Литературные журналы в Сети и на бумаге: вместе и врозь Евгений Абдуллаев, Женя Декина, Владимир Коркунов, Борис Кутенков, Николай Подосокорский, Ирина Терра, Вячеслав Харченко.
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
№ 2, 2024

№ 1, 2024

№ 12, 2023
№ 11, 2023

№ 10, 2023

№ 9, 2023
№ 8, 2023

№ 7, 2023

№ 6, 2023
№ 5, 2023

№ 4, 2023

№ 3,2023

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


КОНФЕРЕНЦ-ЗАЛ




Литературные журналы в Сети и на бумаге: вместе и врозь


С самого начала 1990-х годов в нашей стране новые литературные журналы появлялись и продолжают появляться с завидной регулярностью. Одни печатные издания довольно быстро закрылись, другие прекратили свое существование через несколько лет или даже пару десятилетий, третьи продолжают жить до сих пор. С развитием Интернета стали возникать литературные журналы, не имеющие бумажной версии и живущие только в Сети.

Мы пригласили порассуждать об их судьбах поэтов, прозаиков, критиков и журналистов — редакторов ряда бумажных и сетевых журналов, задав им три вопроса:

1) Традиционные толстые журналы и новые сетевые издания: как их можно сопоставить и как быть с соотношением количества и качества?

2) Какие литературные издания (как бумажные, так и сетевые), появившиеся и исчезнувшие за последние десятилетия, вы бы хотели выделить особо?

3) Как вы думаете, надолго ли хватит энтузиазма тем, кто продолжает выпускать бумажные и онлайн-журналы?



Евгений Абдуллаев


(1–3) Где-то четверть века назад в журнальном деле произошла революция. Началась она даже раньше, в 1996-м. Когда, первоначально на сайте «Агама», стали выкладываться тексты ведущих толстых журналов.

Но отсчет все же веду с конца 1990-х, когда читающая публика стала получать доступ к Интернету. И читать толстые журналы в Сети. Не только ведущие: любые.

Эта не слишком заметная революция изменила литературно-журнальную реальность.

В начале ее большинство литературных журналов еще выходило на бумаге и читалось на бумаге. Сегодня в бумажном виде журналы читают все меньше, в сетевом — все больше. Если вообще читают.

Но главное — да, стали появляться «чисто» сетевые журналы, и чем дальше, тем больше.

Отчасти — не от хорошей жизни. И печатать все сложнее и дороже (только за последние три года целлюлоза подорожала почти вдвое)… Еще сложнее — распространять. Но это — отдельная тема.

Сказывается ли это на содержательной стороне? Думаю, да. Даже в тех сетевых изданиях, которые следуют формату толстого журнала: и в рубриках, и в самой периодичности выхода (выкладывания в Сеть). Нет, «Лиterraтура», «Пролиткульт», «Текстура» или «Формаслов» — журналы сами по себе замечательные. Но — taste the difference. Если распечатать выпуск любого из них, он едва ли дотянет по объему до половины любого из «толстяков».

Прежде всего, конечно, из-за отсутствия крупной прозы. «Толстяки», правда, тоже стали публиковать ее меньше, но отрывки из романов и повести пока встречаются. Сетевые же издания нацелены на короткое чтение. Если стихи — то не поэмы; если проза — не романы; литкритика и эссеистика — не больше рецензии или краткого обзора.

Отличается и жанровый диапазон. Толстый бумажный журнал — это не только про литературу, но еще и про политику и общество. «Литературно-художественный и общественно-политический журнал», «журнал художественной литературы и общественной мысли», «литературно-художественный и публицистический журнал»… Это не просто слова: «толстяки» активно печатают публицистику. Преимущественно политологическую — «Знамя», этно-социальную — «Дружба народов», историческую — «Новый мир»… А еще отклики на фильмы, выставки, театральные постановки; литературоведческие статьи и архивные материалы…

В электронных журналах ничего подобного нет. Что, на мой взгляд, их сильно обедняет. Даже самая жанрово-многообразная «Лиterraтура» (публикует еще и драматургию и фантастику) в этом смысле уступает «толстякам».

Вопрос качества, конечно, не исчерпывается жанровым и тематическим разнообразием. «Наш современник», скажем, или «Сибирские огни» — тоже журналы с широким жанровым диапазоном. Проблема — с разнообразием стилистическим. Если говорить о публикуемых там стихах (а в журналах просматриваю, в основном, поэтические разделы), то ощущение, как будто лет пятьдесят, а то и более, в русской поэзии ничего не происходило. Мертвый штиль.

Не лучше, правда, и другая крайность — скажем, в недавно возникшем сетевом «Всеализме». Тут, наоборот, ощущение, что русская поэзия лет тридцать назад только и родилась. А то и менее.

Но в этом, возможно, сказываются даже не эстетические и идеологические взгляды, а разность поколений. («Всеализм» выпускают молодые — очень молодые — поэты.)

Это, кстати, еще один маркер отличия между бумажными и сетевыми журналами. Поколенческий. Бумажные журналы сегодня издают литераторы, родившиеся, условно, до 1980-х и выросшие в прежней «бумажной» и литературоцентричной культуре. Сетевые — те, кто родился позже. Для них чтение с бумаги и с монитора не имеет никакой разницы (второе даже удобнее), а литературоцентризм они застали уже на стадии руин и дымящихся обломков.

Означает ли это, что будущее за сетевыми журналами? Не знаю.

Не смогу ответить и на вопрос: надолго ли хватит энтузиазма тем, кто продолжает выпускать бумажные и онлайн-журналы? Если говорить о себе (а организаторы этой дискуссии попросили рассказать и о собственном редакторском опыте), то энтузиазма я не испытывал и 12 лет назад, когда мне предложили возглавить «Восток Свыше». Нужно было, как сказали, спасти его от закрытия. Вот и «спасаю» пока, как умею.

Но «Восток Свыше» — журнал все же не литературный; точнее, не только литературный. Издается при Ташкентской епархии; это, естественно, задает его «тематический горизонт». То, что публикуется в нем, должно быть как-то связано либо с христианством, либо со Средней Азией. Но горизонт этот довольно широкий и позволяет делать «Восток Свыше» как классический толстый журнал. (Тем более что два других сотрудника, Лейла Шахназарова и Карим Егеубаев, работали в «Звезде Востока» времени ее расцвета начала девяностых.) Публикуем прозу, стихи, исторические материалы, мемуары, переводы…

Да, временами возникает чувство, что это мало кто читает и работаем «в воздух». Но заниматься одновременно и изданием, и «раскруткой» нет ни сил, ни времени. Да и насколько сегодня можно «раскрутить» толстый литературный журнал? Ни одного убедительного примера назвать не могу.

Поэтому делаем, как делаем. Двести экземпляров плюс pdf-версия на епархиальном сайте1. Выкладываем целиком, одним файлом, не дробя. Толстый журнал — целостное эстетическое и идеологическое высказывание (в случае «ВС» — еще и религиозное); этим — в том числе — и ценен.

Сколько еще просуществуют толстые бумажные журналы? Сколько вообще будут существовать литературные журналы? Вопросы из той же серии, что и о будущем бумажной книги, о будущем романа, и так далее. С ощущением литературного апокалипсиса живем уже лет тридцать и как-то с ним свыклись. Просто надо продолжать; сжать зубы и делать свое дело. А там видно будет.



1 https://www.pravoslavie.uz/archdiocese/department_diocese/ePress/Easter/Archive/index.php.




Женя Декина


(1–3) Конечно, для всех нас толстые журналы всегда были эталоном качества. Для меня самой публикации в «толстяках» — это настоящее признание. А сетевые издания — рангом пониже: кажется, и редакторы не так строги, и требований поменьше. Но на деле все оказывается не столь однозначно.

Недавно, например, появился журнал «Пролиткульт», и редакционный совет там настолько лютый, что я перестала просить у знакомых тексты для него. Совет отказывает, а мне неудобно. Впрочем, такой строгий подход к отбору я тоже могу понять. Ребята очень боятся стать одним из самопровозглашенных сетевых изданий для публикации себя любимых и своих друзей, поэтому стараются не допускать ничего проходного. В этом отношении мне в «Лиterraтуре» проще — я пришла в журнал с именем, состою в жюри массы литературных премий, веду семинары, поэтому чаще всего прошу у автора какой-то конкретный текст, зная, что он удался. Или прошу тексты у тех авторов, которые ниже определенного уровня качества не опустятся. Или знакомые преподаватели Лита мне что-то рекомендуют. Но они над этим уже сами основательно поработали. С другой стороны, я все же человек, и, как бы ни старалась быть объективной, у меня могут быть личные вкусовые пристрастия, которые я сама в себе не замечаю. Но опять же, то, что меня зовут в жюри, сильно успокаивает.

Хотя не каждый толстый журнал теперь публикует действительно качественную литературу. Настоящим шоком для меня стала новость о том, что в одном из «толстяков» авторам приходится платить за редактуру. Надеюсь, по крайней мере, не всем авторам. Сама я, работая в сетевом издании, никогда с авторов деньги не брала. Хотя редакторы сетевых изданий работают совершенно бесплатно, а редакторы «толстяков» какие-то небольшие деньги, но все же получают. Так что, казалось бы…

Не знаю, насколько хватит нам всем энтузиазма. Иногда одного энтузиазма недостаточно. Иногда существуют объективные причины, когда продолжать невозможно. Так мы потеряли и «Арион», и «Октябрь». А когда я начала развивать свой «Пролиткульт», с удивлением обнаружила в Сети его мертвого предшественника, паблик «Литкульт». Может быть, и «Пролиткульт» умрет, и умрем мы все, но это уже не так важно, мне кажется. Кто-то опубликуется в сетевом журнале, приободрится, получит поддержку и опубликуется в «толстяке», почувствует в себе силы продолжать и станет гениальным писателем. И литература останется. Это главное.



Владимир Коркунов


(1) Один хороший поэт сказал, что ему достаточно 30 авторов, которых он бы с удовольствием читал, а остальные — условный поэтический белый шум. Другой хороший человек — поэт, переводчик, издатель и культуртрегер — говорил о 600 поэтах, без которых непредставим литературный ландшафт и которые, добавлю, питают друг друга своими текстами/идеями и помогают друг другу же развиваться. С разного ракурса оба правы. Но если для 30 поэтов достаточно пары журналов, то, когда мы говорим о 600, их необходимо гораздо больше.

Даже для адекватного представления литературного поля недостаточно имеющегося количества бумажных и онлайн-журналов. Поэтому разговор о соотнесении разноформатных изданий упирается в вопрос потребности, а еще — условного стеклянного потолка, когда традиционные толстые журналы не видят новейшую литературу, а новые сетевые издания не замечают авторов «толстяков».

В этом разрыве скрыта главная проблема «соотнесения» (и, если честно, сегментизации я бы посвятил отдельный круглый стол). Современная литература течет, как река, только в разные стороны, все дальше отдаляя/отделяя один сегмент от другого. Это можно сравнить с иностранными языками в конкретной стране, когда один человек не может понять другого. Речь даже не о качестве. Как графоманства, так и блестящих текстов с избытком и там и там.

И толстый журнал может быть и хорошим и плохим — и онлайн-журнал. Критерий один: экспертная работа редакции и качество публикуемых текстов. Ну а с «признанием» порой доходит до абсурда. Я не раз сталкивался с просьбами студентов, в том числе Литинститута, посоветовать им какой угодно бумажный журнал, поскольку только такая публикация считается легитимной, тогда как онлайн-издания (например, «Флаги» в инновативном сегменте, или «Новая Юность», если посмотреть в сторону «традиции») для них не котируются, поскольку онлайн-литературы не существует.

Умение видеть и уважать другого, признавать за ним право на существование — та необходимая прививка эмпатии, которой слишком часто не хватает литературному сообществу.

(2) «Последние десятилетия» — слишком большой интервал (тогда, пожалуй, стоит вспомнить и советский самиздат 1980-х), поэтому, если можно, я сконцентрируюсь на 2010–2020-х. Если говорить об исчезнувших, это в первую очередь «Арион», который больше держался на финансировании, чем на энтузиазме — онлайн-версия журнала могла бы, на мой взгляд, существовать и сейчас. А еще — Homo Legens, который, на мой взгляд, поглотила энтропия. Некоторые другие — порой важнейшие — журналы, хочется верить, лишь приостановили работу (потому суеверно их не называю), хотя мы понимаем, что иные паузы бывают длиной в жизнь.

Что до появившихся изданий, то из бумажных отмечу уже давно зарекомендовавший себя «Носорог» и совсем новый «Пироскаф» (что несколько опровергает тезис о конце толстожурнальной эпохи). А если говорить об онлайн-площадках — то число журналов, сайтов и проектов прирастает едва ли не каждый месяц. О «Флагах», которые стали, пожалуй, главным журналом 20-летних, я уже сказал. Из появившихся чуть раньше выделим эстетически разнородную, но в хорошем смысле горизонтальную «Артикуляцию», а также «Кварту», заявленную как «вкусовой» проект главных редакторов, что одновременно и сковывает журнал, и — зато — придает ему узнаваемое лицо; а еще «Дегусту» и казахстанский «Дактиль». Из совсем новых проектов назову «Всеализм» (мне дорог языковой концепт и строгий редакторский отбор), «Таволгу» (с располагающей «растительной» тематикой), «изъян» (с «темными» текстами, и вообще сделанный крайне эстетски), «альманах-огонь» (синкретический проект, объединяющий текст, музыку и визуальные образы), «Нате» (спасибо редакции: мне всегда нравилось ответственное и серьезное отношение к делу) и «журнал на коленке» (с некоей стихийностью, атмосферой квартирника).

Если говорить о журнале POETICA, над которым мы работаем с Ланой Ленковой, то наша задача объединить структуру «классического» издания (полноценные номера с разделами поэзии, переводов, эссе и критики etc.) с онлайн-дайджестами: текстами авторов и авторок новейшего поколения (проект «Лаборатория») и вненомерными публикациями в разных жанрах (проект «Лента»). Бумажное воплощение проекта — книжная серия, в которой на сегодняшний день вышли сборники Арсения Ровинского и Александра Уланова (в основной серии), а также Тамары Жуковой (в серии первых книг).

(3) Это определяется целями человека — кто-то вкладывает всего себя в издание и не мыслит жизни без него, а для кого-то это игра (приобрести символический капитал, вдоволь напубликоваться самому [что напоминает мне аутолингвофелляцию], сыграть в симулятор литературного бога и так далее). Если первое, то издание, скорее всего, будет жить; если второе, то скорость падения энтузиазма окажется прямо пропорциональной реализации «скрытых» целей.

А еще работа над журналом — это фан и драйв, крутая компьютерная игра-менеджер (или даже RPG); и, например, я не представляю свою жизнь без литературной работы, будто бы без нее начинаю умирать быстрее.

Еще хочу сказать тем, кто стоит на пороге создания своего проекта (и чувствует это горение внутри), но пока не решается переступить через него. Пожалуйста, не бойтесь (а самым недавним примером пусть для вас будет Алиса Федосеева, которая объявила об альманахе «Пеликан» на стадии задумки). Конкуренции в литературном сообществе — если говорить о борьбе за авторов — не существует (главное, не отмените себя сами). Текстов у тех, кого вы читаете и любите, особенно у ваших сверстников, — хватит и на ваших «конкурентов», и на вас — и еще останется. Конечно, бывают исключения, как в случае Михаила Гронаса, пишущего довольно редко; но, как правило, сборка эстетически выдержанного и связанного номера (когда каждая публикация гармонирует/дополняет другие) требует только времени и любви, а когда ты любишь, время летит незаметно.



Борис Кутенков


(1) Традиционное разделение на издания бумажные (то бишь — легитимные, серьезные и ответственные в отборе материала) и сетевые (то бишь — все то же самое, но с частицей «не») в 10-е и 20-е годы XXI века совершенно утратило актуальность. По моим ощущениям, стимулом для появления новых электронных изданий стал журнал «Лиterraтура» периода 2014–2018 годов, быстро вставший вровень с «толстяками»; если получилось «у них» — без бумажной версии и на одном энтузиазме, — то почему бы не повторить этот успех самим, подумали многие. Разумеется, повторить ничего невозможно, и каждый случай успеха/неуспеха персонален. Но ясно и то, что электронные издания появлялись и будут появляться во множестве — прежде всего в силу видимой легкости такого формата: трата средств зачастую только на хостинг и домен, возможность оперативного размещения материалов в открытом доступе. Однако за «общей» легкостью подхода — индивидуальная работа, определяющая различное отношение публики; здесь граница между бумагой и Сетью совершенно перестает иметь значение. В том же «Журнальном зале» представлен ряд изданий, про которые давно всем ясно, что публикация в них не считается престижной (кроме как для совсем уж неофитов литпроцесса или тщеславных графоманов), в отличие от нескольких электронных изданий.

В то же время именно «бумажность» служит критерием легитимности для многих представителей старшего поколения (а для многих из них — еще продаваемость в киосках и финансовая окупаемость, как бы это комично ни звучало). И, сколько бы реальность ни оспаривала подобные взгляды, они не выбиваемы из голов. В сравнительно недавно вышедшей книге Сергея Казначеева по теории критики в разделе о литературе в Интернете не упомянуто ни одного сетевого журнала; ясно, что такая область культурной специализации для автора учебника просто не существует. Что делать с этим? По возможности менять внутричерепную реальность на культуртрегерском уровне; но, поскольку в больших масштабах делать это все равно не получится, можно идти на некоторые уступки «общественным представлениям» о легитимности — так, «Новая Юность» раз в год выпускала бумажную антологию лучших текстов. По идеальному пути пошел журнал Prosōdia, создав гибридный жанр — это и ежедневно обновляемый сайт с новостями, подборками стихов, теоретическими материалами, и — тематизированные выпуски-антологии, включающие лучшее из представленного на сайте.

(2) Я бы разделил современные электронные издания на следующие типы:

— сайты — принципиально отличающиеся от структуры «традиционных» журнальных выпусков. Это, например, «Год литературы», где редко увидишь теоретические материалы, но за новостями литературной жизни регионов и обзорами обращаться к изданию вполне полезно; «полутона», сайт, где отсутствует периодичность выпусков, но который стал признанной и уважаемой площадкой для поэтического дебюта; «Прочтение» и «Горький», ориентированные, при всей их разности, на пропаганду чтения; «Полка», созданная для переосмысления классического наследия, и другие;

— журналы (именно толстые журналы в Сети, а не сайты), которые отличаются от «Нового мира» и «Знамени» именно отсутствием бумажной версии, но в целом «копируют» структуру традиционного толстожурнального выпуска. Таких, разумеется, больше именно в силу неизживаемости этой структуры (и дай Бог ей здоровья, вздохнул во мне воспитанный толстожурнальной культурой архаист): «Лиterraтура», «Формаслов», «Флаги», «Артикуляция», «Дегуста». Успеху ежемесячника часто помогает разумная периодичность: например, «Формаслов» выходит раз в месяц, и в целом уровень отбора материалов, тщательность при создании номера вряд ли позволяют видеть серьезные отличия по сравнению с «толстяком», кроме той же пресловутой электронности и привлекательного дизайна;

— гибридные издания, редакторы которых готовят «толстожурнальные» электронные выпуски и отдельно выкладывают материалы вне рамок этих номеров. Та же упомянутая Prosōdia существует в виде двух довольно различных изданий, и ее редакторы видят серьезное отличие между сайтом — и бумажным выпуском-антологией; POETICA издает сборные выпуски, но и публикует отдельно поэтические подборки именно в качестве сайта;

— в отдельную группу выделю журналы «нового» типа, издаваемые самым младшим поэтическим поколением, — ROSAMUNDI (редактор — поэт и культуртрегер Данила Кудимов, 2003 г.р.); «журнал на коленке» (редакторы — поэт Стас Мокин, 2004 г.р., и поэт, эссеист, лауреат премии «Лицей» Степан Самарин, 1997 г.р.); «Таволга» (несколько редакторов поколения условно «двадцатилетних»). Отличия их от других и объединение в единую группу — некоторая условность; каждый из журналов успел выпустить всего несколько номеров, и, как говорится, поживем — увидим. Но я бы отметил во всех перечисленных игровой подход, направленность на дружеский круг и определенную легкость сборки; скажем, номер того же «журнала на коленке» может собираться в последний момент — и материал, который не вписывается в конкретный номер, тоже может быть исключен на финальном этапе. В этом существенное отличие и от «традиционных» толстых журналов, и от изданий первого типа, для которых все же характерна сверка верстки, внимательность к корректуре, — то есть то, что издавна отличало традиционный толстый журнал. Честно говоря, новая «игровая» реальность мне, архаисту, воспитанному на культуре «толстяков», пока непривычна; но думаю, что изданий такого типа будет появляться все больше и больше, и речь идет не о временном явлении, а о становлении новой реальности, признаки которой пока зыблемы. С этой реальностью нужно будет уметь сосуществовать, а не отмахиваться от нее едким определением «стенгазета» (Алексей Алехин об интернет-изданиях). Впрочем, сам газетный принцип некоторой хаотичности в этом определении подмечен скорее верно — и противопоставлен толстожурнальному.

Коллега в частном разговоре недавно высказал мысль, что «молодые» журналы отказались от принципа приглашения мэтров — «они понимают, что крепкий выпуск можно сделать и без них». Этот принцип столь долго определял легитимность издания, что сама идея отказа от него для меня нова и непривычна. По моим ощущениям, такой подход связан со все большей атомизацией культуры — и отсутствием «единых», консенсусных мэтров. Возможно, и ставка толстых журналов на «мэтровость», за которую они продолжают держаться, уже архаична.

Что касается уровня, то присмотреться советую к перечисленным во всех трех пунктах. Журнал «Таволга» интересен хорошим вкусом при выборе поэтических подборок и множеством новых имен, читать его совершенно необходимо тем, кто стремится следить за новейшим поэтическим процессом. Установка на эксперимент и те же новые имена любопытны в ROSAMUNDI. В вышедшем недавно втором номере журнала POETICA (редакторы — Владимир Коркунов и Лана Ленкова) стоит изучить и глобальный опрос о метареализме, и интервью с Александром Улановым о «темном» поэтическом тексте, и мини-антологию поэ­тов, родившихся в конце 1990-х и начале 2000-х. В POETICA видны капитальность подхода, стремление сделать журнал интересным, но одновременно с этим и серьезная редакторская и литературно-критическая школа, которую успел пройти его создатель Владимир Коркунов. Игнорировать все это как незначительную часть литературного процесса было бы недальновидно.

Общие проблемы новых проектов — сложность с обретением собственного лица и затерянность среди известных брендов. Что касается первого, то отметил бы, что для новейших изданий все более неважен или малозначим вопрос концепции и тыняновский принцип единства номера. Рассуждения о толстом журнале как «метатексте» (определение Натальи Ивановой на конференции «Журнальная Россия») вряд ли покажутся актуальными как младшему поэтическому поколению, так и редакции журнала «Кварта» (создатели — Валерий Шубинский и Богдан Агрис, которые позиционируют свой проект как подчеркнуто вкусовой). Возможно, уровень текстов объективно важнее смутно понятой «концептуальности», но для литературоведов это понятие по-прежнему важно — и на уровне сборки номера как целостного метатекста, и в смысле концепции журнала. Что до второго, обратил бы внимание, что понимание встроенности новых изданий в литературный процесс — вопрос адекватности каждого из нас; так, «Флаги» незаметно стали его актуальной и незаменимой частью, реальность меняется на наших глазах, и отмахиваться от нее — значит пребывать в кругу устаревших представлений. В недавнем разговоре поэтесса, автор толстых журналов, всерьез удивилась, что электронный журнал (престижный и известный) «считается публикацией» и что на факт выхода стихов в нем смотрят при составлении подборки в «Новом мире». Это удивление, конечно, характеризует поэтессу, а не электронный журнал.

(3) Журнал интересен до тех пор, пока интересен его создателям, и в этом нет особой разницы между бумажными и электронными изданиями. Сам я вы­ступаю за постоянство и изначально задумываю свои проекты как долгоиграющие. В то же время не могу не понимать, что такое отношение приводит к усталости и инерции; их важно в себе почувствовать вовремя — и переключиться на иную деятельность (возможно, в той же литературной сфере).

Как мне кажется, в нашем деле выигрывают те, кому нечего терять. На глазах потерпели банкротство многие СМИ, где действовал финансовый фактор. Бумажные и электронные литературные издания пережили пандемию и переживают нынешние времена с удивительным постоянством и достоинством, ибо делаются энтузиастами из любви к своему делу за небольшие деньги либо вовсе без оных. Некоторые институции приостановили работу после февраля 2022-го по соображениям этическим — здесь в равной мере жаль и бумажный «Воздух», и электронный TextOnly, — но это уже другая проблематика. Повторюсь, каждый случай персонален: ротация и здесь неизбежна, и это нормально, как жизнь.

Так или иначе, новые издания будут возникать, и в большинстве своем именно электронные (возвращаемся к первому абзацу моего ответа и соблазну видимой легкости). Но отмечу и свободу от снобизма более медлительных и снобистских «толстяков», и возможность лавирования в рамках все более ужесточающейся цензуры. Чем меньше к тебе присматриваются, тем больше свободы, и тут вопрос популярности и узнаваемости поворачивается неочевидными гранями.



Николай Подосокорский


(1) В разговоре о соотношении так называемых традиционных толстых литературных журналов, имеющих давнюю историю и продолжающих выпускать свою бумажную версию, и новых литературных интернет-журналов, созданных уже в XXI веке, существующих зачастую без официальной регистрации в качестве СМИ, обходящихся без каких-либо юридических формальностей, правильнее делать акцент на качестве, ибо любые количественные показатели легко имитируются и фальсифицируются, а наше дело — обсуждать вещи по существу.

Сильными сторонами литературных «толстяков», как правило, являются бóльшая культурная ценность их бренда, опытность редакторов, устремленность если не в вечность, то хотя бы в историю, более строгий отбор материалов, промежуточное положение между сферами гуманитарной науки и современного искусства. Особенно в последнем отношении отличаются те журналы, которые озаботились включением своих статей из соответствующих научных разделов в базы вроде Web of Science, Scopus, РИНЦ, что дополнительно стимулирует серьезных исследователей публиковать в них свои работы (и здесь пальму первенства из старых литературных журналов держит «Новый мир»).

Сильные стороны новых сетевых изданий в ряде случаев, хотя и далеко не всегда, — это меньшая закоснелость редакции, быстрота публикации, готовность к постоянным экспериментам. Но порой это может оборачиваться излишней политизацией (желанием подменить разговор о глубине вещей модным дискурсом и поверхностным активизмом) и недолговечностью самих проектов, которые, в лучшем случае, держатся на плаву 10–20 лет и затем умирают, не оставляя после себя почти никаких следов (сайты перестают работать, архивы бесследно исчезают, прежние интернет-ссылки на материалы оказываются ведущими в пустоту).

(2) Если говорить о литературных изданиях в самом широком смысле, то некоторый интерес у меня вызывает объемный гуманитарный альманах «Волшебная гора», выходивший с 1993 года с не вполне понятной периодичностью. В нем делается акцент на религиозно-философском традиционализме с уклоном в эзотерическую сторону мирового культурного наследия. Также одно время я читал интернет-журнал «Крот», название которого, по всей видимости, отсылает к культовому фильму Алехандро Ходоровски «El Topo», снятому в 1970 году благодаря финансовой поддержке Джона Леннона. Русскоязычный «Крот» позиционирует себя как «нерегулярный интернет-вестник потаенной красоты и мудрости со всего мира». Сайт у него выполнен в стиле «вырви глаз», но описание миссии более чем достойное: «Мы ищем и формируем альтернативную культурную повестку — уникальную для каждого края, страны и региона — будь то пекинский грайм, греческая философия, колдуны Ассама, поморский фольклор и прочие подспудные феномены. Наш девиз: нет ни андеграунда, ни мейнстрима — только культура и то, что притворяется таковой».

Последние четыре года я работаю в научном журнале «Достоевский и мировая культура. Филологический журнал» ИМЛИ РАН, созданном в 2018 году на основе московского альманаха «Достоевский и мировая культура», главным редактором которого был замечательный филолог-достоевист Карен Степанян. В нашем журнале, помимо собственно научных статей, публикуются также рецензии на новые книги о Достоевском и на театральные постановки его произведений, содержательные беседы с учеными и режиссерами. Из наиболее интересных и актуальных материалов последних выпусков выделю большое интервью с главным редактором журнала Татьяной Касаткиной, опубликованное в № 3 (23) за 2023 год. В нем она, в частности, говорит следующее: «Почти все, что нам примерно с конца нулевых годов подавали как некий свершившийся факт, на самом деле было проектом. <…> И очень многое сейчас существует именно как проект уведения человека от глубины его человечности, уведения человека от того, чем он был долгое время, и от тех лестниц, которые уже в культуре были простроены, по которым предлагалось восходить. <…> В какой-то момент почему-то возникла идея эти простроенные маршруты начать разрушать и переводить человека на какие-то другие рельсы, вплетать его в какие-то другие взаимодействия».

(3)С очередным витком усиления цензуры (не только со стороны государства, но и со стороны транснациональных корпораций) значение серьезных литературных журналов выросло. Парадоксально, но в них сейчас зачастую больше интеллектуальной свободы, чем во многих других местах вроде старых и новых медиа. Я рассчитываю на то, что в скором будущем произойдет возрождение толстых журналов как значимой культурной силы в российском обществе, и надеюсь в этом процессе поучаствовать лично — либо как основатель собственного нового журнала, либо как ведущий критик одного из старых реформированных изданий.



Ирина Терра


(1) Литературно-художественный журнал «Этажи» был создан в 2015 году. «В начале было Слово», а нас в журнале было двое — я и мой коллега поэт и прозаик Игорь Курас. Постепенно создавалась редакция, приходили заинтересованные люди, появлялись новые рубрики, и со временем журнал стал не только литературным, но и затрагивающим сферы музыкального искусства, живописи и фотографии, театра и кино.

Журнал «Этажи» отличается от традиционных литжурналов прежде всего способом выхода публикаций. Сначала они появляются на нашем сайте, а уже затем избранное с сайта берется в печать. Печатный выпуск «Этажей» выходит ежеквартально (март, июнь, сентябрь, декабрь), его можно приобрести в книжных магазинах «Фаланстер» (Москва) и «Даль» (Санкт-Петербург). Каждый номер оформляет специально приглашенный художник, а на обложках размещается новая иллюстрация художницы Тани Кноссен-Полищук, и, если собрать все 32 выпуска «Этажей», можно сделать отличную выставку Таниных работ из обложек журнала.

Преимущества выхода публикаций сначала на сайте очевидны, и прежде всего это скорость и своевременность. Пока другие печатные журналы копят в портфеле тексты на несколько месяцев, а то и на год вперед, мы можем моментально дать репортажи о текущих событиях, к определенной дате опубликовать интервью, эссе, воспоминания. Так, например, было с репортажами с конкурса имени Чайковского в 2019 году. Каждый день мы выпускали обзоры Елены Кушнеровой об игре конкурсантов, эти рецензии читались (в том числе и самими конкурсантами и их педагогами), комментировались, шли споры и даже баталии профессионалов и любителей. Это пример работы современного журнала — преподнести информацию для читателя вовремя, на пике интереса. И тут, конечно, выигрывают онлайн-журналы, и не только быстротой реагирования, но и удобством преподнесения информации: нажал на ссылку — и читаешь в удобное время и в удобном месте, бесплатно (что тоже немаловажно), можно поделиться ссылкой на публикацию и обсудить ее в соцсетях, есть прямая связь с автором, чтобы задать вопрос или высказать мнение.

Печатные журналы более трудо- и финансово затратны для издателей и менее удобны для читателей — за ними нужно съездить в магазин, купить, найти место для хранения в доме. На покупку решаются в большинстве своем авторы журнала, чтобы было в доме наглядное доказательство их «труда» и малое количество читателей «с листа», которых с каждым годом становится все меньше и меньше. И тут хочется процитировать моего коллегу Игоря Кураса: «Жалко мне, если признаться, березы, дубы и осины, / черные клены и вечнозеленые сосны; лесные массивы — / едешь, когда по дороге, они ведь не просто красивы: / в ярких закатных лучах их величия невыносимы». Мы стараемся печатать такой тираж журнала, чтобы не пропала зазря ни одна «березка», и тираж был полностью раскуплен. Нужно ли говорить, что тираж небольшой? — думаю, это и так понятно. И такая же ситуация со всеми традиционными толстыми журналами, делающими ставки, как и раньше, на печать. А как раньше уже никогда не будет. Даже если «заставить» библиотеки снова закупать тиражи толстых журналов, читаемость «с листа» это не поднимет, просто станет мало места в библиотечных книгохранилищах.

До сих пор существует такой стереотип: если текст опубликован только в Сети, то, значит, он как бы по качеству не дорос до печати. Это не так. Качество текста определяет выбор редакции, а далее уже не важно, с какого носителя этот текст прочитают — с электронного или бумажного. Статистика показывает, что прочитают с электронного, и в тысячи раз больше, чем с бумажного. На нашем сайте стотысячные просмотры у некоторых публикаций — ни один журнал сегодня не делает такой печатный тираж. Задача журнала, в котором есть редколлегия, — выбрать «качественный текст» и «доставить» его читателю. И если путь электронной доставки легок и удобен для всех, то странно было бы этим не пользоваться… А вот вопрос именно выбора «качественного» текста (и что такое «качественный» текст) настолько неоднозначен, что можно долго спорить, уверять в компетентности редакции, ссылаться на мнения филологов и так далее, но так и не прийти к единому мнению. Я знаю замечательные электронные журналы с отличным выбором произведений и печатные журналы, в которых «бумага все стерпит». И наоборот. Как не растеряться читателю в Сети (да и в книжном магазине) — дело самого читателя и зависит от начитанности, опыта, вкуса и доверия к редакции.

(2) Что касается изданий, появившихся в последнее десятилетие, можно отметить сетевой журнал «Формаслов», созданный в 2019 году Анной Маркиной и Евгенией Джен Барановой. Все делается красиво, элегантно, со вкусом — начиная от дизайна сайта, заканчивая наполнением. Они внимательно подходят к его раскрутке — ссылки даются во всех соцсетях и даже на «Дзене». В рамках журнала они открыли свое издательство и литшколу. Хороший старт и здоровый энтузиазм создателей. Еще недавно, примерно год назад, стал издаваться журнал «Пироскаф», главный редактор — Александр Переверзин. Александр — издатель со стажем и заслуженным авторитетом, этот кредит доверия к нему распространяется и на журнал. Сайт у «Пироскафа» простенький, хотя все необходимое там есть, в том числе и версия для чтения с гаджетов. Бумажный журнал я видела в «Фаланстере»: толстый журнал на хорошей бумаге со вставкой цветных иллюстраций — роскошь для нашего времени. Конечно, есть и другие журналы, достойные упоминания, но для этого нужно делать специальный более внимательный обзор.

(3) Надолго ли хватит энтузиазма издателям литжурналов — вопрос индивидуальный и зависит от команды, финансов, обстановки вокруг. Я думаю, что печатные журналы полностью не исчезнут — останется необходимый минимум тиража для авторов, презентаций и Книжной палаты. Также будет развиваться «печать по требованию» — желающие будут заказывать единичные экземпляры в типографии. Но постепенный уход в сетевые издания неизбежен и не несет никакой трагедии. Идеально было бы создавать аудиоверсии каждого выпуска, но это пока трудноосуществимо по причине немалых финансовых вложений.



Вячеслав Харченко


(1) Сопоставление печатных и электронных изданий зависит от их собственного позиционирования. Бумажные журналы с долгой историей («Новый мир», «Знамя», «Дружба народов» и другие) стоят особняком, по сути, создавая костяк русскоязычного литературного поля. Сетевые издания более открыты начинающему автору, однако многие мечтают о публикации именно в бумажном журнале, что, видимо, дает статус, надежду оказаться замеченным.

Электронных журналов и порталов — огромное количество (TextOnly, «полутона», «Сетевая словесность», «Транслит», «Лиterraтура», «Текстура», «45-я параллель», «Артикуляция» и другие), но они предназначены скорее для вхождения в литературу, чем для регулярной публикации известными авторами своих произведений. Отдельно можно выделить только журналы последнего поколения «Формаслов» и «Пролиткульт», которые из-за активного продвижения в социальных сетях, блогах, создания видеоматериалов и издательской политики стоят особняком.

Притягательность электронного формата — малые затраты: сетевой журнал не беспокоится о бумажных экземплярах и их распространении, его можно создать на голом энтузиазме и вести десятилетиями, что показывает история «Сетевой словесности», TextOnly и «полутонов», но, если традиционные журналы имеют хоть какой-то доход от грантов и продажи бумажных экземпляров, то большинство электронных изданий убыточны. Надежда на рекламу не оправдывается.

Возможно, большей посещаемости сетевых проектов получится добиться, если создать единый портал электронных литературных изданий наподобие всем известного «Журнального зала», но, видимо, это дело далекого будущего.

Кроме того, есть ряд журналов, которые вобрали в себя опыт как бумажных изданий, так и электронных. На особом месте стоит журнал «Этажи», и активно присутствующий в социальных сетях, и продающийся в бумажном виде. Также отмечу журнал «Воздух», создавший среду для авторов определенного направления.

Если же говорить о качестве размещаемого материала, то это понятие очень размыто. Безусловно, в старейших толстых журналах мечтает напечататься большинство поэтов и прозаиков, но скорость размещения, маркетинговая политика и доступ к общению с читателем в социальных сетях и телеграм-каналах зачастую делают электронные издания более привлекательными для авторов.

(2) Как ни странно, за последние 25 лет я не могу припомнить ни один электронный журнал, который бы исчез. Возможно, это связано с поколением, вошедшим в литературу в конце 1990-х и начале нулевых. Пока оно в строю, пока оно активно пишет, даже старейшим электронным изданиям ничего не грозит, тем более что затраты на их существование по сравнению с бумажными журналами небольшие.

А про исчезнувшие бумажные издания я могу рассказать исходя из собственного присутствия в их редколлегиях.

Журнал «Сетевая поэзия», ставший потом «Современной поэзией», был соз­дан Андреем Новиковым и группой авторов на рубеже 2003–2004 годов и отображал феномен сетевой литературы, возникшей на границе прошлого и нынешнего тысячелетий. Выходил он за счет средств инициативной группы и самого Андрея Новикова, а прекратил свое существование после его смерти в 2014-м.

Журнал Homo Legens был основан в 2012 году Юрием Коньковым, поэтом, близким к кругу авторов «Современной поэзии», и финансировался им же. В 2016-м издание вошло в «Журнальный зал», а прекратило свое существование из-за некой усталости людей, которые им занимались.

Международный журнал «Крещатик» в 2022 году хоть и не закрылся, но полностью прекратил свое существование в российском культурном поле из-за политических событий.

Особая боль — прекращение издания бумажных журналов «Октябрь» и «Арион». Они держались на энтузиазме редакторов Ирины Николаевны Барметовой и Алексея Давидовича Алехина. Мне кажется, эти издания вполне можно было сохранить хотя бы в электронном виде, как это случилось с «Новой Юностью».

(3) Я бы не говорил об энтузиазме издателей бумажных журналов, он скорее характерен для редакций электронных изданий. Бумажный журнал более зависим от финансирования и должен иметь для нормального существования частную или государственную поддержку. С уходом поколения, получающего печатные издания по подписке, доходы толстых журналов ужимаются все сильнее. Мне видится либо их полный переход на государственные дотации, либо к модели развития журнала «Этажи».

Будущее, на мой взгляд, за симбиозом электронного и бумажного журнала. Само понятие «бумажный тираж» рано или поздно отомрет. Экземпляры будут печататься по требованию читателя при нажатии нужной кнопки на сайте журнала и автоматически рассылаться с использованием средств доставки.





Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru