Жизнь библиотек в российских регионах Василий Авченко, Василий Нацентов, Надежда Колтышева, Борис Пономарев, Елена Бердникова, Галина Романова, Елена Сафронова, Алексей Голицын, Светлана Шишкова-Шипунова.
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 1, 2023

№ 12, 2022

№ 11, 2022
№ 10, 2022

№ 9, 2022

№ 8, 2022
№ 7, 2022

№ 6, 2022

№ 5, 2022
№ 4, 2022

№ 3, 2022

№ 2, 2022

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НЕСТОЛИЧНАЯ РОССИЯ



Жизнь библиотек в российских регионах


В начале этого года в рамках рубрики «Нестоличная Россия» мы спросили литераторов из разных уголков страны от Калининграда до Владивостока о том, как и чем живут книжные магазины в их городах1. В конце года редакция «Знамени» решила провести подобный опрос, но уже на тему жизни библиотек в российских регионах, задав нашим респондентам ряд вопросов:

1. Посещаете ли вы библиотеки своего города в качестве читателя? Какие книги берете вы, а чем, по вашим наблюдениям, чаще всего интересуются другие читатели? Есть ли в библиотеках вашего города литературные журналы? Как часто поступают книжные новинки?

2. Доводилось ли вам быть участником творческих встреч в библиотеках вашего города в качестве писателя? Сколько читателей обычно приходит на подобные встречи? Как часто такие встречи проходят?



1 Читай, город? // Знамя, 2022, № 2, с. 151–162.




Владивосток                                                Василий Авченко


(1) Если честно, давно не посещаю. Книги, которые мне интересны и нужны, чаще покупаю, в основном через интернет-магазины, иногда скачиваю. Иногда беру почитать у знакомых. Есть и другие, менее тривиальные способы — допустим, старые книги нередко выкладывают стопочкой у мусорных контейнеров, я всегда смотрю, что там, кое-что забираю себе. Включая, допустим, уникальные книги почившего «Дальиздата». Дети, школьники, записаны в библиотеки, ходят, берут книги — то по учебе, то для души… В общем, не могу сказать, чем сегодня интересуются читатели, это скорее вопрос к библиотекарям. То же самое — по литературным журналам. С ними я знакомлюсь в основном в «Журнальном зале». Отмечу, что некоторое время назад ряд библиотек городской сети Владивостока были реформированы, осовременены, это прекрасно. Но впереди еще много работы. Главной библиотекой Приморья считается краевая, имени Горького. Ее старое здание пустует и разрушается, новое так и не построено, несмотря на обещания чиновников. Имеющегося помещения явно не хватает. Порой пользуюсь — есть такая возможность — ведомственной библиотекой Института истории ДВО РАН. Там много специальных изданий, которых больше нигде не найти.

(2) Разумеется. Время от времени это случается. Вообще, насколько могу судить, и краевая библиотека, и городские, включая симпатичный обновленный «Бук», регулярно проводят те или иные мероприятия. Презентации, встречи, дискуссии. Выступают там и гости города — столичные авторы, критики, издатели, это замечательно. Подобные встречи проходят и в книжных магазинах — во «Владкниге», в «Игре слов». Сколько приходит людей? По-разному. От двадцати до ста, наверное. Но это все очень условно и зависит от целого ряда факторов. Да я и не считал специально.




Воронеж                                                        Василий Нацентов


(1) Библиотеки теперь, скорее, центры культурного притяжения. Вот уже пять лет молодые воронежские поэты собираются в юношеской библиотеке имени Василия Кубанева (был такой талантливейший советский поэт, погибший в войну в возрасте двадцати одного года). Встречи были чуть ли не каждую неделю: в первую и третью собирались сами, а во вторую и четвертую — студией «Современник», которую ведет Зоя Константиновна Колесникова, наша воронежская Ахматова. Последний раз, правда, собирались давно, в марте, на открытии литературного центра, который организовал наш департамент культуры. На этом все и закончилось. Не потому, конечно, что началось все то, что началось, но потому, наверное, что департаменту от культуры нужно одно, а культуре от департамента совсем другое.

Как читатель я захожу иногда в областную библиотеку имени И.С. Никитина. Она у нас в четыре этажа, с замечательной сценой, большим читальным залом, который почему-то напоминает мне читальный зал в Юрятине, описанный Пастернаком (каждый раз теплится у меня надежда: вдруг где-то там из-за стопки книг выглянет его Лара). В Никитинке я работал с краеведческой и статистической литературой: помогал жене, когда она писала диссертацию. На дом же книг я практически не беру. Сейчас и не вспомню, по-моему, года два назад брал томик Алексея Прасолова — прекрасного и, на мой взгляд, крупнейшего (по географической прописке) поэта прошлого века (ссыльный Мандельштам не в счет). А так хватает книг из домашней библиотеки. Если что-то не находится, звоню друзьям или забегаю на книжный развал, на который у нас приезжают даже из других городов с огромными «кээспэшными» рюкзаками. Недавно даже букинистический открылся!

Новинки практически не поступают. Из журналов на «Кубе» (так мы называем между собой библиотеку Кубанева) только местный «Подъем». В Никитинке «толстяки», кажется, появляются, но мне достаточно «Журнального зала», где свежие номера можно прочесть гораздо раньше.

(2) Помимо уже упомянутых есть еще Пушкинская библиотека. Там маленькая уютная сцена, на которой стоит рояль, зал в форме амфитеатра. Здесь тоже проходят поэтические и бардовские вечера.

Несколько раз в год (этот, правда, стал исключением) обычно куда-нибудь приглашали. Иногда одного, чаще с друзьями — поэтом Сергеем Рыбкиным и журналистом и публицистом Павлом Пономаревым.

Если судить по опытам прошлых лет, стандартный вечер собирал около тридцати — тридцати пяти человек. Приходили преимущественно молодые. Большинство или сами что-то писали, или дружили с кем-нибудь из пишущих, хотя встречались, конечно, и настоящие читатели. Эти у нас на вес золота!

Раньше мы и сами придумывали вечера. Особенно было здорово, когда приезжали гости. Например, Костя Комаров, который тогда еще жил в Екатеринбурге, из Москвы — Боря Кутенков, Полина Корицкая, Женя Кулиш из Выборга… Да много кто был! Сейчас с этим куда труднее. Не буду вдаваться в излишние подробности нашей региональной литературной жизни, скажу одно: теперь, чтобы устроить встречу в библиотеке, нужно пройти через негласный «цензурный комитет». Не всякому поэту (особенно из столицы) сегодня рады: то стихи не тому посвятит, то не с теми фотографию совместную выставит. Жить стало лучше, жить стало веселей, как в том анекдоте про Сталина…




Екатеринбург                                                 Надежда Колтышева


(1) Я записана в четыре городские библиотеки, в трех из них регулярно беру книги домой. Из четвертой — Свердловской областной научной библиотеки имени В.Г. Белинского, к сожалению, книги домой брать нельзя, а то бы я всю библиотеку постепенно перенесла. Воспитание у меня традиционное: с детства люблю читать бумажные книги. Читаю дома, на даче, в электричке по пути на дачу. В последнем случае ощущаю себя снобом или троллем. Все вокруг сидят в смартфонах, а я достаю, например, книгу В. Вересаева «Пушкин в жизни». Мне очень нравится, когда я такая не одна. Но чаще все-таки одна.

В библиотеках беру книги исключительно для работы. Вот сегодня пойду в детскую библиотеку имени Крапивина за книгой Р. Фраермана «Дикая собака Динго». Скоро еду экспертом на театральный фестиваль, посвященный подростковым текстам, надо перечитать.

Для работы с ребятами из студенческого театра взяла книгу «Комедия дель арте и жанр интермедии» М.К. Пезенти в библиотеке при Доме актера, а в муниципальном объединении библиотек — книгу А.К. Дживелегова «Итальянская народная комедия».

Когда писала книжные рецензии для одного местного глянцевого журнала, брала книги современных авторов. Из последних — сборник рассказов Анны Матвеевой «Катя едет в Сочи».

Вообще, я больше люблю книги покупать, чтобы они оставались в доме навсегда, но не все, во-первых, купишь. А во-вторых, для книг, конечно, надо иметь отдельный дом. Библиотеку.

Про других читателей могу говорить только со слов знакомых библиотекарей, которых у меня, по роду деятельности, очень много. Они говорят, что в массе своей люди предпочитают детективы, любовные романы, что-нибудь несложное. Но обязательно есть старая гвардия читателей, которая внимательно следит за литературным процессом и всегда просит самые новые, отмеченные литературными премиями, книги.

Литературные журналы в библиотеках есть. Но, увы, все зависит от финансирования. Выделят деньги на подписку — библиотеки с огромной радостью выписывают «Новый мир», «Знамя», «Дружбу народов» и другие издания. У нас читающий культурный город. Когда мы проводили фестиваль «Толстяки на Урале» и к нам приезжали главные редакторы ведущих толстых журналов страны, было очевидно, что наши земляки в контексте. С другой стороны, отсутствие каких-то журналов в библиотеке физически сегодня, естественно, не проблема. Ведь есть «Журнальный зал», и многие принципиально читают журналы там. Хотя это, наверное, тема для другого разговора.

С книжными новинками — все ровно то же, что и с подпиской. Есть финансирование — есть книги.

(2) У нас очень активные библиотеки — и в городе, и в области. А в них работают самые лучшие и святые люди, искренне любящие книги, читающие и страстные. В этом году в рамках майской ночи музеев прошла читка моей ин­сценировки пьесы А.С. Пушкина «Барышня-крестьянка». Зрителей было очень много, полный зал. Надо сказать, что библиотекари не только книги читают и другим советуют, но и прекрасно умеют организовывать встречи. Поэтому, как правило, в наших библиотеках пустых залов на встречах с писателями нет. И проходят они довольно часто. Можно даже не уходить из библиотеки, каждый день что-нибудь да происходит: лекции, кинопоказы, выставки, поэтические и творческие вечера. А еще обязательно дни и ночи чтения, литературные фестивали, книжные ярмарки. Я не представляю, как они выдерживают такой ритм жизни.




Калининград                                                    Борис Пономарев


(1) Да, посещаю. В основном я беру интересующие меня произведения художественной литературы, либо же нужные для работы над книгами издания — справочники, монографии, non-fiction. На мой взгляд, другие читатели предпочитают брать беллетристическую художественную литературу — детективы, приключенческие романы — либо же авторов, чьи имена на слуху (Сорокин, Пелевин, Яхина etc). Поступление литературных журналов зависит от конкретной библиотеки: районные филиалы не всегда имеют средства для подписки, и во многих из них имеются только подборки прошлых лет, ограниченные 2015–2016 годами (тогда, видимо, было сокращено финансирование). Когда мой первый роман опубликовали в «Неве», я долго искал бумажный экземпляр по всем библиотекам города — в конце концов, его удалось найти. К счастью, крупные центральные библиотеки продолжают выписывать журналы — «Знамя», «Новый мир», «Дружбу народов»… То же самое можно сказать про книжные новинки: новейшие издания достаточно быстро поступают в фонды библиотек, однако часто они бывают доступны либо под залог, либо в формате читального зала.

(2) Мне доводилось выступать с презентацией своей книги: на подобную встречу может прийти от десяти до пятидесяти человек. Это зависит от масштаба мероприятия и от известности регионального автора. На творческую встречу с крупным «столичным» автором, например, в рамках литературного фестиваля, может прийти гораздо больше слушателей. Два года пандемии сильно повлияли на культурно-книжную общественную жизнь: мероприятий в библиотеках стало ощутимо меньше, а многие литературные объединения вынужденно распались. Если в 2017–2019 годах в библиотеках был возможен молодежный поэтический фестиваль с сотней слушателей или же съезд литературных объединений области, то сейчас, в основном, все происходит в формате нечастых камерных авторских вечеров на пятнадцать-двадцать человек. Однако еще есть крупные ежегодные мероприятия, такие как «Дни литературы Калининград­ской области» или «Русский Гофман» — читателей там может быть больше.




Курган                                                              Елена Бердникова


(1) Часто бываю в Курганской областной универсальной научной библиотеке имени Югова и в городской имени Маяковского. Так как центральная библиотечная система Кургана иногда распределяет редкие новинки по небольшим библиотекам, у меня есть билеты и нескольких окраинных библиотек. Они получены буквально «ради одной книги».

Обычно читаю классику и специальную литературу, нужную для работы. То, что близко к моему замыслу и помогает настроиться. Иногда спонтанно беру новинки со стенда в открытом доступе.

Читатели, по моим наблюдениям и отзывам библиотекарей, «читают все». Но есть некий поколенческий водораздел: более старшая половина предпочитает русскую литературу разных периодов, более молодая — берет русских и иностранных книг примерно поровну. Но такой выбор может объясняться и особенностями комплектования книжного фонда. Молодежь чаще ищет новинки, а среди них преобладают переводы.

Как в разговоре со мной сказала главный библиограф центральной библиотечной системы Кургана Вера Алексеевна Пахорукова, «отечественной литературы абсолютно недостает, современных русских книг не хватает, хотя писательских имен вроде бы и немало. Зарубежная литература сейчас — это лавина, и не всегда качественная».

При этом в библиотеках вообще становится меньше новинок все последнее время, примерно лет пять. Партия недавно изданных книг может прийти буквально всего раз в год. Областная библиотека в этом отношении — исключение, там комплектация в разряде современной отечественной словесности явно и сильно улучшилась.

В ситуации фактического дефицита литературы на русском трудно переоценить роль толстых журналов.

По отзывам библиотекарей, каждый номер каждого журнала прочитывают несколько человек, непрочитанных, нечитаемых выпусков нет. Люди ценят эту форму жизни литературы, несмотря на то что у журналов и их авторов нет никакой рекламы. Библиотека имени Маяковского подписана на журналы «Звезда», «Дружба народов», «Москва», «Нева», «Наш современник», «Юность» и другие. При этом с середины 2021 года подписки на «Знамя» нет: в открытом доступе только относительно недавние архивные номера.

Я отдаю в краеведческий отдел областной библиотеки один-два экземпляра всех журналов со своими сочинениями. В этой библиотеке подписка на все столичные литературные журналы остановилась в 2015–2016 годах и на данный момент не возобновилась, хотя положительных изменений в библиотеке много.

(2) В 2011–2017 годах я нередко выступала на библиотечных событиях разного формата: поэтическом конкурсе, совместной читке, праздновании международного дня поэзии. По моим наблюдениям, число слушателей зависит от формата и обстоятельств встречи. Послушать автора приходят то тридцать, то восемьдесят человек. Когда приезжал уральский прозаик Алексей Иванов, зал был набит битком.

«В индивидуальном зачете» я в библиотеках почти не выступала: в городе до середины 2020 года работал Культурно-выставочный центр с прекрасными залами, литературными клубами и программами. Но эта институция была закрыта, фактически разгромлена — то есть преобразована областным правительством в Дом народного творчества — и профессиональные литераторы туда дорогу забыли.

Сейчас важнее библиотеки как пункты выдачи, нежели библиотеки как центры общения. Все попытки сделать библиотеки центрами анимации (семейного, социального досуга и т.д.) в этих условиях призваны, считаю, замаскировать нежелание государства комплектовать их достойно и с уважением к тем людям, которые ходят в библиотеки и в них работают. А когда начинаешь анализировать ситуацию с комплектацией — хотя бы очень поверхностно, то понимаешь, что в России просто издается очень мало современной русской прозы и поэзии. Оригинальных наименований не хватает, чтобы держать историческое «золотое правило» формирования средней библиотеки в провинции: 25% — русская классика, 25% — современная литература на русском, включая переводы с других национальных языков страны, 25% — иностранная классическая и современная литература.

Сейчас разряд современной русской прозы и поэзии — самый маленький, убывающий среди главных «статей прихода» библиотечных фондов. Если при этом малодоступны или фрагментарны подписки литературных журналов, то человек — напомню, живущий не в тайге, а в областном центре — вообще рискует потерять связь с тем, как его современники чувствуют, понимают и толкуют реальность. Примерно так страна великой литературной традиции оказывается «без связи».




Рязань                                Галина Романова, Елена Сафронова


(1. Галина Романова) Как читатель я посещаю библиотеку стабильно дважды в месяц. Стараюсь выбрать один конкретный «библиотечный день». Как правило, субботу или воскресенье.

У меня есть заранее составленный список, из которого и выписываю книги. Беру по настроению, по теме (например, только исторические книги, или только детективы, или только классику, или «в этом месяце читаю только про войну»). Редко-редко прихватываю книги случайным образом. Идешь мимо полок, и одна привлекает необычным форматом или яркой обложкой. Берешь, чтобы ознакомиться — и иногда попадаешь в десятку. Так я открыла для себя Франка Тилье. Его книга «Монреальский синдром» заинтересовала именно форматом (была самая маленькая на полке). Уже потом начала целенаправленно брать книги этого автора, а также этого издательства («Иностранка», серия «Лекарство от скуки»). Если говорить о том, что я читаю, то проще сказать, что я НЕ читаю.

Я практически не беру:

а) любовные романы (из-за предсказуемости сюжета);

б) дамские детективы (из всех авторов нравятся только Маринина и Устинова, а остальных пробовала и, как говорится, «не зашло», а у Марининой и Устиновой я почти все перечитала и не по одному разу давным-давно);

в) современных зарубежных авторов, о которых пишут блогеры, редко-редко записываю себе одну-две фамилии с пометкой «будет время, ознакомиться с творчеством...» По сути дела, если книгу рекламирует какой-нибудь блогер или просто усиленно рекламируют, для меня это как маркер «не читать!»;

г) стараюсь не читать и некоторых современных отечественных авторов, пишущих «про нашу жизнь». Зачем мне читать о том, что и так у меня каждый день перед глазами?

Что остается? Классика отечественная и зарубежная, мистика, старая (в том числе советская) фантастика, исторические романы, книги о войне, иногда детективы и упоминавшееся «Лекарство от скуки».

Что берут другие? Не присматривалась особенно. Но, насколько замечала, чаще берут публицистику или как раз современную прозу. Обещаю в следующий раз обязательно присмотреться.

...Кстати, вот случай на эту тему. Пришла в библиотеку, и одновременно со мной какая-то женщина тоже сдавала книги. Одна из них меня заинтересовала (обложкой, да!). Я попросила посмотреть, что за книга (прочесть аннотацию — стоит ли брать). А женщина так пожала плечами: «Это неинтересно. Это фантастика!» Что за книга? Ирина Богатырева «Жити и нежити». На мой вкус ничего так. Действительно фантастика, но качественная. Сильно отдает Булгаковым.

Про литературные журналы ничего не знаю, увы. Если они и есть, я их не видела. Нет, на тематических стендах на выставках в библиотеке встречаются иногда. Но чтобы просто... Не видела. Надо присмотреться.

Книжные новинки поступают регулярно. Как ни приду в библиотеку (раз в две недели), так на стенде вижу, что пришло что-то новое. Правда, из нового почти ничего мне не бывает интересно (публицистика, исследования, современная проза «про жизнь»).

(2. Елена Сафронова) Ситуация на сентябрь 2022 года.

Я выступала как писатель и критик в библиотеках Москвы, Петербурга, Нижнего Новгорода, Казани, Иркутска и т.д. — кроме Рязани. Потому ничего не знаю о частоте встреч с писателями и количестве посетителей. Это касается не только меня, но и Галины Романовой и всех рязанских фантастов.

Я не раз писала, что в Рязани живет целая плеяда фантастов, чьи книги выходили в центральных издательствах, а теперь продаются в Сети. Казалось бы, они должны быть кумирами библиотек. Но творческие встречи фантастам не устраивают, на масштабные литературные вечера не зовут. В 2019 году мы решили устроить творческий вечер одних фантастов. Его почти сорвал чиновник, которому поручили организацию, чудом успели все подготовить за неделю до встречи. На вечер 15 ноября 2019 года пришло человек тридцать. По его следам вышли несколько статей в прессе. Но после него, как и до него, нас с фантастами опять не зовут на официальные литературные акции.

Мне предлагают три возражения.

1.    Библиотеки выходят на творческие союзы, их главы назначают выступления членов организаций. Я числюсь в Рязанском отделении СРП с 2002 года. Его председатель весной 2021 года официальным письмом отказал мне в содействии и информировании по линии союза. Письмо декларирует политику, которая много лет велась негласно. За двадцать лет членства в РРО СРП я «от него» всего трижды выезжала в библиотеки области. Но есть ряд лиц во всех союзах, кому библиотеки звонят напрямую, а не через секретарей. Я к ним не отношусь. А фантасты и не состоят в местных писорганизациях.

2.    Никого не приглашают персонально. Лукавство! Есть список писателей — постоянных участников библиотечных мероприятий. Я их знаю пофамильно. Один из членов местного СПР недавно посетовал в соцсети, что крупнейшая библиотека области не сделала персональные приглашения на книжный фестиваль. Его один раз лично не позвали, он огорчился; а у меня так двадцать лет. В этом году, правда, меня как критика пригласили к участию в творческом клубе «Самородок», организованном культурными властями. Последнее мое выступление там прошло в апреле 2022 года. Дальше — не было то места моему докладу, то самих встреч клуба. А кроме «Самородка» меня по-прежнему никуда не зовут.

3.    Нечего ждать, надо самой проявлять инициативу. Тоже лукавство. С инициативой может выйти как с вечером фантастов. Тебе могут сказать про «частный факт твоей биографии». И что проявлять инициативу, если программа уже составлена без тебя? Минувшей весной был книжный фестиваль с презентацией новых изданий. Участников приглашали лично. Меня «забыли». Я хотела подарить библиотеке межавторский сборник центрального СРП. Сначала дарение поставили в итоговый концерт приглашенных, потом «вклинили» в групповую презентацию между двумя книгами. Спасибо библиотечным работникам, что нашли выход, но могло быть и проще…

Я не отказываюсь проявлять инициативу. С Татьяной Бочаровой, членом СПР, мы разработали проект поэтических чтений с одновременным критиче­ским разбором «В глубине стиха», по образцу «Критического минимума». Идею передали директору Рязанской областной библиотеки имени Горького. В беседе она ее одобрила. Мы прислали в библиотеку описание проекта. Но первый вечер был поставлен в планы лишь конца осени. Поэтому пока опасаюсь давать прогнозы. Пожелайте нам удачи!




Саратов                                                        Алексей Голицын


(1) Сфера моих интересов — культурная и общественная жизнь Саратова первой половины ХХ века. Основная часть сведений об этом периоде, помимо архивных документов, зафиксирована в СМИ. Но оцифровка периодики тех лет на сегодняшний день не стоит даже в планах библиотек, поэтому работать приходится как обычно — физически перетаскивая подшивки формата А2.

В последние годы в Саратове краеведение обрело черты массового общественного движения. Причин было много — и варварский снос исторического центра города, с одной стороны, и подвижническая работа краеведов с другой. Все это привело к тому, что в крупных библиотеках открылись специализированные отделы с местными изданиями — именно за их счет и выполняются «целевые показатели посещаемости государственных учреждений культуры». Последнее, кстати, неожиданно стало препятствием на пути к «цифровизации библиотечных услуг» — кто же пойдет дышать пылью, если можно открыть pdf?

Литературные журналы есть, разумеется, во всех крупных библиотеках Саратова, а вот в районных — не встречал. Кроме, может быть, перестроечных номеров «Знамени» и «Нового мира», которые выполняют там функции «оберегов» и не списываются. Журнал «Волга», в котором я работаю, разношу по библиотекам сам, из одной — Областной универсальной научной библиотеки — мне звонят, если задерживаюсь. Что косвенно говорит о читательском спросе.

Джентльменский набор «толстяков» складывался десятилетиями — и сложился. А в одной из центральных библиотек в дополнение к нему регулярно появляется нижегородское издание.

Стенды с новинками обновляются, но периодичность проследить трудно. Если я правильно понимаю, бюджет регионального министерства культуры принимается на год вперед, а уж как в дальнейшем закупаются новинки — зависит от множества факторов. Местные авторы и издатели сотрудничают с библиотеками напрямую, первые — из тщеславия, вторые — для отчетности. Не знаю случаев, когда беллетристика саратовских авторов закупалась непосредственно библиотеками — речь идет либо об изданиях за свой счет, либо на гранты того же минкульта.

(2) В Саратове исторически сложилось устраивать книжные презентации в музеях, а не в библиотеках. И речь здесь, конечно, не идет о какой-либо ущербности последних, а только о большей расторопности первых. Представлять книги в литературных музеях естественно, но почему-то в музее Федина это происходит постоянно, а в доме-музее Чернышевского — редко. Хотя в конце 1980-х первое неподцензурное художественное объединение Саратова «Контрапункт» устраивало поэтические чтения — в том числе и московских, и питерских авторов — именно в музее Чернышевского.

На встречи с авторами издательства «Музыка и быт» приглашает дом-музей Павла Кузнецова, потому что все вместе они более двадцати лет образуют единое культурное сообщество. Книгу «Саратовские художники. Возвращенные имена» мы с соавтором Галиной Беляевой представляли в Радищевском музее. А краеведческий путеводитель «Улица Соляная: от волжских пристаней до Московских ворот» логично было презентовать в старейшей библиотеке № 1 на набережной, где когда-то стояли эти пристани.

Понятно, что пандемия отразилась, в первую очередь, на публичных встречах с читателями. Для Саратова нормальная аудитория поэтического вечера — двадцать человек. Тридцать — успех, а пятьдесят — фурор. Знаю, что и в других крупных городах такая же ситуация. Ковид лишил и эту небольшую группу возможности очного диалога. Сейчас ограничения сняты, но вернуться к практике регулярных литературных встреч оказалось сложно в силу инерции.

Написал и вспомнил, что был на презентации сборника стихов не далее как на прошлой неделе…




Сочи                                             Светлана Шишкова-Шипунова


(1) У меня большая домашняя библиотека, а книжные новинки, которые меня интересуют, я покупаю в самом крупном у нас книжном магазине «Читай-город». О том, какими книгами чаще всего интересуются читатели, я спросила у Людмилы Петровны Заика, заведующей старейшей в Сочи (в этом году ей 110 лет) городской библиотеки имени А.С. Пушкина. По ее словам, несколько лет назад читатели «строем ходили за Достоевским и Булгаковым» (видимо, после выхода экранизаций). Из современных авторов часто спрашивают Дину Рубину, ее же чаще всего не возвращают. Другие популярные здесь авторы — Гузель Яхина, Алексей Иванов, Евгений Водолазкин, Юрий Поляков, Литвиновы, ну и, конечно, детективщицы (Полякова, Устинова и другие).

Литературные журналы в библиотеку приходят, в том числе — журнал «Знамя». Но места для их хранения в библиотеке нет, поэтому здесь придумали акцию «Листая старые журналы»: выносят в читальный зал большую коробку с журналами прошлых лет, которые уже подлежат сдаче в хранилище Центральной библиотеки города, и читатели сами «копаются» в них, что-то интересное для себя находят.

С книжными поступлениями ситуация такая. Фонд Пушкинской библиотеки составляет 60 тысяч книг. Это немного, но историческое здание, построенное еще в начале ХХ века на пожертвования горожан, больше не вмещает (зато оно является памятником архитектуры и охраняется государством).

«Было страшное время с 2008 по 2015 год, — рассказывает Л.П. Заика, — когда книги от государства не поступали вообще. Выручали только дарители. Начиная с 2016 года книги потихоньку пошли. В прошлом году нам выделили 400 тысяч рублей, на которые мы смогли приобрести около 800 новых книг». Добавлю, что выбор авторов и названий — за библиотеками, они сами изучают издательские анонсы, проводят мониторинг читательского спроса и подают в министерство культуры Краснодарского края список книг, которые хотели бы приобрести. Другое дело, даст ли министерство деньги на все заказанное или урежет. Чаще, конечно, урезают.

Постоянные читатели Пушкинской библиотеки — это и пенсионеры, и сочинские экскурсоводы, интересующиеся краеведческой литературой, и учащиеся медицинского колледжа и Сочинского госуниверситета (все — рядом), которые заказывают литературу для своих рефератов и дипломов, и студенты-иностранцы находящегося по соседству с библиотекой Российского международного олимпийского университета (РМОУ). Мне рассказали о студентке из Китая, которая приходит после занятий и допоздна сидит в читальном зале, читает русскую классику.

И есть особая категория читателей — отдыхающие, которые заглядывают в библиотеку в основном в непогоду. Из-за них в библиотеках вынуждены применять залог (300–500 рублей), но книги все равно увозят.

(2) Сегодня библиотекам приходится придумывать все новые и новые формы работы, чтобы привлечь читателя. Прежде всего это активность сразу в нескольких соцсетях — Одноклассники, ВКонтакте, Телеграм, где выкладываются анонсы мероприятий, встреч, видеоотчеты о них, ведется переписка с читателями в формате «вопрос — ответ».

В Пушкинке уже много лет существует клуб «Поэтический балкон». На фасаде исторического особняка, где с момента своего открытия в 1912 году находится библиотека, действительно есть балкон, с которого местные и приезжие поэты читают в микрофон свои стихи. А поскольку особняк стоит на Примор­ском бульваре, в самом центре Сочи, то под балконом всегда собирается много слушателей. При этом поэты, по словам сотрудников библиотеки, «чувствуют себя Евтушенками».

В 2015 году у меня вышла книга «Десять правителей Кубани от Медунова до Ткачева», презентация ее проходила как раз в Пушкинской библиотеке. Зал там небольшой, рассчитан всего на тридцать мест, пришлось принести дополнительные стулья. Аудитория была возрастная, в основном пожилые, солидные дядечки, которые помнят Медунова и тех, кто руководил краем до и после него. Один из них, возможно, сам в прошлом чиновник, обратился ко мне с претензией: «А почему вы не напишете такую же книгу про сочинских руководителей?» Ага, потом про новороссийских, потом — про армавирских… Нет уж, увольте.

Но с тех пор каждую новую свою книгу я прихожу презентовать в Пушкинскую библиотеку. И контингент всегда разный. Например, на презентацию книги о Дмитрии Хворостовском пришли в основном дамы бальзаковского возраста, с ними общаться было куда легче.

А весной этого года библиотека имени Пушкина дистанционно участвовала в фестивале «Книжный маяк Санкт-Петербурга», и в один из дней меня пригласили рассказать о своих книгах. Это был совсем новый, интересный формат, а часовую (!) запись посмотрели в интернете несколько сот читателей.

В осенне-зимнее время в зале Пушкинки проводятся музыкально-поэтиче­ские вечера. А летом на площадке перед библиотекой устраиваются книжные выставки, «читальный зал под открытым небом», Пушкинские чтения.

Здесь работают всего восемь сотрудников, семь из них — женщины. Зар­плата — 25 тысяч. Цифровизация идет слабо, можно сказать, вообще не идет. Используются устаревшие компьютеры и принтеры. Сотрудники принесли из дома свою технику — телевизор, видеокамеру, ноутбуки. Они настоящие энтузиасты и при очень скромных возможностях смогли создать уютный и теплый дом, в котором хочется бывать. Именно поэтому здесь довольно большой актив читателей, которые постоянно приходят сюда, на Приморскую, 1, участвуют во всех мероприятиях, а те, у кого есть возможность, дарят библиотеке книги. Кстати, я тоже в прошлом году передала Пушкинке 500 книг из своей домашней библиотеки.

Я рассказала только об одной и, пожалуй, самой активной сочинской библиотеке, но всего их в городе 18. Половина из них — сельские, расположенные в горных поселках. Есть свои небольшие библиотеки в санаториях и учебных заведениях, но в них, по моим наблюдениям, сохраняется в основном старый, еще советский книжный фонд, найти там новые книги бывает проблематично.





Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru