Алексей Холиков. «Из тени в свет перелетая… Пожалуйста, не улетай!». Строгановские династии: Василий Логинов. Себе оставлю имя… Составление: Е. Калло, А Лилеева. Алексей Холиков
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 6, 2022

№ 5, 2022

№ 4, 2022
№ 3, 2022

№ 2, 2022

№ 1, 2022
№ 12, 2021

№ 11, 2021

№ 10, 2021
№ 9, 2021

№ 8, 2021

№ 7, 2021

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Алексей Холиков

«Из тени в свет перелетая… Пожалуйста, не улетай!»

Строгановские династии: Василий Логинов. Себе оставлю имя… Составление: Е. Калло, А. Лилеева. Дизайн: В. Сорокина. — [М.,] 2013.

Люди, как известно со времен Бернарда Шоу, больше всего интересуются тем, что их совершенно не касается. И не что иное, как любопытство, заставляет нас заниматься тем, в чем мы не являемся профессионалами. Но в данном случае дело не сводится к праздному любопытству. Поводом, подтолкнувшим филолога нелегально проникнуть в сферу изо-бразительного искусства, стал выход книги, о которой нельзя молчать… книги, обреченной на долгую жизнь, несмотря на крохотный даже по нынешним временам тираж в 300 экземпляров (хотя по-настоящему редкие вещи всегда производятся в ограниченном количестве).

Уникальность подготовленного издания — в материале, который удалось привлечь, чтобы получился полноценный книжный ансамбль. Здесь, как в истинном произведении искусства, нет ничего лишнего. Согласованность частей (всего их пять) создает впечатление завершенности пройденного художником пути и одновременно оставляет ощущение «открытого» финала, когда каждый, кто входит в сотворенный мастером мир, наполняет его своим содержанием.

Природа книги полижанровая: это и альбом, и мемуары, и серьезный разговор об искусстве, и публикация архивных источников. Она была задумана в память о Василии Логинове (1956—2009) — преподавателе знаменитой Строгановки (МГХПУ им. С.Г. Стро-ганова), художнике, дизайнере. Но в первую очередь — эмальере, почти двадцать лет работавшем со стеклом, огнем и металлом. В одной из лекций, прочитанных студентам в США, В. Логинов признался: «Мир я вижу глазами эмали». И неудивительно, что бо?льшая часть опубликованных иллюстраций — эмалевые работы, запечатлевшие синтез живописи, графики и скульптуры, притягивающие каким-то нездешним светом и глубиной философского осмысления жизни (исключительны в этом отношении циклы «Натюрморт», «Город», «Судьба России», «Апология бытия»).

Несмотря на то что творческая личность В. Логинова дана крупным планом, она не заслонила других героев книги, вместившей в себя весь ХХ век. Колесо истории так или иначе прокатилось по пяти поколениям династии художников, объединенных не только кровными узами, но и причастностью к alma mater. Дед, Василий Борисович Логинов (1888—1938), в составе бригады художников-декораторов под руководством Ф.Ф. Федоровского (ученика В. Серова, К. Коровина, М. Врубеля, Ф. Шехтеля) ездил в 1913 году в Париж вместе с «Русскими сезонами» С.П. Дягилева. В студии живописи П.И. Келина он занимался с Юрием Завадским. В книге опубликован карандашный портрет Логинова-старшего, нарисованный самим Завадским в 1912 году. Бабушка, Нина Александровна Беляева-Логинова (1900—1947), подруга А.А. Судакевич-Мессерер, матери театрального художника и сценографа Бориса Мессерера, расписывала декорации к первым послевоенным премьерам Большого театра: балетам С. Прокофьева «Золушка» и «Ромео и Джульетта». Из ее работ в книге воспроизводятся пейзажные акварели, «наполненные нотками грусти, созерцательностью и медитативностью». Двоюродный дед, Николай Борисович Логинов (1897—1919), еще до революции 1917 года закончил Император-ское Строгановское училище, но погиб в Гражданскую войну при невыясненных обстоятельствах. Сохранились его студенческие работы, по которым видно, что из молодого таланта мог вырасти большой мастер. Отец, Борис Васильевич Логинов (1929—2003), художник по металлу, чеканщик, которому в глухие советские годы пришлось работать в одном из военных «ящиков» и проектировать аппараты для атомной промышленности.

Удивительным образом авторы-составители сумели вписать личность каждого из династии Логиновых в исторический контекст. Распутывая плотный клубок семейных нитей, они связали тонкое кружево времени. При желании каждый из нас может обнаружить в нем линию собственной судьбы.

Центральная часть книги составлена из небольших монологов-рассуждений о поэтике эмалей В. Логинова. Эссе литературного критика Льва Аннинского органично сочетается с текстами Анны Лилеевой, прочувствовавшей сущностное единство техники эмали с техникой иконописи; профессора Чикагского университета Роберта Берда и его жены филолога-русиста Фариды Черкасовой, угадавших в картинах мастера «осязаемые скульптуры света»; искусствоведа Владимира Обухова о художественной философии В. Логинова, которая «не демонстрируется. Тем более не декларируется. Она обитает в сердцевине образности, в ее пространствах. Это те просторы, в которых есть место и иронии, и лирике, и трагизму. Художник улыбчив, усмешлив в самой любви своей к женственности, к природе, к злосчастной своей родине. А значит, искрен, ведь настоящая влюбленность не нуждается в пафосе».

Ложный пафос отсутствует и в удлиняющих перспективу воспоминаниях родных, друзей, учеников. Мемуарные очерки, словно карандашные зарисовки, притягивают не столько точностью, сколько тонкостью линий… не тем, что сказано, а тем, как это сделано. В таких изданиях велик соблазн впасть в торжественную велеречивость, приторную слащавость или монотонные придыхания. Ничего похожего мы не наблюдаем. Вы-бранная интонация, единственно верная, без надрыва и напряжения, позволяет людям, не знавшим В. Логинова как человека, увидеть его в роли искреннего друга, заботливого мужа, чуткого наставника и в конечном счете воспринять его внезапный уход как личную потерю.

Архивные материалы, извлеченные из фондов РГАЛИ и опубликованные впервые, делают книгу не только художественным, но историческим событием. В результате кропотливой работы, напоминающей археологические раскопки, выявлены новые факты, связанные со «Свободными государственными художественными мастерскими» (1918—1920 годы) и Смоленским УНОВИСом. На страницах книги прозвучали забытые имена молодых художников, «учившихся живописи и композиции, рисунку и конструированию у великих мастеров движения художественного авангарда и впитавших всю богатейшую культуру Серебряного века». Среди них: Л.Я. Зевин, В.Л. Сидоренков, М.Г. Николадзе, В.С. Кизевальтер, Б.Ф. Рыбченков, С.Г. Вепренцева, Г.Г. Филипповский и другие. К сожалению, в творческом плане большинство из них не перешагнуло конец 1930-х годов. Многие погибли. Однако сегодня работы некоторых представлены в новой Третьяковке. Будем надеяться, что когда-нибудь к ним присоединятся не менее достойные произведения В. Логинова-старшего.

Созданная книга, словно эмаль, извлеченная из печи, прорывает плоскость прошедшего времени и выходит в пространство сегодняшнего дня. Заимствовав девиз с герба Строгановых («…sibi nomen»), она оставляет в памяти не только имена… Она возвращает выброшенные на обочину смыслы. Не современные, но своевременные.

 

 



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru