Казнить нельзя помиловать.  Стихи. Вера Павлова
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 11, 2022

№ 10, 2022

№ 9, 2022
№ 8, 2022

№ 7, 2022

№ 6, 2022
№ 5, 2022

№ 4, 2022

№ 3, 2022
№ 2, 2022

№ 1, 2022

№ 12, 2021

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Об авторе | Вера Анатольевна Павлова (04.05.1963, Москва) окончила музыкальный колледж им. Шнитке и Академию музыки им. Гнесиных. Автор 22 стихотворных книг. Сборники недавнего времени: «Нежней не бывает» («Эксмо», 2016); «Избранный» («Эксмо», 2018); «Проверочное слово» («Эксмо», 2018); «Двуспальная книга. Стихи о любви на постельном белье» (Париж, 2018); «Записки счастливого человека» («Эксмо», 2020). Переведена на 26 иностранных языков. Удостоена Большой премии имени Аполлона Григорьева за 2000 год, Премии «Московский счёт» (2003), премии «Антология» (2006). Постоянный автор «Знамени». Предыдущая публикация в «Знамени» — № 8, 2020.




Вера Павлова

Казнить нельзя помиловать


* * *

До свиданья, зимние обноски!

Здравствуйте, весенние обновки!

Из-под шапок вырвались причёски,

из-под свитеров — татуировки.

Всё в цветочках — белых, синих, жёлтых, —

клумбы, майки, платья и лужайки.

Полагаешь, я замёрзну в шортах?

Это ты запаришься в фуфайке.


* * *

Споря без умолку,

упрямства виртуозы,

наряжаем ёлку —

надгробье д. Мороза.

Слушай, ты здоровый?

Всё, хватит огрызаться.

Будет катастрофой

сюда повесить зайца.


* * *

Санта-Клаус, уезжай,

подвези волхвов.

Christmas Tree, прости, прощай, —

в ящик собран урожай

золотых шаров.

Отшуршала мишура.

К счастью, Мусагет

удлиняет вечера,

подливая из ведра

чайной ложкой свет.


* * *

Распахнулись окна

музыкальной школы,

вырвались на стогна

вальсы, баркароллы,

сонатины, гаммы...

Плачущим подсказка:

мамы, мойте рамы,

послезавтра Пасха.


* * *

Солнечные спешат,

песочные отстают,

церковные невпопад

звонят. Со временем тут

что-то не так. Вода

клепсидры полна мальков.

Ходики, вы куда?

— В альков.


* * *

Плыть в оцинкованном корыте,

лететь у папы на руках,

в пелёнках корчиться: пустите!

ползти в нарядных ползунках,

идти на поводу у речи,

бежать на шпильках на убой...

Всё это было ради встречи

с тобой.


* * *

Мы у калитки рая.

Я у тебя за спиной.

Бог, пенсне надевая,

мне: А ты кто такая?

Ты — Богу: Она со мной.


* * *

носившие на руках

учили меня летать

во сне

побеждаю страх

отвязываю кровать

на всех парусах лечу

шар огибаю земной

причаливаю к плечу

спящего рядом со мной


* * *

Рассказать, как я и Коленька

отмечали день Победы?

Полюбились после полдника

и проспали до обеда,

на обед доели курицу,

отклонили чей-то вызов

и отправились на улицу

принимать парад нарциссов.


* * *

— Коль, пожарная тревога!

— Да гори она огнём! —

Неуютно жить без Бога,

безмятежно — с Ним и в Нём.

Но строчит инспектор рапорт,

но визжит сигнал: беги!

Что спасать? Компьютер. Паспорт.

Рукописи. Дневники.


* * *

Спят солдаты перед битвой.

В угол доспехи свалены.

Укрываю их молитвой

пуленепробиваемой,

провожаю на рассвете.

Может, будить не стоило?

Будьте осторожны, дети!

Первый урок — история.


* * *

Над схваткой птицы.

Под схваткой черви.

Бойцы. Бойницы.

Ребята, чей вы

приказ капризный

принять готовы?

Больницы. Тризны.

Могилы. Вдовы.


* * *

Сколько на кладбище снега!

Набрось. Застегнись. Не простынь.

Я хороню человека,

которого знаю всю жизнь.

Ничем не согреть. Озябли

навек. Обезьяна судьбы

сменила косу на грабли,

в сугробы сгребает гробы.


* * *

Обращаюсь к людям

милая и милый,

и они милеют

прямо на глазах,

потому что милость —

дело наживное.

Господи, помилуй

миленьких моих!


* * *

Не сидится, не спится

в эпицентре зимы

заключённым больницы,

пациентам тюрьмы.

Ночь. Терпенья огарок.

Вседержитель ключей,

отпусти санитарок,

вылечи палачей!


* * *

Волчок качает зыбку:

спи, рыбка золотая!

Вопросы на засыпку —

подумать, засыпая,

как залатать ошибку,

как Герде жить без Кая.

Вопросы на засыпку —

подумать, засыпая

могилку липкой глиной:

как умирать, любимый?


* * *

сглазил слепой

оговорил немой

подпел глухой

опередил хромой

прочёл тупой

вознаградил дрянной

забыл родной

поцеловал чумной


* * *

Рад жаре мороженщик —

закипит торговля,

урагану кровельщик —

прохудится кровля,

рад войне промышленник,

ростовщик уплате,

их единомышленник,

рад поэт утрате.


* * *

Из недописанных хроник

вырвем чистый листок,

домик — конвертик — домик,

вверх загнём уголок,

согнём пополам, дважды

по бокам отогнём —

лети, планер бумажный,

домой, над водой, под огнём.


* * *

Человечества одна

восьмимиллиардная,

я из космоса видна.

Видишь точку? Рада я,

что заметил Google Map

зону пикниковую,

где я режу сыр и хлеб,

сумки распаковываю.


* * *

Ностальгии чёрный хлеб,

заговор времени-места.

Покажи мне, Google Map,

дом двадцать, возле подъезда

соседку на стуле. Ей сто один.

Прямо над нами квартира.

Клавдия Алексеевна, я в магазин.

Взять вам бутылку кефира?


* * *

Кто мы? — Саботажники

           мировой тоски.

Что у нас в багажнике?

           Лодка и коньки —

есть на чём форсировать

           Лету и Коцит.

Понять бы ещё, как саботировать

           стыд.


* * *

Измен постоянство.

Воздушные лодки.

Двойное гражданство

двойной патриотки.

Раздоры. Побеги.

Семейные драмы.

Надёжность опеки

двоюродной мамы.


* * *

Крылья дал светлячку,

а светлячихе — нет:

волоком волоку

маленький тихий свет.

Птица поёт: убью.

Травы стоят стеной.

Суженую свою,

видишь меня, родной?


* * *

От печки, от яйца

курсивом старательным

глаголом жги сердца,

лечи прилагательным,

сей милость, нежность, смех,

унынье выпалывай.

Ты пишешь лучше всех

стихи Веры Павловой.


* * *

Знают ручка и тетрадь,

сколько зим и лет

врассыпную засыпать,

умирать след в след.

Глубока ли колея,

я узнать хочу.

Приближается моя

очередь к врачу.


* * *

иду к последней черте

веду беседу с рекой

коленки уже в воде

купальник ещё сухой

река не спорит со мной

кузнечики на лугу

ключами звенят за спиной

и на том берегу


* * *

Не взбирайся на треножник —

ты не выучил урок,

ты играешь, как сапожник,

как сапожник без сапог,

как сапожник без таланта,

как сапожник без руки,

как сапожник, оккупанту

целовавший сапоги.


* * *

Отказать не могу,

мзду приявши махонькую,

отдаюсь языку,

мастерски подмахиваю.

— Ты велик, ты могуч, —

льщу ему, умасливаю, —

не забудь, не замучь

опытную, ласковую.


* * *

Горжусь важной работой,

девочек и мужчин

учу грамоте нотной

родинок и морщин.

Зачем спрашивать всуе,

кто отмерил с лихвой

жизнь такую большую

мне, такой небольшой?


* * *

Щедрая награда за труды,

тихая отрада Робинзона —

упиваться запахом воды

вне купально-пляжного сезона,

думать об ушедших без следа,

быть за ними следовать готовой,

знать: околоплодная вода —

младшая сестра воды грунтовой.


* * *

Не воспевалось в одах,

но стоит сотни од

блаженство после родов

ложиться на живот,

рубашку заливая

излишком молока,

подушку обнимая

обеими рука-


* * *

На душу населения души

дели, душа моя, свои гроши,

в кормушку букв и нот себя кроши.

Смотри, какая подрастает смена,

как дивно старожилы хороши!

Синодик под подушку положи.

Служи им до последней капли жи...

Последняя монета неразменна.


* * *

Чьи, купидон-скопидом,

в рамках милые лица?

Жизнью упиться. На том

свете опохмелиться.

Кто, ганимед-водолей,

празднует новоселье?

Вот моя чаша. Полней!

Я не боюсь похмелья.


* * *

Казнить, нельзя помиловать.

Плачу, молюсь, негодую,

силюсь решётку выломать,

переместить запятую.

Пёрышком бойким сор мести,

задумываться над рифмой

стыдно узнице совести

собственной, неодолимой.




Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru