НАБЛЮДАТЕЛЬ

выставка

Дух театра выпущен на свободу

За спичками. 27 декабря 2025 — 10 февраля 2026. Галерея «Сад» (Москва, Переделкино). Участники: Виктор Архипов, Фёдор Архипов, Елена Андреева, Александр Бизин, Ирина Ерисанова, Настя Елизарьева, Артём Иванов,
 Тимофей Ковалёв, Марина Кузичева, Катя Савельева, Ирина Синичкина.

С точки зрения авторов выставки, хороший художественный текст состоится только при том условии, что будет прожит по-честному, без подглядывания в ответ. То есть, начиная его, вы отказываетесь от «знания» конечного результата. Некоторые промежуточные результаты могут быть в вашей голове, но и они имеют право меняться по мере приближения. Надо быть к этому готовым. То есть надо быть готовым к отказу от готовой картинки, какой бы привлекательной она вам ни казалась: она мешает развитию сюжета выставки. Если о чем и нужно позаботиться загодя, так это о названии. Как ни странно, именно оно может стать тем компасом, который не позволит сойти с пути к смутно намеченной цели. Название «За спичками» возникло как дежурное, поскольку весело отправляло нас в старый анекдот о человеке, вышедшем из дома за спичками и вернувшемся через много лет. Ему было что рассказать о своем затянувшемся путешествии, но жена строго вернула его в исходную точку: «Спички где?» В нашем случае спички не цель, а повод пуститься в путь. И кто среди нас условная жена? Приглядевшись к названию, мы обнаружили в нем еще как минимум пару значений.

Во-первых, спички — это то, что способно разжечь нечто, а соответственно, согреть путешествующих. Если иметь в виду, что «дровишки» — наше воображение, то «спички» — это то, чем питается наше воображение: книги, картины, тексты, музыка, архитектура, кино… Короче, впечатления.

Во-вторых, одна из героинь выставки была сожжена на костре. Кажется, уже одного этого знания достаточно, чтобы воспалить наше воображение. Но вот что с этим делать? Как не позволить воображению сгореть дотла?

Думаю, надо вернуться к условиям задачи. С чего-то ведь все это началось. Откуда-то возникла эта сожженная героиня?

Причиной задуманного стали эскизы костюмов к трем совершенно разным спектаклям, поставленным к тому же в разных местах в разное время. Объединяет их лишь то, что автор у них один. То есть авторский почерк один: они сделаны в одной манере и технике. Поскольку никто из присутствующих (кроме автора, разумеется) спектаклей не видел, сценическое воплощение эскизов, довольно фантастических, каждый представляет по-своему.

Пришла пора назвать произведения, по которым были поставлены спектакли. «Жанна Д’Арк на костре» Артюра Онеггера, «Дон Жуан» Жана-Батиста Мольера, «Гамлет» Сергея Слонимского. Оратория, драма, мистерия.

Тут стоит уточнить, что задачи просто развесить по стенам картинки не стояло с самого начала. Художник однажды уже позволил себе подобное и даже сорвал некоторое количество аплодисментов в адрес своего мастерства. Никто не спорит, эскизы вдохновили авторов выставки «За спичками». Но захотелось как бы продлить им жизнь в том галерейном пространстве, где намечалась выставка. Вернуть их в лоно театра. Для этого необходимо построить театр. Захотелось по-настоящему (то есть по законам художественного текста) встретить архетипических героев — Жанну, Жуана и Гамлета — и навязать им новую жизнь.

Первое, что пришло в голову, — написать пьесу, в которой герои встречаются, и в результате этой встречи что-то случается. Например, кто-то из них влюбляется… Как это сделать? Ведь герои нам попались непростые. Один одержим жаждой мести за убитого отца, ему не до любви. Второй вообще слишком влюбчивый, и настоящая любовь, кажется, ему неизвестна. А третья вообще девственница и, переодевшись в доспехи, сломя голову бежит на войну. Задача, прямо скажем, не из легких.

Как ни странно, пьеса написалась быстро. За ней вторая. Однако ни та ни другая не слишком убедили нас, что герои испытывают настоящее чувство. Тогда авторы выставки решили усложнить задачу: раздать роли и заставить героев стать живыми. То есть перевоплотиться в них. И сделать это с помощью простой переписки, во время которой герои проживают каждый свою жизнь и делятся происходящим со своими адресатами. В начале эпистолярной истории никто не знает своей судьбы, а именно, чем все закончится. Так постепенно выставочный сюжет наполняется подробностями жизни героев и объединяет их судьбы. Пишущие не договариваются заранее, о чем именно будут писать. Таким образом, каждое письмо — новость для получившего. Условие переписки — исключение всякого притворства.

Герои начинают вести себя дерзко и зачастую игнорируют волю пишущего. Скажем, Жанна и Жуан получают сообщение о смерти Гамлета от Горацио, нашедшего в бумагах покойника их письма. Но категорически отказываются смириться с тем фактом, что друга уже нет в живых, и продолжают писать ему. Гамлету ничего не остается, как начать отвечать им уже в качестве… призрака.

Переписка стала важным текстом создаваемой выставки, открывшейся 27 декабря в Переделкине, в доме, который, кажется, идеально подходит для задуманного: эскизы костюмов развешены вдоль ведущей на третий этаж узкой лестницы. Тончайший рисунок Виктора Архипова при таком разоблачительном приближении выдерживает экзамен на «мастерство» — и ставит задачку посерьезнее: как поверить, что все демонстрируемые фантазии были воплощены? Ведь никаких подтверждающих это фото- и видеодокументов не сохранилось.

Идея сделать хотя бы парочку безумных костюмов маячила в голове создателей выставки, но была отвергнута, поскольку задачи «приодеть» персонажей не стояло. Их необходимо было оживить. Так, собственно, и возникла идея пьес (их в результате три) и переписки. Именно в этом случае наши герои из масок (они открывают выставку) превратились в живых рефлексирующих людей, способных, как выяснилось, на сильное чувство. Дух театра, дремавший в эскизах, таким образом был выпущен на свободу. Как парящие на разных уровнях выставки платья — красное и белое. Создателям выставки казалось, что они придумали их, чтобы «Спасти Жанну» (название одной из пьес), но в ходе «исследований» сопутствующих материалов при подготовке экспозиции выяснилось, что два первых изображения Жанны д’Арк — уже после ее реабилитации — были в красном и белом платьях. Художники XV века еще не определились, кто же она — грешница или святая?

Надо заметить, что сюжеты трех написанных пьес и переписки абсолютно разные. Посетитель может выбрать близкий ему вариант и даже предложить свой.

Ирина Ерисанова