Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 10, 2020

№ 9, 2020

№ 8, 2020
№ 7, 2020

№ 6, 2020

№ 5, 2020
№ 4, 2020

№ 3, 2020

№ 2, 2020
№  1, 2020

№ 12, 2019

№ 11, 2019

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


РУССКИЙ ЯЗЫК: НОВОСТИ



Станислав Секретов

Соседа увезли в Коммунарку

 

Услышал слово-маячок — и сразу понял, о чем речь: у соседа — подозрение на коронавирус.

«Путин посетил Коммунарку», «Больная коронавирусом сбежала из Коммунарки», «У главврача Коммунарки Проценко диагностирован коронавирус»… В заголовках газет и новостных интернет-порталов значение слова максимально сузилось. Коммунарка в понимании большинства россиян — уже не поселок, который до 2012 года был подмосковным, а затем вошел в состав вновь образованного Новомосковского административного округа столицы. Произошел семантический сдвиг. Теперь Коммунарка — это ставшая известной на всю страну больница в поселке Коммунарка, где лечат COVID-19. Ее строительство велось в 2017–2019 годах, и объект в то время в новостях именовался многопрофильным медицинским центром «Новомосковский». Хотя официально Коммунарка всегда называлась и называется так: Государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница № 40 Департамента здравоохранения города Москвы».

«Соседа увезли в Коммунарку». Звучит зловеще. Вернется, не вернется?

Столь же зловеще это слово звучало восемьдесят лет назад. И там тоже имело место уменьшение семантического объема. В 1930–1940-х Коммунарка — это прежде всего спецобъект НКВД СССР, расстрельный полигон, где в годы сталин­ских репрессий были казнены около 32 тысяч человек. В их числе Борис Пильняк, Артем Веселый, Алексей Гастев, Владимир Киршон, Сергей Эфрон, а также журналисты, ученые, музыканты, священники, дипломаты, военные и политические деятели…

Помимо Коммунарки, пандемия коронавируса повлияла на частоту употребления целого ряда известных слов. Да и сам коронавирус требовал объяснения. Лингвистам пришлось отвечать на вопрос, почему корону с вирусом связывает соединительная гласная а, а не о. Ответ прост: на латыни семейство коронавирусов пишется через а — coronaviridae, так что это всего лишь калька.

На одном из музыкальных каналов в апреле прошел телемарафон «Звезды против короны». Российские поп-артисты, находясь на самоизоляции, исполнили на камеры смартфонов свои хиты. Название проекта подобрано весьма удачно, в нем — очевидная двусмысленность. С одной стороны, корона — сокращение от коронавируса. С другой — намек совсем на иную болезнь — звездную. Коронавирус сбил короны с голов богатых и знаменитых. Вызванный пандемией кризис обрушил их доходы. У звезд отменились гастроли, модных экспертов перестали приглашать выступать перед креативными аудиториями. Впрочем, альтернатива офлайн-выступлениям быстро нашлась в онлайне и также отразилась в языке.

Название обретшей широчайшую популярность платформы для организации видеоконференций Zoom все чаще пишут по-русски с маленькой буквы: зум, встретимся в зуме, пришла пора позумиться… Стали возникать даже зум-вечеринки и зум-пьянки, где друзья перед экранами мониторов или гаджетов пьют карантини — коктейли из того алкоголя, что есть дома. А ситуация беззумия (да-да, с двумя з) начинает напрягать — в самый важный момент видеообщения связь может вдруг прерваться. Напоминает историю, когда в народ ушло название американской компании Xerox: любой копировальный аппарат в нашей стране стали называть ксероксом, а офисные боссы просили помощниц отксерить нужные им документы.

Слово ксерить в свое время многим резало слух. Весной 2020-го слух резало обсуждаемое в теленовостях и политических шоу плато. Все ждали, когда Россия выйдет на это самое плато по COVID-19. Значение слова все понимают, да и большинство телеведущих в словарь ударений все-таки заглянули. Однако существенное число экспертов, комментирующих коронавирусную эпопею, упорно ставили ударение в этом слове на первый слог. Куда проще им было обсуждать, пройден или не пройден пик заболеваемости в нашей стране.

То, как пандемия отразилась на русском языке, филологи и лингвисты широко обсуждали на фестивале грамотного общения «РУфест», который прошел в Ростове-на-Дону в онлайн-формате. Неологизмов оказалось довольно много — хоть отдельный словарь составляй. Кажется, самым объемным в нем станет раздел на букву к: люди придумали массу производных от главных слов пандемии.

Мне больше всего нравится карантье — так стали называть собачников — хозяев домашних собак, начавших в условиях карантина сдавать своих питомцев в аренду. За злостное нарушение самоизоляции можно было получить штраф, зато прогулки с собаками возле дома оставались вполне легальными. Предприимчивые карантье на сайтах бесплатных объявлений стали предлагать эту услугу всем желающим. И некоторые просили за аренду собак совсем не смешные деньги — в среднем от 500 до 1000 рублей в час. Любопытно, что в докарантинную эру история была прямо противоположной: слишком занятые и при этом обеспеченные хозяева сами готовы были приплачивать за то, чтобы их питомцев регулярно выгуливали.

Среди тех, у кого собак нет, а желание гулять сильнее здравого смысла, появились ковидиоты. В Италии этим словом назвали тех, кто во время карантина выводил на улицу игрушечных питомцев. Термином, уже закрепившимся в онлайн-словарях сленга, во всем мире также стали обозначать тех, кто принялся в огромных количествах скупать туалетную бумагу и продукты. Коронадиссиденты или covid-диссиденты и вовсе продолжали жить обычной жизнью, считая, что вирус не столь опасен, и откровенно смеясь над всеобщим маскобесием. При этом лингвист Максим Кронгауз отмечает любопытный факт: аббревиатура COVID-19 стала настолько популярной, что стремление «понизить регистр» на письме возникло за каких-то пару месяцев1 . COVID превратился в ковид и обрел массу слов-«родственников»: ковидный, ковидло, ковидофобия.

Среди других карантинных неологизмов — коронавты, корониалы, карантикулы, карантинки. Еще есть удаленка, дистант, инфодемия и даже расхламинго — домашняя генеральная уборка, избавление от хлама во время карантина. Ну и, конечно, самоизоляция, способная стать словом года. Впрочем, линг­висты сходятся во мнении, что в языке закрепятся лишь немногие слова. А популярность большинства со временем пройдет — точно так же, как сошла не нет слава модного, казалось бы, еще вчера олбанского языка.

 

 

1 Абрамов А. Словарь эпохи коронавируса: «Ковидиоты на самоизоляции зачали корониалов, зумились и оформили ковидиворс» // Комсомольская правда, 2020, 22 мая. URL:https://www.msk.kp.ru/daily/27132/4221683/.

 



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru