Вот, например, о Москве: «Пространство между тоскливыми небом и землей было заполнено пестрыми магазинными витринами, запахом кофе и мурлыканьем музыки, яркой уличной иллюминацией, пробуждавшейся с наступлением темноты. Все это должно было отвлечь людей от земли и неба. Но люди не были веселы, они перемещались по городу, вовлеченные в плотные человеческие потоки, обидно ограничивающие их скорости — как бы быстро они ни бежали. Всякий, кто бежал быстро, хотел бежать еще быстрее, но неизбежно упирался в чужую спину. Тот, кто приобрел машину для большей скорости, в результате двигался медленнее, чем пешеход. Подземные завидовали наземным. Наземные проклинали пробки и сводки погоды. Здесь все страдали, но не настолько, чтобы покинуть Москву раз и навсегда».

По-моему, оригинально об обыденном, о том, в чем многие живут, видят, но не хотят замечать…

Или вот тоже вроде бы об общеизвестном, но нетривиально: «Лизу всегда удивляло это умение небольших и даже иных крупных европейских городов засыпать вовремя. Житель Москвы, она не экономила на кофе, но экономила на сне. Да и сон в Москве был жидкий, плохонький, иной, нежели даже провинциальный россий­ский сон. В столице он был не удовольствием, а необходимостью, и уж тем более не формой досуга. А здесь как будто бы был.

Лиза думала, как надо быть уверенным в завтрашнем дне, чтобы так спокойно погружаться в сон. Что нужно иметь в своей голове, или, наоборот, не иметь, чтобы тревожный разум не вспыхивал к полуночи. Как научиться относиться к прожитому дню как к старому супругу, а не случайному молодому любовнику, который покидает кровать, едва ты закрываешь глаза. Ты не увидишь его снова, а потому стараешься выжать из вашей встречи по максимуму».

Отличные эпизоды, и такого в романе предостаточно. Впрочем, ему не помешала бы более тщательная редактура. Встречаются досадные опечатки, огрехи в деталях сюжета, неловко построенные предложения. Может быть, если наметится переиздание, пройти по тексту тщательно, внимательно. Название менять, конечно, уже поздно, но, повторю, по моему мнению, оно неудачно.

Финал открытый. Не исключаю, что он разочарует тех, кто привык к тому, чтобы им показали все карты и поставили жирную точку. Здесь же остаются тайны, вместо точки — многоточие. Лиза и Михаил не становятся счастливыми мужем и женой (чего я ожидал и расстроился от того, что не случилось, словно речь шла о реальных людях), миллионы не сыплются на них теплым дождем.

Автор в очередной раз отступил от правил жанровой литературы, предпочтя правду жизни — не всякое приключение заканчивается удачно, не каждая любовь приводит к свадьбе. Быть может, задумано продолжение. Не надо. Екатерина Басманова писатель изобретательный — наверняка найдет или придумает новых героев, а этих оставит нам. Пусть мы, читатели, додумываем, как сложится дальнейшая жизнь Михаила, Лизы, Вадима, несчастного злодея Бавыкина, который, надеюсь, пересмотрит свое правило выдергивать ковровые дорожки из-под чужих ног… Многоточие зачастую много благотворней жирной точки.


Роман Сенчин




Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru