Дмитрий Володихин. Грэй Ф. Грин. Кетополис. Книга 1. Киты и броненосцы. Дмитрий Володихин
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 1, 2023

№ 12, 2022

№ 11, 2022
№ 10, 2022

№ 9, 2022

№ 8, 2022
№ 7, 2022

№ 6, 2022

№ 5, 2022
№ 4, 2022

№ 3, 2022

№ 2, 2022

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Дмитрий Володихин

Грэй Ф. Грин. Кетополис. Книга 1. Киты и броненосцы

Китобург

Грэй Ф. Грин. Кетополис. Книга 1. Киты и броненосцы. — М.: Астрель, 2011.

Проект “Кетополис” начинался с масштабной литературной мистификации. Некий Эпаминонд современной литературы, исландец по происхождению, создал эпохальную эпопею. Псевдоним его — Грэй Ф. Грин, судьба его наполнена приключениями духа и тела, загадками и авантюрами, перо его дышит гениальностью. Группа отечественных писателей взялась за… не то чтобы перевод, скорее, высокохудожественный пересказ эпохальной эпопеи неподражаемого исландца. Перевести такое — выше сил человеческих! Но “сыграть” его текст вновь — о! это благородный вызов отечественной словесности.

И первое время мистификация выглядела неплохо.

Однако у заводил писательской “команды” свои интересы, а у отдельных “бойцов” — свои. Через блоги весьма скоро начала просачиваться информация, что нет Грэя Ф. Грина. Никакого. Ни серого, ни зеленого. А есть горделивая художественная затея создать стильный литературный мир, наполненный неистовыми характерами, и “поставить” на этих подмостках многотомную драму о крушении великого города.

Неожиданно в печати появилась одна из повестей проекта “Кетополис” — “Прощание с Баклавским” Ивана Наумова. Прежде он получил известность как автор нескольких рассказов с непредсказуемым сюжетом. После публикации “Прощания с Баклавским” на него посыпались литературные премии, повесть стала своего рода визитной карточкой писателя.

Как только Наумов выломился из общего строя, тайна оказалась разрушенной. Руководители проекта пытались сохранить хоть какую-то видимость прежней игры, однако читатели, по большей части, никакой современной исландской классики уже не ждали. Правда, сохранялось ожидание яркой работы от группы молодых амбициозных авторов, принадлежащих так называемой “седьмой” или “цветной” волне.

И вот книга вышла.

Она наделала немало шума. Блогосфера наполнилась восторгами и разочарованиями. Критика восприняла “Кетополис” более сдержанно, хотя по общему тону ее видно: ни провала, ни халтуры никто не констатировал.

Общий уровень книги оказался на голову выше того, что обычно выходит в российских межавторских сериалах. Как литэксперимент проект оправдал ожидания: город Кетополис, пребывающий между декадансом и стимпанком, между старым добрым викторианством и Первой мировой, осколок Европы посреди Тихого океана и в шаге от катастрофы, — мир богатый, насыщенный возможностями для самой буйной фантазии.

“Кетополис” наполнен мотивами безнадежности, погружения всего социума в грязь и грехи, постепенного наступления “подземной жизни” — всякого рода морлоков, маргиналов, мистики и магии — на уменьшающийся островок “благополучного общества”. От стимпанка проекту достался базовый антураж: стальные конструкции, фантастические автоматы, время от времени сращенные с живой плотью, бесконечные заклепки, фабричные трубы, броненосный флот... А Первую мировую войну, которой предстоит вскоре накрыть всю европейскую цивилизацию, персонально для жителей Кетополиса заменили намеками на близящееся столкновение с китами и какую-то зловещую тайну, связанную со сверхспособностями китового племени.

Торт из живописной ржави, заводских и клаксонных гудков, искусства, силящегося сделать людей лучше, но вместо этого пропитывающегося смертью, флотских обычаев, портовых кабаков, странной магии и повсеместной безнравственности вышел необычный и привлекательный — “игровое поле” оказалось чуть ли не интереснее сюжетов, на нем разыгрывающихся. Без малого два десятка самостоятельных рассказов, переплетающихся, обменивающихся персонажами, составили “роман-мозаику”, и там, где один из кусочков смальты оказывается кривоват, общая яркость мира в какой-то степени компенсирует частную “корявинку”.

В этом смысле — удача.

Но в проект вошли все-таки слишком неравные авторы. Художественное качество книги — мягко говоря, “пестрое”.

Поскольку помимо Ивана Наумова никто из авторов “Кетополиса” не поспешил с саморазоблачениями, не стоит называть их здесь. Имена “бойцов” давно просочились в Сеть. Однако раз они сами не желают сбросить маски, стоит ли делать это за них? В данном случае за отдельными текстами “Кетополиса” — всеми, помимо одного, — будет сохранена анонимность.

Лучшее из всего, собранного в книге, — та самая повесть “Прощание с Баклавским”, и худо, что это не самостоятельный текст. Сольная книга Ивана Наумова о Кетополисе и Баклавском была бы чудо как хороша. Во всяком случае, автор был прав, нарушив неформальные договоренности и заявив себя отдельно от “команды”. Герой повести — редкая птица для наших дней: человек, руководствующийся долгом при любых обстоятельствах. Притом достаточно сильный, чтобы ломать обстоятельства, складывающиеся против него. Чтобы побеждать. Он честно выполняет программу “Делай что должно, и будь что будет” и выходит победителем из ситуаций, где ему грозит позор, уголовное расследование, смерть. Удивительно, что этот психологический тип вложен Наумовым в социальную оболочку таможенного чиновника. Автор прозрачно намекает: ох, как полезен по нынешним временам типаж честного ответственного чиновника, ибо реальность такими людьми не балует.

Поскольку действие происходит на Тихом океане и антураж включает в себя индокитайские “специалитеты”, Наумов осмелился ввести в атмосферу своего текста киплинговские нотки: “Умный белый в стране далекой”. Соответственно, и стилистику подобрал “поджарую”, рубленую, нарочито маскулинную. “Прощание с Баклавским” проникнуто какой-то антисентиментальностью: эмоции выжаты досуха, главный герой действует под знаменем отважного прагматизма. Он играет с жизнью партию в шахматы и если позволит себе хоть капельку чувств, позиция его моментально станет проигрышной.

Однако в общем контексте проекта наумовская повесть только раздразнивает гурманов и создает бьющую в самые очи разность потенциалов с авторами послабее.

К “Прощанию с Баклавским” приближаются по уровню две истории. Это, во-первых, буффонада про незадачливых механиков, странным образом ожививших голову кита из музея. Веселый абсурд, поразительно ровно выдержанная от начала до конца интонация обыденного сумасшествия. Жаль только, автором допущена сюжетная неаккуратность: линия центрального персонажа фактически не получила развязки. Во-вторых, хороша история Ирландца-без-сердца. Хороша она прежде всего тем, что сочетает сумасшедший драйв со стилем мрачной сказки Гауфа.

Все три истории вываливаются из общего тона и стиля “романа-мозаики”. Да, именно так: все лучшие повести “Кетополиса” — на периферии книги и в сюжетном, и в стилистическом плане. Может, потому что авторы чувствовали себя там свободнее, им не надо было толкаться локтями с творцами базовых историй?

Мрачная фантазия о модистке Ван Дер Вальс, кроившей человеческую плоть, сделана стильно в духе викторианских ужасов. Некоторую симпатию вызывает история о рабочем-стукаче по кличке Бирманец. Она оставляет характерно-четкое ощущение “маленького человека”, прошедшего по краю великих страшных дел, а потом пьянкой и дракой заглушающего то, что увидел и понял.

И — целый набор повестей гораздо менее ярких.

Пара-тройка авторов явно “срезались”. Это в первую очередь автор повести про аристократа, связавшегося с “подземной Джульеттой”. Слишком много автор “рассказывает” героя, а кое-где срывается на совершенно неуместный пафос, диссонирующий с общим мрачноватым тоном “Кетополиса”. Очень нехороша история про механического кальмара, ожившего на складе. Невнятные, примитивно “поставленные” батальные сцены и, выражаясь с предельной корректностью, незамысловатые шутки опустили этот текст на самое дно проекта.

Проблема книги номер один — избыточно щедрый составитель. У “романа-мозаики” поистине титанический размер! Слишком много нагорожено лишнего. Ощущение такое, что глава “команды” просто не следил за объемом и ритмом книги. Если из “Кетополиса” вынуть четыре-пять самых слабых историй или хотя бы изрядно сократить шесть-семь самых тягучих, книга много выиграла бы. Сейчас сильные авторы поставлены в одну упряжку с середняками и откровенными графоманами, что, конечно, создает трудности при великом плавании через сей громоздкий том.

“Редкая птица...”

Проблема номер два — слишком много славянизмов. Такое ощущение, что проект изначально готовился под иной антураж. Под Балтику, а не под Тихий океан. Поляк на поляке и поляком погоняет, а время от времени высовывается русский. Это только сбивает при чтении и совершенно уничтожает всякий тихоокеанский колорит. Нелепая полонизация романа находит оправдание в одном абзаце: дескать, через территорию САСШ до Кетополиса докатилась волна польских колонистов… Выглядит этот абзац как заплата, пришитая на брючину проволокой вместо ниток.

За счет нескольких сильных авторов и красивой дебютной идеи, да еще, пожалуй, за счет того, что мир Кетополиса получился пестрым, разнообразным, грамотно свихнутым, проект реализован с успехом. Но за счет невиданной составительской мягкости, за счет “балласта” из двоих-троих явно слабых “бойцов” успех этот получился грязноват. Как на футбольном матче, когда одна команда явно сильнее другой, и она переигрывает, переигрывает, но гол забить никак не может... И только за пять минут до конца матча реализует пенальти.

Дмитрий Володихин



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru