— Сергей Медведев. Человек бегущий. Татьяна Веретенова
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 9, 2022

№ 8, 2022

№ 7, 2022
№ 6, 2022

№ 5, 2022

№ 4, 2022
№ 3, 2022

№ 2, 2022

№ 1, 2022
№ 12, 2021

№ 11, 2021

№ 10, 2021

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии



Правда собственного тела

Сергей Медведев. Человек бегущий: роман. — М.: НЛО, 2021.


Прежде всего: это не роман. Писать роман автор и не пытался: перед нами увлекательные воспоминания о путешествиях, о любительских спортивных соревнованиях и иных приключениях. Похоже, документальные. За небольшим предисловием («Мысли на бегу») следуют десять отдельных очерков, связанных лишь фигурой повествователя и единой спортивно-приключенческой тематикой. У каждого самостоятельный сюжет (или даже несколько), их можно читать и вразнобой: последовательность их почти произвольна, внутренняя хронология проглядывает изредка, но завершенность каждой истории ощутима.

Если это роман, то со своим телом. С детства оно воспринимается как инструмент для открытия мира. Уже тогда автор помещает себя в условия хронической гонки (тренировочной или реальной). Любая гонка — добровольный вызов, испытание возможностей тела и духа, к тому еще и интеллектуальная задача, которую следует решить. Правда тела — в познании пределов своих возможностей. Автор дает понять: с человеком можно расстаться, но со своим телом, пока жив, не расстанешься, придется выстраивать отношения всю жизнь.

С одной стороны, между героем и телом у автора как бы зазор («тело нужно накормить»), с другой — во время, скажем, недельного велосипедного тура (и любой гонки, наверно) — полное осознанное отождествление: «Ты уходишь из общества, цивилизации, повседневности, теряешь память, превращаешься в тело — в натруженные мышцы ног, в два огромных легких, качающих кубометры воздуха, и в сердце, гонящее кровь к ногам». Задачи обыграть в соревновании кого-то нет, есть задача справиться и обязательно финишировать, а это прежде всего зависит от «договоренности» со своим телом: «Бег, лыжи, велосипед — это разговор с собственным телом… надо слушать свои ритмы, подстраиваться под них…».

Основной корпус историй — о масштабных, в основном европейских, спортивных соревнованиях для любителей, которыми автор увлекается с 2000 года: о знаменитом 90-километровом лыжном марафоне Vasaloppet, проводящемся в Швеции с 1922 года; об экстремальном триатлоне Norseman (Норшем) в Норвегии; о трехдневной лыжной гонке в Гренландии (Arctic Circle Race) и других. Читатель проживает каждую гонку вместе с автором: мучительный велосипедный подъем на перевал, спазмы в мышцах бедер, холодную воду норвежского залива, сдувающий с велосипеда ветер, опасную смену течений в Босфоре (герою лишь чудом удается выплыть и финишировать), атаки чаек на велоэтапе триатлона в Исландии… Уникальность «Человека бегущего» в том, что читатель, сонастраиваясь с героем, сопереживает ему не столько эмоционально, сколько в состояниях спортивно-телесных, в нагрузках мышечных и волевых.

Медведев умеет рассказывать. К тому же он дополняет повествование интеллектуальным контекстом: в книге много исторических сведений, отсылок к живописи (Микеланджело, Брейгель) и музыке (например, вставная история о Гленне Гульде, о его любви к северному пейзажу). А главное, взгляд на спорт как на миф и эпос (отсюда название одной из глав, «Мифология Гран-тура»). В главе «Рождение героя» автор обращается к истокам спортивного образа жизни, к идее совершенствования тела через сверхусилие, добровольного вызова себе, своим возможно­стям, ценности сверхусилия как такового, просто для удовольствия. Он вспоминает историю восхождения Петрарки на гору Мон-Ванту в Провансе (восхождение поэт описал в письме к духовнику, монаху Дионисию). В том, что поэт поднялся на гору без практической цели, только чтобы насладиться прекрасным видом, Медведев видит начало Нового времени, нового восприятия ландшафта, предпосылки будущего альпинизма. Сам он совершает «велосипедное паломничество на легендарную гору». Далее — размышления о романтическом идеале (подразумевающем «телесную крепость, смелость и ловкость»). Речь неизбежно заходит о лорде Байроне и его знаменитом заплыве через Дарданеллы (Hellespont), породившем эпоху плавания на открытой воде, заплыве, с которым Медведев рифмует свой заплыв — через Босфор в Стамбуле. Когда вместе с другими смельчаками он борется с тремя разнонаправленными течениями пролива, то помнит о своих предшественниках: о герое античного эпоса Леандре, стремившемся на другой берег к своей возлюбленной Геро, и о великом романтике, покорившем пролив со второй попытки, в компании лейтенанта Уильяма Экенхеда. Повторяя их подвиг, он приобщается к их славе, сам становится героем. Символ императива движения в США для автора — бегущий Форрест Гамп, собирающий толпу последователей. Бегущий человек порождает смысл самим фактом своего движения.

Триатлоны в Исландии и Норвегии Медведев выбирает, как будто стремясь приобщиться к мифу. В истории о велосипедной многодневке читатель встретит упоминание о знаменитом эссе Ролана Барта «Тур де Франс как эпопея». «Наше семидневное путешествие, конечно, не чета трехнедельной “Большой петле”... но тоже подчинено логике мифа: каждое утро, подобно античным героям, мы обряжаемся в доспехи, седлаем карбоновых коней и выходим на бой со стихией, пространством и воинами других племен; и время, как и положено в мифе, теряет линейность, становится цикличным и бесконечным». Спортсмены уподобляются античным героям в доспехах, любительские спортивные соревнования оживляют прежние мифы и порождают новые, сами становятся мифом и рождают новых героев. Легендарный велогонщик Марко Пантани, покоривший перевал Мортироло за нереальные 42 минуты, — именно такой образцовый герой, и за 4 км до вершины ему стоит памятник.

Автора привлекает спорт в максимально сложных (желательно предельно северных) природных условиях, ему важно взаимодействие, даже схватка с суровой естественной стихией. О приключениях в тундре в студенческие годы — в начале главы «Идея Севера». О приключениях на Кипре — в очерке «Возвращение Одиссея» (опять же самоуподобление герою мифа). Медведев не раз оказывается в опасных ситуациях: дважды с серьезными травмами один в безлюдных пространствах; в Гренландии уезжает на снегоходе далеко от всех и всего, а снегоход заглох и не заводится. Но герою удается оставаться спокойным и отрешенным, он даже иронизирует над собой.

Спорт требует отрешенности, концентрации, экономии усилий, собирания внимания внутрь. Не потому ли в книге Медведева почти нет других людей? Есть лишь несколько второстепенных персонажей, но они — часть условия решаемой спортивной задачи: сопровождающий помощник Миша на триатлоне в Норвегии, помощник Максим в Исландии, напарник по велосипедной многодневке предприниматель Иван. Но психологизма ни капли — сплошной функционал: помощник показан исключительно с точки зрения успешности его в этом качестве, напарник тоже интересен только как напарник. Но и себя (свое тело, волю, эмоции, принятые решения) герой описывает преимущественно с точки зрения своей успешности как спортсмена — безличностно и функционально; ему интересно анализировать свои допущенные на трассе ошибки и просчеты.


Татьяна Веретенова



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru