Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 9, 2021

№ 8, 2021

№ 7, 2021
№ 6, 2021

№ 5, 2021

№ 4, 2021
№ 3, 2021

№ 2, 2021

№ 1, 2021
№ 12, 2020

№ 11, 2020

№ 10, 2020

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

издательство


Молодежи сюда

ИЛ-music, 2015–2016. — Роман Сенчин. Комплекс стандартов; Дмитрий Данилов. Двадцать городов


Маленькое независимое издательство «ИЛ-music» появилось четыре года назад, переродившись из одноименного музыкального лейбла. Зарегистрировано в Казани, однако жесткой привязки к конкретному городу нет: кто-то из команды «ИЛ-music» живет и работает в Москве, кто-то — в Питере, кто-то — в Кирове… При сегодняшнем уровне развития интернет-технологий в этом нет никаких неудобств.

Сперва здесь скромными тиражами в мягких обложках печатались книги молодых авторов, чьи достойные творения не стыдно показать публике: «Камерная музыка» и «Ни океанов, ни морей» Евгения Алехина, «Расширенная версия Вселенной» Зорана Питича, «Настоящие рассказы Равшана» Равшана Саледдина… История понятная и нужная: в издательском бизнесе времена царят непростые. Поддержать новичков решаются единицы: вдруг «не выстрелит», вдруг не окупится? Выходит, как бы пессимистично это ни звучало, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. В «ИЛ-music» всем заведует молодежь — Кирилл Маевский и Евгений Алехин, книги же продаются в ограниченном количестве магазинов прежде всего двух столиц да на концертах альтернативной группы «Макулатура».

Однако со временем издательство стало привлекать все больше внимания — книги «ИЛ-music» стали заметны в лонг- и шорт-листах литературных премий. Скромные тиражи быстро расходились, так что приходилось заказывать допечатки. Благо, в цифровых типографиях сейчас можно оперативно и сравнительно недорого отпечатать хоть 500, хоть 200 дополнительных экземпляров изданий, пользующихся спросом. Дело дошло и до переводных книжек, а также писателей, гораздо более известных читающей публике. В 2013 году был выпущен перевод книги Деборы Кертис «Touching From a Distance» и переиздана книга Эдуарда Лимонова «Убийство часового», а недавно свет увидели сборники Романа Сенчина «Комплекс стандартов» и Дмитрия Данилова «Двадцать городов».

Почему же новые книги Сенчина и Данилова — довольно популярных авторов с серьезным литературным багажом за спиной — вышли в малознакомом издательстве, среди приоритетов которого — работа с талантливыми новичками? Кто-то поспешил объяснить этот факт тем, что сборники нынче не особо популярны — крупные бренды больше заинтересованы в романах. Однако возьмем для примера редакцию Елены Шубиной из «АСТ» — одного из крупнейших российских издательств, — где была выпущена предыдущая книга Сенчина «Зона затопления». Среди «шубинских» новинок сборники рассказов имеются, причем некоторые из них напечатаны весьма приличными, по современным меркам, тиражами: в выходных данных свежей книги Марины Степновой «Где-то под Гроссето» значится 12 000 экземпляров, а у «Семи жизней» Захара Прилепина — 20 000.

О ситуации расскажет сам Сенчин в автобиографической новелле «Комплекс стандартов», название которой перекочевало в заглавие сборника, вышедшего в «ИЛ-music». После первых литературных успехов писатель попал в сферу интересов «Эксмо» — еще одного крупного игрока на издательском рынке, — где Сенчину пообещали печатать все, что он напишет. Но постепенно белая полоса окрасилась черным. Сергей Беляков, рецензируя уже упомянутую «Зону затопления» («Урал», 2016, № 2), решил пофантазировать, что было бы, если бы книга Сенчина появилась не сейчас, а в 1990-м: «У него миллионы читателей. Его портреты украшают полосы столичных и региональных газет. Тележурналисты зовут его в прямой эфир. На волне народного гнева или народной любви Романа Валерьевича избирают в Верховный Совет СССР или РСФСР. Что же теперь? Третья премия “Большой книги”, несколько шорт-листов, несколько рецензий, вялое обсуждение в Интернете и тираж в 3000 экземпляров».

Кто виноват? У больших издателей ответ один, у маленьких — другой, у читателей — третий, у критиков — четвертый. Роман Сенчин, двигаясь в своем творчестве в одном давно проложенном направлении, раз за разом настойчиво извлекает из своего словаря лексемы «страх», «боль», «зло», «тревога», «грусть» и им подобные. В новелле «Настоящий парень» автор признается, что находится в постоянном поиске сильного героя, приглядывается к каждому человеку. На его же пути встречаются лишь обманутые, брошенные, одинокие, глубоко несчастные люди — они и становятся персонажами рассказов, повестей и романов Сенчина. Безысходность таится в каждом произведении сборника. Мир обращается прахом, и все-таки жить-выживать еще можно. 68-летняя учительница из новеллы «Морская соль» даже задумается о поездке в Крым, но ни сама героиня, ни автор, ни читатель не верят, что пожилой педагог из разрушающегося сибирского поселка осуществит свою мечту. Заменой Крыму станет тазик с растворенной в нем морской солью, куда учительница опустит больные ноги, чтобы ненадолго снять усталость и пофантазировать о большом путешествии.

«Обыкновенная жизнь обыкновенного человека» со всеми ее минусами — и в повести «Барби», занимающей большую часть книги. Ее центральный персонаж Дробов вот уже почти двадцать лет трудится простым экспедитором. В его жизни тоже была мечта — стать успешным музыкантом… Отвлечемся на опорное произведение сборника — рассказ «Комплекс стандартов» и процитируем всего одно предложение: «Стоит полистать дневники, письма писателей, да вообще так называемых творческих людей, и почти у каждого красной нитью проходит: “…моя жизнь тратится на пустяки, а я ведь предназначен для грандиозного”». Эти слова применимы для психологических портретов многих, если не всех героев Сенчина. Дробова — в том числе. Несложившегося музыканта окружают похожие на него люди с несложившимися судьбами. Да и вспоминает он ставшую ненадолго популярной в начале девяностых и быстро всеми позабытую певицу Барби. «Говорящее» имя — классический прием. Сенчин в повести назовет и других знаменитостей времен его молодости, чья слава угасла: Наталью Ветлицкую, Светлану Владимирскую, Лику Стар, Линду… Однако зерном сюжета станет именно Барби. Псевдоним «звезды» девяностых подразумевает счастливую и беззаботную кукольную жизнь. В глобальной паутине же Дробов отыщет информацию о том, что жизнь Барби после сбежавшей от нее славы не сложилась, и бывшая певица чуть ли не спилась. Между прочим, на эти поиски героя натолкнула история с его взрослеющей дочкой, решившей отказаться от детских игрушек и старых поблекших кукол барби. Еще один любопытный художественный прием, каковых в повести Сенчина обнаруживается немало.

Книги Дмитрия Данилова в последнее время выходят с завидной частотой. Не успели остыть свежеотпечатанные поэтические сборники «И мы разъезжаемся по домам» и «Переключатель», изданные в нью-йоркском «Ailuros Publishing», как им вдогонку прилетел быстро ставший широко обсуждаемым роман «Есть вещи поважнее футбола», появившийся в «РИПОЛ Классик». Сейчас мы рассматриваем «Двадцать городов» от «ИЛ-music», но уже за поворотом нас поджидает отдельное издание большого текста «Сидеть и смотреть», дополненное путевым отчетом «146 часов» и подготовленное к выходу редакторами «Нового литературного обозрения».

«Двадцать городов» — серия очерков, когда-то созданных Даниловым для журнала «Русская жизнь» и, наконец, объединенных под общей обложкой. Важно отметить, что очерки писались в 2007–2008 годах, то есть еще до появления двух знаменитых романов, сделавших автору имя. Поэтому в «Двадцати городах» ставший впоследствии неожиданно популярным фирменный даниловский стиль, грубо обозначаемый фразой «что вижу, то пою», сформирован еще не полностью. Его путевые очерки — нечто среднее между художественной литературой и авторским журналистским репортажем. На вопрос, почему книга была издана именно в «ИЛ-music», у Данилова ответ есть: в социальных сетях он пишет, что желание собрать эти очерки в единый сборник появилось давно, но крупные издатели таким желанием не горели. И тут — Евгений Алехин, любящий творчество писателя-экспериментатора…

В рамках обычного путеводителя по городам и весям Данилову тесно, но к акынским описаниям он еще полностью не пришел. В описываемые города приезжает не абстрактный среднестатистический человек, а вполне конкретный Дмитрий Данилов, с особенностями его характера, причудами и чувством юмора. На обложке неспроста красуется подзаголовок «Попытка альтернативного краеведения». «Маленькое, убогое» в описаниях улиц и микрорайонов прозаика интересует уже больше десятилетия. Достопримечательности автор отмечает мельком, зато старые пятиэтажки и серые бетонные заборы доставляют ему эстетическую радость.

Выбор населенных пунктов вызывает удивление. В каком городе России вы бы хотели побывать с экскурсионными целями? В качестве ответов на этот вопрос, если отбросить предсказуемые Москву и Санкт-Петербург, обычно называют Казань, Новгород, Калининград и другие популярные объекты так называемого внутреннего туризма. Но какое количество желающих наберется в тур по Череповцу или Брянску? А Дмитрий Данилов с радостью ездит и неизбежно обнаруживает в городах и горожанах удивительные черты. «Обыкновенная жизнь обыкновенного человека» способна завораживать!

Когда через энное количество лет литературоведы примутся обобщать творческие достижения почти ровесников Романа Сенчина и Дмитрия Данилова, не факт, что они как-то особо выделят эти две книги, — вышли в конце 2015 — начале 2016 года два скромных сборника, не более того. Зато, очень надеюсь, в долгой и счастливой истории издательства «ИЛ-music» они станут вехами. А потом и имена молодых авторов, открытых маленьким издательством, зазвучат на всю страну.


                                                                                                                                       Станислав Секретов



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru