НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии

Прогноз погоды в ретроспективе на будущее

Ольга Зондберг. Простое число исходящих: — Чебоксары: Free Poetry, 2025.

Ольга Зондберг в каждой своей книге ищет и находит баланс дневника и поэзии. «Простое число исходящих» полно деталей (или секретов, которые раскрываются сами собой). Однако каждый секрет подчинен ритму и интонации, необходимым в данном месте текста. Даже больше: каждый секрет здесь — буква или цифра (знак) некоего ускользающего стихотворения, которое поэт не торопится записать, однако фиксирует знаки, которые сумел в нем различить.

В этой книге каждое стихотворение можно рассматривать отдельно. Разнообразие ритмов, приемов, настроений говорит само за себя. Но при чтении сталкиваешься с тем, что вся книга — это одно стихотворение. Это не цикл, не книга стихотворений. Может быть, это дневник. И по окончании чтения нет ответа, намеренно ли поэт записывал стихотворения как дневник или же «Простое число исходящих» — довольно редкий пример зафиксированного подробно, точно и осторожно поэтического озарения.

В начале 1990-х критики (среди них покойная Людмила Вязмитинова) писали о новой искренности и ждали, что тенденция углубится и расширится в некое поэтическое течение. Статьи, в том числе и Вязмитиновой, о новой искренности остались, преимущественно, в архивах. О новой искренности сегодня из пишущих стихи молодых людей мало кто слышал.

«Творчество представленных поэтов позволяет обозначить реально наметившиеся на сегодняшний день в поэзии 90-х — то есть в творчестве авторов, заявивших о себе именно в это десятилетие, — пути взаимодействия поэтического слова и поэтического сознания. Это так называемые болевой, тревожно-критический, бесстрастно-игровой и стоически-сдержанный пути. В связи с этим можно назвать еще ряд интересных поэтов, принадлежащих именно к тому же поэтическому поколению, творчество которых тяготеет к одному из указанных путей, что делает картину объемной. <…> Необходимо добавить еще имена <…> Ольги Нечаевой, Виталины Тхоржевской, <…>, Станислава Львовского, <…> Ольги Зондберг, Виталия Пуханова»¹.

Союз молодых литераторов «Вавилон» в девяностые и нулевые был одним из самых известных литературных объединений. Зондберг была в «Вавилоне» с момента его основания, но не казалась типичной для него фигурой. Ее задумчивая, строгая и бережная манера узнавалась сразу и отличалась от общей стилистики «Вавилона».

Мне четыре года. Ношу пальто

Шерстяное в клеточку. Холода.

Просто замечательно. Разве что

Потерялся круглый осколок льда.

«Брось его, и так уже весь скрипишь», —

Мама мне сказала, и он упал.

Я его разыскивал целый день,

А потом сегодня еще полдня.

У него внутри человек сидел

И махал руками, и звал меня².

                                                          1995

Это стихотворение, в котором (как в зеркальном осколке льда) отразился характер поэзии Зондберг, четко рифмуется со стихотворением, открывающим книгу 2025 года:

в час вечернего прогноза

она не спит

раскачивает бортик своей кроватки

под «Manchester et Liverpool»

а без малого через полвека

открывает приложение «Погода» для Android

нажимает на плюс

и выбирает управление городами

не худшие полвека

что бы ни происходило

в метеосводках

ни один город

не пострадал

После «Вавилона» Зондберг продолжала писать — стихи становились сложнее и интереснее. Новые занятия для поэта — новые поводы и источники творчества. Зондберг, кажется, интересовалась всем, в том числе современной графикой. Книга «Сообщения: граффити», выпущенная в 2013 году в Нью-Йорке издательством «Айлурос», собрана из минималистичных опытов. И снова — ощущение стихотворения, которое то ускользает, то само себя записывает. Поэт порой ловко переходит с первого на третье лицо, иногда пробует второе. Но эти перемены для меня как для читателя — попытка найти точку, с которой лучше слышно. С которой лучше видно знаки. В «Простом числе исходящих» можно при желании найти фиксацию синестетических ощущений: видят уши, а слышат глаза.

чтобы врезаться

в память

следует в ее

направлении

двигаться

и столкнуться

с нанесением

взаимных

повреждений

Название книги, точное и скупое, раскрывает смысл и напряженность поэтического высказывания. Темы детства, любви, расставания, памяти, мира без четких границ и сложности нахождения в нем личности человека — все это явлено через призму тихой и теплой, почти камерной интонации.

Язык стихотворений разнообразен, но в каждом — короткое исходящее сообщение. Книга, небольшая по объему, на первый взгляд кажется скуповатой и почти однообразной. Пока не начинаешь читать. И получаешь при чтении «простое число» исходящих от адресата, которого, кажется, знаешь давно и очень хорошо. Простое число — до девяти. Девять месяцев мать вынашивает ребенка. У кошки, любимого животного горожан, по легенде, девять жизней. Символическое значение «простого числа» огромно. Зондберг намечает в своих стихотворениях некоторые области и границы областей космоса «простого числа». Именно намечает, оставляя читателю и адресату свободу передвижения в нем.

Есть еще один очень важный момент. Маленький человек в круглом осколке льда из стихотворения, опубликованного в 1995 году, машет руками и в этой книге. Тема внутреннего человека, диалога с ним, знакомства и установления отношений, вероятно, самая важная и поэтически развитая. Может быть, это смелая попытка посмотреть на себя глазами Бога из будущего. Раскачивая кроватку настоящего под мелодию, известную советским людям как «Прощение». Или устраивая рискованные гонки с памятью.

Однако книга чужда и ностальгии, и резких жестов. Здесь больше доверия, чем причудливости. И белый стих, которым написана книга, помогает выразить чистоту доверия.

В прогнозе на завтра — снег и потепление.

Наталия Черных

1 Людмила Вязмитинова. От полыньи Полины к снам Пелагеи Иванны // Знамя. — № 11. — 1998.

2 Из книги «Книга признаний» («Арго-Риск»), цикл «Надписи над собой».