Александр Уланов. Сплошной Китай. Стихи. Александр Уланов
Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 6, 2022

№ 5, 2022

№ 4, 2022
№ 3, 2022

№ 2, 2022

№ 1, 2022
№ 12, 2021

№ 11, 2021

№ 10, 2021
№ 9, 2021

№ 8, 2021

№ 7, 2021

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Александр Уланов

Сплошной Китай

Об авторе

Александр Уланов родился в городе Куйбышев 18 января 1963 года. Автор четырех стихотворных книг, печатает прозу и критику. Живет в Самаре.



             * * *

Поперёк горизонта оказывается крыло
попадают сюда с извивающейся стеной
в боковом кармане ложку туда кладут
вот четыре часа между тобой и мной
или скажем однако же занесло
легче труп оживить чем забытый труд

Влезть по уши в неоткрывающуюся речь
и письмо сплошное различие 
                             не для меня
может там потерянный голос и есть
ты сначала пойми что приходится есть
только это уже совершенно другое ты 
                                    на исходе дня
а они электроны их много пытаются 
                               устеречь

Над кофейной гущей ветер проносит 
                                змей
их? его? или ветер несут?
жизнь добавочная оглянись 
что я делаю тут
что везде наверное двадцать пять в уме

             * * *

Гарантийный срок — 
                      какой регулярный стих
просто ещё один вколоченный гвоздь
Муравьёв достаточно не хватает птиц
сойка Штутгарта боболинк Амхерста 
                                самарский дрозд

Десять тысяч блюд за три тысячи лет
перец на языке потерявшиеся слова
дао тринадцатый пятый второй 
                              а первого нет
толстые львы попарно это вам не Нева

Как молчание играется на пустоте
знают четверо здесь никто не слушает их
не дают и не просят прощения в суете
книги в пять этажей ради них прости

             * * *

Мин расплывается по бумаге желтеет Тан
кто научился случаю подставлять карман
человек прямее деревьев а дело ещё прямей
как прорасти под кожей разветвлениями ветвей

Молнии над обрывом со’сны и лапы корни
кто не поверит усилию если рядом просторней
словом локтём место раз/ото-двигать
кисти след бамбуковый лист не болотная гать

Речь навстречу десять секунд идёт
после сороки расклёвывают на высохшей глине лёд
но зачем если Тан Сун Юань Мин
оглянись был Чу’рин купец стал Цюли’н Харбин

             * * *

Выйти на берег течение унести
а чужим и многим неинтересен край
арт нуво небоскрёбы Москва в пути
что везде означает сплошной Китай

Речь из любой секунды время нужно’
ветви ветвям протянуть облако облакам
значит касание ставшие заодно
больше не встретятся так и там

Полочки палочки кухонный барабан
бамбук под снегом что не съеден пока
старец с грибом личжи разумеется 
                                 малость пьян
и дриады танцуют внутри сосен у Судака

             * * *

Под зелёной крышей красные 
                           не колонны столбы
по углам колокольчики ветерок дракон
речь лицо выделяет зерно крупы’
отвернёшься разделится на миллион

Налепив на клавиши буквы 
                          придя к письму
улетая паук одну выпускает нить
десять слушают сказанное одному
а слова и надвое не разделить

Жертва богу яблоко взгляд и дым
дао где ржавые велосипеды и шкафа 
                                 гнилой кусок
чёрные волосы в цвет неизвестной руды
от столовой к библиотеке под руку 
                                наискосок

             * * *

Чем же всё это кончится а полынь
что я запомнил — форму летящей воды
к перемене — значит домой из чужой страны
но за каждым движением более никогда
Если девять любить за то что она больше всех
то четыре окажется смерть а ведь это мир
и нейтрино сквозь землю летят говоря на своём языке
маятник полдня раскачивается в чёрных снежинках слов
А ещё дальше к востоку мокрые рукава
к западу радость кошка Бастет и Нейт
между скорее и слишком скоро что успеть
если ляжешь на пояс приснится змея

             * * *

Место без кошек место мелких собак
прочное небо декабря 
                    неразделённых людей
каждый день давать обязан Фауст 
                               работу чертям
а у них её и без того полно’ пожелтели 
                                        уже

Сутулые гвозди крошащиеся молотки
острая еда не сладкая жизнь
землю хоронят в земле в глаза 
                            бросается пыль
каждый с кем говоришь 
                    на тебе оставляет след

Кто муравья остановит с кем останется 
                                    он один
книга ни о чём праздник сухих ветвей
лодки листвы рыбы жители сна
смуглая гордость звезды’ что стелет 
                                   солнцу постель

             * * *

От великой заботы единица лежит 
                                  не стоит
кожа слезает с губ трескается на руках
в сторону шагнёшь выйдет 
                    официальный визит
в точку крика свернуться там и один

На обороте зе’ркала куда не смотрит 
                                        никто
изгибаются рыбы в ладонях лежат слова
в узкий свиток снизу войти в горы 
                                за горизонт
помни я здесь до короткого дня

Встреча в третьем языке себя заставляет
                                        ждать
кто желает праздник найти старается 
                                  праздником быть
в воздухе ветер живёт небо рассеивает 
                                    птиц
камень снова приходит сюда

             * * *

Переполнены улицы загнуты крыш углы
легче это не лёгкость страх гуляет 
                                вдвоём
чёрный — это металл север вода
никому не покажешь свободу она пуста
Парменидов шар вытесняет даже слова
и на подбородке щетина медленнее 
                                  растёт
а в свободной комнате что угодно 
                               может произойти
по царапине го’лоса навстречу идут
И рассеянное различие встречает 
                               вторые глаза
праздник тот же — 
                          если он увидеть успел
десять раз от ягод гнущийся 
                               ежевичный куст
или только однажды тоненький 
                               лунный серп

             * * *

Шероховатый выдвинут ящик
ноябрьский дрозд надел капюшон
булавочный прыгающий теребящий
ему Кручёных продал крюшон
Лимон каблук водосток котлета
гуляет под зонтиком рыбий мех
помарок нету плохая примета
диван подоконник сквозняк не всех
консервы суффикс листок салата
брезент шоколадка и к чёрту шёлк
лёгкий зябнущий угловатый
меняется мнётся машет пришёл

             * * *

Отражаясь в шаре стальном идут
чтоб услышать голос непрочный весь
если палочки светятся трещина тут
вот такое время колокольчиков здесь
Во вращении остром шесть 
                               чёрно-жёлтых пар
дон Хуан по-видимому с Хуанхэ
Вот смола кругового терпенья 
                               и быстрой работы дар
ровный пульс на неостанавливающейся
                                     руке
Иногда начинаешь это любить
но уж слишком коротко за’мкнуты 
                               батарейки
слишком мало света но к сожалению 
                                 это не темнота
и бросаются на тебя еда и девять углов 
                                      копейки

             * * *

Уменьшается возраст легче шапка зимой
шесть степеней свободы это и есть домой
только что’ будет делать оказавшийся и другой
Человек у запертой двери рыба бьётся о лёд
из пустой работы голос сюда растёт
смешанный пыльный каждый день начинает год
Горечь рябиновая усталость ив
как ещё узнаешь что жив
в узком бронзовом горле раскрывает раковины прилив
Облако завтра лёгкое форму не рвутся знать
только ушедший приносит и уходит опять
что’ ладони и что’ в ладонях совсем не ручная кладь
                                             Самара
   


Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала

info@znamlit.ru