Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 10, 2020

№ 9, 2020

№ 8, 2020
№ 7, 2020

№ 6, 2020

№ 5, 2020
№ 4, 2020

№ 3, 2020

№ 2, 2020
№  1, 2020

№ 12, 2019

№ 11, 2019

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Андрей Никитин

Город 4D

Об авторе | Андрей Никитин родился в 1976 году в Ивановской области

Об авторе | Андрей Никитин родился в 1976 году в Ивановской области. Окончил филологиче-ский факультет Ивановского государственного университета (1997) со специализацией «Журналистика». В 2010 году защитил диссертацию «Книга публициста: проблемы жанрового своеобразия и современного функционирования». Кандидат филологических наук. С 2005 года живет и работает в Москве. Постоянный автор газеты «Аргументы и факты» и сайта aif.ru.

 

 

Тринадцать лет назад в сентябре в журнале «Знамя» вышла статья публициста и критика Александра Агеева «Город на третьем пути» (http://magazines.russ.ru/znamia/1999/9/ageev.html).

Она явилась продолжением вышедшей в 1996 году в том же журнале корреспонденции «Город второй категории снабжения». Оба материала посвящены родному городу Александра — Иванову — и исполнены горестного пафоса. В первой статье Агеев приходит к выводу, что «межеумочность» Иванова связана со средним родом его названия. Действительно, когда-то Иваново-Вознесенск кастрировали большевики и из вполне себе мужского наименования родилось не женское (каковы, к примеру, названия уездных городков Ивановской губернии — Шуя, Кинешма), а среднее «ни то, ни се» — Иваново. Покуда город не переименуют, предрекал Агеев, ничего хорошего ждать от него не следует.

31 октября 2011 года Ивановская городская дума приняла историческое решение — о переименовании проспекта Фридриха Энгельса в Иванове в Шереметев-ский. От семантики названия многое зависит. Глядишь, так скоро и самому областному центру вернут его историческое название — Иваново-Вознесенск. Активно за это ратовавшего Александра Агеева, уже нет с нами, но слова его живут…

 

 

ТЕКСТИЛЬЩИК ФОРЕВЕР

Разговоры о переименовании Иванова периодически то вспыхивают, то затухают.

В свое время, будучи редактором «Хронометра», я старался убедить общественность в том, что переименования необходимы. Но добиться удалось лишь того, что с карты города исчезла одиозная улица Боевиков. Сие наименование иначе как ана-хронизмом не назовешь. Когда-то боевиками звались члены большевистских боевых бригад, промышлявшие в 1905-1907 годах политическим террором. Неподалеку от современной улицы Боевиков — в лесочке — у них был тренировочный лагерь. В честь этих сомнительных героев и была в 1927 году названа улица.

Надо признать, вопрос о переименовании поднимался не раз — в свете происходивших в Чечне событий название звучало просто кощунственно. А уж после «Норд-Оста» — тем более. Но только у журналистов ивановского «Хронометра» хватило смелости в День милиции, 10 ноября 2002 года, выйти на улицу Боевиков с пикетом. Его участники держали в руках недвусмысленные транспаранты: «Боевики — вон из Иванова!», «Хотим улицу Мира», «Боевикам место в сортире» и прочие в том же духе. После зажигательных речей, обличающих терроризм во всех его проявлениях, табличка на одном из домов по улице Боевиков была заклеена самодельной «Улица Мира». Попутно были собраны подписи сочувствующих прохожих под воззванием к местным властям. Эта акция имела громкий общественный резонанс, и, надо полагать, внесла некую лепту: в прошлом году улице присвоили имя Якова Гарелина.

Сейчас в Иванове обострение переименовательной активности. Сегодня, 31 октября, городская дума приняла решение переименовать проспект Фридриха Энгельса в Шереметевский. Основной пафос комментариев на эту тему в Интернете: «Как будто у нас других проблем нет!». Вот это как раз загадочнее всего. Ведь, действительно, в Иванове как столице одного из самых депрессивных регионов России проблем — как снега зимой. Одной больше, одной меньше — какая разница? Я лично, как и «столичный» критик, верю в сакральный смысл наименований. Глядишь, из сферы семантики перемены придут и в реальность. А пока что в Иванове мы наблюдаем примерно то же самое, что и в конце 90-х, когда Агеев писал свои памфлеты.

Хотя нет. С одной проблемой точно покончено — а именно с «веерными» отключениями электричества, которые Агеев прочувствовал на своей шкуре, живя месяц в Иванове. А ведь тогда, в 98-м году «Ивэнерго» последовательно терроризировало город. «Текли и ломались холодильники, — вспоминает Агеев, — закрывались магазины, сберкассы, почты, стояли лифты, домашние хозяйки лишались любимых утренних и дневных сериалов, я не мог сесть за компьютер, — короче говоря, принудительно осуществлялась так любимая нашим начальством и нашими идеологами социал-демократии и «третьего пути» солидарность (я наконец понял, что это такое — это когда невинные несут ответственность вместе с виноватыми и люди «помогают» не друг другу, а бездарной власти)».

А вот пассаж из статьи Агеева, который, как год ни поставь, всегда будет вечнозеленым для Иванова: «Не прекращается то, что называлось на языке прошлой эпохи «наступление на права трудящихся», а на местном (очень мягком) варианте русского — «опять набавили». Регулярно повышаются цены на коммунальные услуги, электроэнергию, проезд в городском и пригородном транспорте».

Побывав на сайте федеральной службы статистики и воспользовавшись там калькулятором коммунальных услуг (кстати, очень полезная фича, всем рекомендую), я выяснил, что если бы я продолжал жить в Иванове, то платил бы за «коммуналку» в своей квартире ровно столько же, сколько плачу за ту же самую жилплощадь в Московской области. Это при том что средний уровень заработной платы здесь на порядок выше, чем в Ивановской области.

«При всем при этом Иваново — действительно пример «устойчивого» общества, и никакие кризисы вроде прошлогоднего кризиса 17 августа не смогут всерьез поколебать эту чудовищную модель общественно-экономического устройства, успешно сочетающую в себе фискальную жестокость бюрократического социализма с уродствами самого примитивного «капитализма», довольствущегося крошками с начальственного стола. «Акулам капитализма» здесь некого глотать заживо — потенциальный массовый потребитель товаров и услуг пока что беднее церковной крысы, поскольку живет до сих пор в законсервированном социализме».

Агеев как символ Иванова приводит обветшавший слоган про «родину первого совета». Как известно, в постсоветское время, по свидетельству Лиотара, происходит расщепление «великих историй» и возникновение мелких, локальных «историй-рассказов». Знаками таких локальных историй в областном центре можно считать появившийся в 2010 году памятник певцу Аркадию Северному (который был родом отсюда), а также скульптурную композицию «Дед и кот» на только что переименованном проспекте Фридриха Энгельса. Однако мне кажется гораздо более репрезентативным сделать символом города памятник церковной крысе. В ее глазах обязательно надо запечатлеть недоверие к универсальным и легитимирующим дискурсам, неверие в метанаррации как тотальный способ высказываний и просто — «очень кушать хочется!».

Александр Агеев горестно восклицал, что в Иванове формируется новая субкультура бедности. «В условиях постоянной безысходности люди вырабатывают механизмы защиты, которые защищают личность от распада. Они начинают говорить, убеждать себя и друг друга, что «богатые — жулики, а честному в нашем обществе нет места», что «деньги — не главное, главное, чтоб человек был хороший». Но подобная «защита» все больше закрепляет в бедности». Он упрекал ивановцев в «растерянном бездействии», тогда как «сейчас в России (как, впрочем, и везде, включая тяжело работающий Запад) чрезвычайные усилия и стимулы нужны для борьбы именно за необходимое, а отнюдь не за лишнее».

Столичный критик журнала «Знамя» недоумевал, почему ивановцы не уезжают из города куда-либо, например, в Москву, как он сам, в поисках лучшей доли: «семьдесят лет советской власти повредили что-то очень важное в генетическом «коде» нации — не инстинкт ли самосохранения, который когда-то гнал наших робких, неграмотных, но упрямых предков «туда, не знаю куда»? От чего же успели устать и внутренне разрешили себе незаслуженный отдых эти сравнительно молодые, здоровые и даровитые люди?»

Как росток нового и «радикальное упрощение транспортной проблемы» Агеев наблюдал зарождение конкурентного бизнеса «маршруток». Однако он предрекал, что алчные местные власти не дадут ему «подняться», задушив поборами, законными и не очень. Ан нет — жив курилка, и поборы нипочем. Не только вся область охвачена маршрутным движением, но и до Москвы добраться из Иванова стало столь же легко, как к примеру, из центра города до Пустошь Бора.

И ведь едут, едут ивановцы… Может, эту статью прочитали не только в узком кругу филологов? Прочитали и устыдились собственной нетранспортабельности? Из Иванова очень активно стали линять как раз в конце 90-х и особенно — в 2000-е. Я и сам уехал в столицу в 2005 году. Несколько лет еженедельно мотался между Ивановом и Москвой. Навсегда в моей памяти картина: вечер пятницы, мертвая пробка в область в Балашихе, кругом мириады легковушек, и почти все они с номером «37». Ивановцы, спешащие домой на побывку из безумной Москвы, клянут проклятых дачников. Те в свою очередь чертыхаются на понаехавшую ивановскую лимиту. Стоит ласковый перемат, но все друг друга понимают. В выходные, как мне казалось, Иваново зримо оживляется за счет понаехавших «москвичей». А вечером в воскресенье заметно пустеет.

Сформировался специфический интернет-этнос «Ивановцы в Москве». У него свой круг общения (владимирцев или, не дай Бог, костромичей, не привечают), свои мероприятия, свой этнический фольклор. Форум, где происходит общение, периодически затухает и возрождается, неизменно живой оказывается лишь одна ветка: «Поездки в Москву и обратно». Сообразительные ивановские автолюбители возят своих безлошадных земляков по цене автобуса. Всем приятно: и водилы бензин отобьют, и пассажирам все же не в автобусе трястись.

Так что напрасно Агеев пенял на растерянное бездействие ивановцев. Все, кто мог, давно уехал. Хотя с каждым годом это сделать все сложнее. Этой осенью, к примеру, средняя стоимость аренды «однушки» в Москве подросла до 30 тысяч в месяц. Это, между прочим, несколько месячных зарплат среднего ивановского врача. Говорим не понаслышке, а со слов ставшего в одночасье знаменитым кардиолога Хренова. Ничего он, конечно, не изменил своей выходкой, за которую ему досталось от властей предержащих («Прессуют вас?» — с участием спрашивал его Владимир Путин после того, как «все завертелось» по окончании прямой линии, на которой Хренов поведал о «потемкинских деревнях» в нашем здравоохранении. Проведенная проверка, конечно, никаких «деревень» не нашла). Но стал, если хотите, выразителем и символом нашей измученной «бесплатной» медицины, и тысячи врачей со всей России хотя бы мысленно сказали ему спасибо, ибо он сделал то, на что они никогда не решатся.

Вообще врачи в Иванове уникальные. Например, Александр Николаевич Новосельский — профессор, главврач регионального центра восстановительной медицины, его коллега Алексей Алексеевич Быков. Вместе они создали уникальную для России методику профилактики сколиоза у детей. Жаль только, что массового распространения она пока не получила. Вот на такого рода фанатах своего дела, думаю, до сих пор и держится ивановская медицина.

А сколько еще в текстильном крае самородков! Слава Богу, продолжает свою кипучую деятельность в Ивановском госуниверситете упомянутый Александром Агеевым профессор кафедры теории литературы и русской литературы XX века («одна из лучших в России» — А. Агеев) Леонид Николаевич Таганов. Недавно получил грант Президента России на свои исследования блестящий (и при этом относительно молодой) доктор филологических наук Дмитрий Шукуров, в Шуе несмотря ни на что продолжает свои изыскания самобытнейший мыслитель Вячеслав Океанский.

Однако, увы, так повелось уже в новое время, что у широкой общественности бывают на слуху скорее конъюнктурщики. Точнее даже, с учетом «женственности» Иванова, конъюнктурщики женского пола, то есть конъюнктурщицы. Такие, как ткачиха Лапшина, которая «неожиданно» («кто бы мог ТАКОЕ подумать»), возьми и предложи Владимиру Путину в 2007 году остаться на третий срок президентом (и ведь, что характерно, не послушался Владимир Владимирович, но кто-нибудь это заметил?). Или нынешняя звезда — «Света из Иванова». О ней даже говорить нечего. «Пена дней». Они тоже, конечно, плоть от плоти трудового народа ивановского. И таких, как они, пруд пруди. Чтобы убедиться в этом, достаточно побывать на рынке «Текстильщик». Здесь вы услышите незамысловатые диалоги про то, что «Ирка шила трусы за 6 тысяч в месяц, а теперь погналась за длинным рублем — стала получать за ту же работу аж семь тысяч», и про то, что ивановские мужички в большинстве своем беспросветно пьют и такие вот ирки тянут на себе все семью. Собаки лают — КПБ шьют. Текстильщик форевер!

 

 

ПОСЛЕ МРАКА СВЕТ И ТЕПЛО В КАЖДЫЙ ДОМ!

 

Однако нельзя не сказать о том, чего не увидел Александр Агеев. Ему довелось пожить в Иванове при губернаторе Александре Тихомирове (не самом плохом, прямо скажем, управленце). Его сменил коммунист Владимир Ильич Тихонов, возмутитель спокойствия в самой КПРФ, ныне тихо здравствующий где-то в Совете Федерации. Ну а далее в Ивановскую область пришел Михаил Мень. Мне сложно оценивать итоги его правления, ведь при нем я в Иванове не жил. Могу судить сугубо по внешним признакам: в областном центре обильно понастроились новые жилые дома и торговые центры, супермаркеты и гипермаркеты. Остается дождаться мегамаркетов и гигамоллов. Наверное, это хорошо. И в этом смысле ивановцы действительно стали жить «более лучше», как выразилась в ролике на Ютьюбе (положившем начало ее карьеры телезвезды) «Света из Иваново». Ведь как пишет великолепный ивановский исследователь проблемы постмодернизма Елена Тюленева, «гипермаркет представляет грандиозный механизм непрерывного потребления. Это универсальная модель современной социализации, сосредоточившая в одном времени-пространстве практически все формы-функции социального тела (работа, развлечение, медиа, культура)».

Однако, пожалуй, более сильное впечатление производят пиар-акции, которые, если мыслить по аналогии с кино, придают традиционному стереоскопическому видению на Иваново 4D-эффект. На фестиваль «Зеркало» памяти Андрея Тарков-ского собирается первосортный кинобомонд со всего мира. В этом году, например, прямо из Канн, где он получил приз за режиссуру фильма «После мрака свет», в город Юрьевец Ивановской области прибыл режиссер Карлос Рейгадос. Сама по себе такая путевая метаморфоза заслуживает отдельного кино, по-моему, даже название придумывать не надо: «После мрака Света из Иваново». Не хватает лишь какой-то местной изюминки, вроде той, что практикуют в Удмуртии, где всех заезжих звезд принимают в почетные удмурты, даже, к примеру, Эмира Кустурицу.

Однако понятно, что эта тусовка, скорее всего, держится сугубо на личных связях Михаила Меня, когда-то музицировавшего с самими «Дип Пепл» и, видимо, сохранившего с тех пор вкус к общению с мировой богемой. Как только покинет он ситцевый край, никаких мировых звезд в ивановскую глушь уже не затащат.

Но еще более странный эффект лично на меня произвел проект под названием «Иваново — молодежная столица Европы». Те, кто хоть мало-мальски знаком с област-ным центром и своими ногами ходил по его не слишком чистым улицам, вряд ли могут понять, как можно рекомендовать Иваново в качестве эталона молодежной жизни наравне с Барселоной или Салониками. Но, видимо, для того, чтобы выбить почву из-под ног этих скептиков, был снят видеоролик, после которого Иваново хочется объявить не то что молодежной столицей, а столицей всего мира вообще!

(http://www.youtube.com/watch?v=24lpNAXvqvY)

Это тот самый случай, когда «хвост виляет собакой». Весь антураж в клипе — реальный, даже стадион «Текстильщик» (где, кстати, и находится упомянутый выше текстильный рынок, а играют ли там в футбол — я не знаю), но в целом это сугубо произведение виртуального искусства. Страшно даже представить, какой кондратий хватит какого-нибудь отчаянного студента из Европы, который решится прибыть лично в свою «молодежную столицу». Я думаю, он не сможет преодолеть своего удивления уже в замызганном вагоне поезда «Москва — Иваново» или «Москва — Кинешма» (это все, что ходит сюда). А представьте его чувства, когда он в пять утра (иначе — никак) окажется на убогом ивановском железнодорожном вокзале? Впрочем, если он решится ехать на автобусе, автовокзал в Иванове не лучше. См. мой фоторепортаж «Лицо молодежной столицы Европы».

(http://www.facebook.com/photo.php?fbid=448296588555211&set
-=a.448286211889582.119633.100001246212609&type=3&theater)

А что станет с нашими несчастными гостями города, когда они выяснят, что очень скоро в Иванове может из восьми вузов остаться лишь один? Ведь в клипе как раз подчеркивалось обилие и многообразие ивановских вузов. См. публикацию в «Аиф-Иваново» на эту тему: http://www.vlad.aif.ru/edu/article/29342

Нет, продвигать имидж, конечно, надо, но, наверное, всему свое время. Для начала было бы неплохо решить элементарные социально-экономические проблемы. У Агеева в 90-е годы в Иванове из-за плохого отопления замерзали зимой родители. У родителей моей жены, живущих в поселке Подозерский Ивановской области, нынче отопления нет до сих пор, хотя зимой очень холодно! Спасает только обычная печка в квартире — в советское время ее хотели сломать как архаизм и рудимент, а вот видите, людям XXI века как пригождается! Отчаявшиеся и продрогшие жители поселка пишут в прокуратуру — без толку! А счет за отопление за октябрь им, конечно, прислать не забудут. Пусть включат в следующем году Комсомольский район в план экскурсий фестиваля «Зеркало». Наши замерзающие родители найдут о чем поговорить с Карлосом Рейгадосом. Даже тему придумывать не надо: «После мрака свет и тепло в каждый дом!»

Прародителем эффекта 4D считают швейцарского профессора Ханса Лаубе. На показе фильма «Запах тайны» он придумал продемонстрировать такой аттракцион: из пластиковых трубок под креслами зрителей в определенный момент исходил тот или иной запах. Правда, эксперимент закончился конфузом: запахи смешались, образовав вонючее амбре. В Иванове шутят:

 

Как на Уводи вонючей,
Стоит город наш могучий.

 

Чем меньше будет таких контрастов, тем стабильнее станет жизнь в Иванове. А то многие проекты в текстильном крае более всего характеризуются народным выражением «Замах на рубль, удар на копейку». И еще народная мудрость рекомендует не вылезать со свиным рылом в калашный ряд. Не будем забывать о межеумочном характере образования под вывеской «Ивановская область». В 1918 году ее фактически нарезали из Костромской и Владимирской областей для видного большевика Михаила Васильевича Фрунзе, который вместе с другими боевиками устраивал в Иванове и в Шуе акции внесистемной оппозиции в начале ХХ века. В 1994 году от Ивановской области уже откололся Сокольский район, тяготеющий к Нижегород-ской губернии. Думаю, нынче в Комсомольском районе найдутся желающие уйти под юрисдикцию соседней Ярославской области. Может, хоть там морозить перестанут? Да мало ли еще проблемных территорий в Ивановской области…

Эффекты 4D уместны в том кинотеатре, где светло, чисто, тепло и нет угроз прорывов канализации и затопления фекальными массами. Иваново на такой кинотеатр пока не похоже.



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru