Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 9, 2021

№ 8, 2021

№ 7, 2021
№ 6, 2021

№ 5, 2021

№ 4, 2021
№ 3, 2021

№ 2, 2021

№ 1, 2021
№ 12, 2020

№ 11, 2020

№ 10, 2020

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Вячеслав Стародубов

С чего начинается общество, или Где моя партия?!

От автора | Может, мне так не повезло, но рассказать о себе мне абсолютно нечего. Родился в Североуральске Свердловской области. Закончил школу в 1971 году, имею среднее образование. То есть я самый обычный, простой, “маленький” человек. Но очень может быть, что только самый обычный человек и может сказать то, что говорю я.

 

 

Вячеслав Стародубов

С чего начинается общество,

или

Где моя партия?!

Время приближает к нам очередные парламентские выборы, 2011 год уже не за горами. Но ни одна партия, я уверен, опять не предложит того, что нужно мне. Хотя я не могу сказать, что я какой-то особенный. Самый обыкновенный, каких миллионы. Может, попробовать наоборот? Может, я сам скажу, что мне надо, и вот сейчас, заранее? А какая-нибудь из партий сориентируется на меня и пообещает мне то, о чем я сейчас скажу?

Нужно мне не так уж много и только мое. Я, к своему глубокому сожалению, существо не духовное, не эфирное, а самое обыкновенное, материальное и жить могу только от земли, как в узком, так и в более широком значении этого слова. Поэтому мне нужна моя доля в каждом природном ресурсе, начиная от воздуха и воды и заканчивая территорией моей страны, рудами, энергоносителями. Равная со всеми гражданами, маленькая — одна стосорокамиллионная, чужого мне не надо. Я признаю, что я не один на белом свете и что другим нужно это же самое. Отсюда формула — записывайте, агитаторы: каждому равную долю каждого природного ресурса. Доля эта не должна продаваться и передаваться по наследству — просто каждый вновь родившийся должен получить свою, равную со всеми, долю. Человек получит ее в момент рождения и потеряет в момент смерти.

Во-вторых, мне нужна моя доля в бывших советских средствах производства и жилищном фонде, которые создавались всем миром, в течение нескольких поколений. В них есть и моя доля, равная со всеми, маленькая — одна стосорокамиллионная, чужого мне не надо. Я сам успел внести вклад, и несколько поколений моих предков горбатились всю жизнь и нищими померли. Зарплаты, расценки, оклады были искусственными, а то и вовсе — палочки в клеточках или па?йка. Определить вклад каждого невозможно, да и не нужно. Надо просто признать равную долю каждого ныне живущего в бывших советских средствах производства и жилищном фонде.

И лишь только после этих двух пунктов — третье. Мне нужно, чтобы было свободное — на самом деле свободное — предпринимательство и свободный же, некоррумпированный рынок.

Четвертое. В обществе существует только одна форма собственности — частная собственность гражданина, или физического лица. Никаких других форм собственности не бывает — все это формы обмана. Разными бывают формы организации граждан в те или иные структуры, в которые по мере нужды и объединяются граждане каждый со своей долей собственности. В числе таких объединений — и государство. Поэтому у государства (области, муниципального образования) должен быть только один источник средств — средства его граждан, мои средства. Для этого доходы от реализации природных ресурсов надо распределять между гражданами поровну; у предприятий (коммерческих организаций) не должно оставаться прибыли. Вся разница между выручкой и затратами должна распределяться между участниками-собственниками и наемными работниками по вкладу — денежному и/или трудовому (дивиденды, зарплата). Если собственники хотят расширенного воспроизводства, то пусть вносят дополнительные, ставшие уже своими, средства. А если у государства есть какой-то иной источник средств, помимо меня, то я в этом государстве — никто, государство это — не мое и работает не на меня.

Пятое. Из вышеизложенного понятно, что налог — муниципальный, областной, федеральный — надо брать только с меня. То есть должен существовать один налог: подоходный налог на средства граждан — физических лиц. На практике это будет налог на текущее потребление и на “место под солнцем”.

Шестое. Чтобы у меня не отобрали мою или я не отобрал у других их долю в природных ресурсах, средствах производства и результатах труда — мне нужно сильное правовое государство.

Седьмое. Ничего бесплатного мне не надо. Пока я не плачу?, я бесправен и ничего не решаю в моей жизни. Гражданин – это человек, который за все платит сам. Я не прошу никаких социальных льгот — я требую мое. Дайте мне мое, и обо мне не надо будет “заботиться”.

Как видите, ничего сверхъестественного мне не надо. Если найдется такая партия, которая предложит мне все, на что я по рождению имею право, пусть откликнется. Ау!

Молчок. Тогда давайте порассуждаем, с чего начинается общество.

Я думаю, что — с решения вопроса о собственности на природные ресурсы, в том числе землю и территорию. От решения именно этого вопроса зависят все остальные параметры общества. На сегодняшний день мы знаем два варианта решения этого вопроса: 1) природные ресурсы являются исключительной собственностью государства; 2) природные ресурсы являются частной собственностью.

Если все является исключительной собственностью государства, то у граждан нет ничего, они не являются никем и ничего не решают в своей жизни. Если у всех по нулю, это равенство — но как жить без ничего?

Во втором варианте природные ресурсы обязательно сосредоточатся в немногих руках. Подавляющая часть населения опять останется ни с чем и никем и опять ничего не решит в своей жизни. К тому же эти немногие обязательно возьмут власть.

То есть разницы между этими вариантами практически нет. В обоих у людей будет только две дороги: или погибнуть, или работать на тех, в чьих руках природные ресурсы. Ну, есть еще третья дорога — большая. Однако и в самых тяжелых условиях преступниками становится только часть людей, остальные будут работать. И тут вступает в силу закон спроса и предложения. Предложение рабочих рук — максимальное, спрос — минимальный. Результат: цена рабочих рук — минимальная. К тому же работы, мягко говоря, хватит не всем — образуются лишние люди. Вследствие минимальной цены труда барьер для перехода из группы не владеющих природными ресурсами в группу владеющих становится непреодолимым. Большую часть произведенного дешевыми рабочими руками присваивают собственники природных ресурсов, что даст им возможность хорошо жить, не работая, и вершить судьбы работающих людей.

Теоретически возможен третий вариант: признать собственностью каждого гражданина страны равную долю каждого природного ресурса. Никто из нас природные ресурсы не создавал, они достались нам от Бога и бесплатно, и ни у кого не может быть больших или меньших прав на природные ресурсы. Права могут быть только равными. Понятно, что доля каждого в них будет постоянно меняться в зависимости от поступления в оборот или исчерпания природных ресурсов и от роста или падения численности населения. Но неизменным должно оставаться одно равенство — равенство долей каждого.

Это основополагающий принцип справедливого общества, поскольку человек может существовать единственным способом — через обмен с остальной природой, и отгородить его от природных ресурсов, не допустить его к ним — значит убить. Причем это относится не только к непосредственно потребляемым “съедобным” ресурсам — воздуху, воде, еде, которая растет на земле, а значит, и к земле, — но и к “несъедобным”: территории, руде, нефти, газу и прочему. “Несъедобные” ресурсы вошли в оборот общества только потому, что дальше люди без них обходиться не могли. К тому же не надо ни большого ума, ни высокого образования, чтобы видеть, что после нескольких переделов и обмена “несъедобные” ресурсы все равно превращаются в “съедобные”, иначе бы их никто не добывал. В общем, если в Конституцию не внести первым пунктом этот основополагающий принцип, то эта Конституция — обман.

Если же это случится, то каждый в момент рождения получит средства к существованию и будет иметь их в течение всей жизни. С момента рождения каждый окажется включенным в экономические отношения на равных с другими. Поэтому у человека не возникнут в жизни такие моменты или промежутки (болезнь, потеря работы), когда бы он остался совсем без куска хлеба. Это и есть равные возможности. Это и есть социальная защищенность.

Автоматически не образуется слишком большой разницы между самыми богатыми и самыми бедными. Общество становится ровнее, что очень важно для экономики. Не образуются такие группы, как сословия и классы. Постоянно будет обеспечен максимально возможный платежеспособный спрос, а значит, и максимально возможная занятость. Так называемые периодические кризисы станут менее глубокими. И не образуются лишние люди...

Не секрет, что сейчас в стране очень много беспризорников. И считается, что ни у кого, в том числе у государства, нет средств на их социальную реабилитацию. Но ведь за каждым ребенком — огромные средства: его доля в каждом природном ресурсе. Сейчас эти средства у всех нас отняты, в том числе и у детей, беспризорных и домашних. И меня удивляет и поражает, почему взрослым дяденькам, которые сделали это, не стыдно. Если уж произвели в стране ребенка, то надо бы всем потесниться и дать ему место под солнцем, а не ставить перед ним задачу: мол, толкайся и занимай свое место сам. Чтобы потом не удивляться, почему у нас такие (сами знаете какие) дети.

Тогда первое, что будет узнавать и понимать человек, постигая этот мир, — это то, что его не обманули, не кинули, что ему сразу же дали кусок, такой же, как всем. Тогда, в отличие от нынешней ситуации, у общества будет моральное право сказать любому вору: “Братан, у тебя есть такой же кусок, как у каждого из нас. Так в чем дело?!” — и дать ему на полную катушку. Сейчас у общества такого права нет.

Ну, а когда за каждым ребенком будут эти средства, станет меньше проблем с усыновлением, с семейными детскими домами, с плачевным состоянием приютов, интернатов. И, само собой, с демографией: каждая семья с появлением в ней каждого нового ребенка приобретает не скудный одноразовый “материнский капитал”, а дополнительный источник дохода — долю этого ребенка в каждом природном ресурсе.

Этот основополагающий принцип — каждому равную долю каждого природного ресурса — может стать частью общенациональной идеи: кому не захочется жить в государстве, в котором каждому сразу, в момент рождения и на всю жизнь, дается равная доля каждого природного ресурса? А у русского народа если и была испокон веков мечта, то это как раз мечта о справедливости. Это и станет самым крепким цементом для общества и государства, ибо обеспечить каждому равную долю без государства невозможно.

В государстве есть только земля и люди — природные ресурсы и граждане. И максимально возможную свободу и уверенность в себе дает гражданам именно этот вариант равенства: человек может работать кем угодно, переезжать куда угодно — доля в ресурсах всегда остается при нем.

Сегодня все дают советы и рекомендации по экономическим вопросам, и даже, может быть, правильные. Но никак не доходит до докторов и кандидатов, что ничего делаться не будет, потому что тем, в чьих руках все, этого не надо, а те, кому это надо, ничего не решают. Что сначала надо создать социально-экономическую единицу, то есть гражданина с равной со всеми долей природных ресурсов и результатами экономических отношений, пропорциональными тому, с чем мы вошли в эти экономические отношения. И если кто-то вошел в экономические отношения с природными ресурсами и средствами производства, а кто-то — с парой голых рук, то результаты будут соответственные.

Возьмем важнейший из ресурсов — землю, помечтаем, как было бы справедливым распределить ее как ресурс. Земля, как и положено, делится на категории, каждая из которых имеет свой статус. Мы ограничимся одной категорией — земли сельскохозяйственного назначения, и еще конкретнее — пахотные земли, пашня. Площадь пахотных земель известна. Делим ее на всех жителей, получаем что-то около гектара. Это и есть доля пахотной земли каждого из нас — та самая, на которую каждый имеет право частной собственности. На долю, а не конкретный участок. Выделять долю в натуре не надо. Во-первых, это невозможно, во-вторых, это бред пьяного президента, в-третьих, в этом нет никакой нужды. Землю надо сдавать в аренду, самим себе. Каждый, с одной стороны, является собственником доли — по факту рождения, арендодателем — автоматически и — кто желает — арендатором. Для управления и распоряжения землями собственники долей пахотной земли (все мы) создают отдельную ветвь власти. Ее исполнительная полуветвь и проводит периодические конкурсы по сдаче пахотных земель в аренду на срок, от конкурса до конкурса.

На конкурсе решаются три задачи: первая — каждый участок земли получает свою стоимость; вторая — собственники долей (все мы) получают, как и положено, максимальную отдачу от своей частной собственности на долю; третья — арендаторы априори оказываются в равных условиях, так как за хорошие участки придется платить больше, за плохие — меньше.

Принимать участие в конкурсе могут: отдельные граждане (семьи), или фермеры; небольшие группы граждан, или кооперативы; большие группы граждан, или колхозы. Стоимость арендной платы для арендаторов будет разной, для арендодателей (всех нас) — одинаковой. Все мы — собственники равных долей. Деньги за аренду собираются в одну сумму в одном месте и делятся на всех арендодателей (всех нас) поровну, и каждый из нас получает сумму, приходящуюся на долю, в том числе и арендаторы, так как каждый из них как гражданин является собственником одной доли.

Таким образом человек получает деньги за свою долю независимо от того, вошел ли он в колхоз или вышел из него. Любой человек или группа людей могут в любой момент выйти из колхоза, ничего при этом не потеряв — доля-то всегда при себе, на очередном конкурсе взять землю в аренду (перехватить у того же колхоза) и создать другой колхоз, кооператив или фермерское хозяйство.

Цена земли постоянно меняется, поэтому конкурсы должны проводиться регулярно, периодически. На конкурсах участки могут переходить из рук в руки. Но, чтобы земля содержалась надлежащим образом, она должна находиться в одних руках долгое время. Эта проблема легко решается.

Все улучшения, вложения в землю, сделанные арендатором, оцениваются, документируются и являются частной собственностью этого арендатора. Чтобы перехватить на очередном конкурсе этот участок, потенциальный арендатор должен не только дать бо?льшую цену, но и, кроме этого, заплатить настоящему арендатору за его улучшения, вложения в землю, которые, как мы помним, оценены, задокументированы и являются его частной собственностью. То есть чем больше улучшений и вложений в землю сделает арендатор, тем труднее перехватить у него участок на очередном конкурсе.

Таким образом, арендатор имеет обе возможности: отказаться в любой момент от своего участка, если он почему-либо ему не понравился, и на очередном конкурсе взять другой — или сохранить участок за собой на любой срок, ведь право частной собственности на улучшения, вложения в землю, в отличие от права частной собственности на долю, он может передать по наследству.

Как видите, в купле-продаже земли нет никакой нужды.

Несколько слов о разделе продукции добывающих предприятий. Соглашение о разделе продукции (СРП) должно носить более общий характер, нежели это полагают наши горе-депутаты. Продукция добывающего предприятия должна делиться между собственником природного ресурса — всеми гражданами государства, в равной доле, — и добывающим предприятием. Собственник природного ресурса (все мы) получает свою долю потому, что он собственник; добывающее предприятие получает плату за то, что добывает, — за труд. А является ли добывающее предприятие иностранным — это вопрос, не входящий в рамки СРП. Проходя процедуру СРП, предприятия оказываются в равных условиях, так как пропорция раздела продукции будет отклоняться в пользу добывающего предприятия пропорционально сложности условий месторождения. То есть, пройдя процедуру СРП, добывающие предприятия будут иметь одинаковую рентабельность.

 

г. Североуральск



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru