Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 8, 2019

№ 7, 2019

№ 6, 2019
№ 5, 2019

№ 4, 2019

№ 3, 2019
№ 2, 2019

№ 1, 2019

№ 12, 2018
№ 11, 2018

№ 10, 2018

№ 9, 2018

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Об авторе | Леонид Яковлев https://grishmanovsky.com/ (1962, Ленинград), в 1985 году окончил химфак Ленинградского университета. Работал биофизхимиком и специалистом в области информационных технологий. Покинул Россию в 1995 году. Жил в США, Финляндии, Израиле. С 2005 года работает в фирме «Нокия» ведущим разработчиком. В 2018 году вышла книга «Эхо». Живёт в городе Вихти (Финляндия).




Леонид Яковлев

Уехавший цирк


* * *

синие сопки красные самолёты

лес и снега прохлада норвежского моря

заканчивается март

побеги морошки привязывают к болоту

всё равно отсюда уже никуда не взлететь



Шведское наследство


грибные забытые задворки

ряд ёлок и колодец старый

грёза о поместье

исчезнувшем с эпохой вместе

с деньгами для внучат

с полсотни лет назад

для обозрения оставив

леса поля цементные дома

поверх развалин

и основание фонтана

в который по привычке пробивается вода

ей безразлична человеческая суета



* * *

здесь рыбы нет мужик

бассейн давно захвачен директором катка

и прорубь продолбить до высохшего дна

до тушек целакантов

легко

но после жизнь не будет прощена



* * *

из пьяниц только одного любила

солдатка

старший лейтенант медслужбы

посуду мыл тряс колыбель верзила

курили вместе вот такая дружба

бензопила всё лес валил

спецлагерь

досрочно ссылка

от неё письма не получил

кураж но без отваги

легко как удалось сюжет сломать



* * *

пусть слащаво-бездельную

про любовь про любовь

спой мне лес колыбельную

нашурши горьких снов

мне б ужиться с безбрежностью

трудно без берегов

эта ненависть нежности

для врагов для врагов

ночи свет фиолетов бирюзово-лилов

плачь реви же об этом

бестолков бестолков

запах стен густ

цементен

и чуток известков

о текущем моменте

без крестов без крестов



* * *

сухие деревья в лесу скрипят

словно малые дети

тоску свою мимо несу

отдай говорят

не ответил и мимо прошёл

пожалел я их беспокойные души

в бочажину брошу

пробел от жизни останется

слушай



* * *

вот незадача

как пожалуешься

сразу

доходит до вселенной

но жить со знанием

что наплевать ей

ещё тоскливее



10.11.1982*

был банный день декады

отряд собрался мыться

но в этот день назначена зарница

субботник сбор металлолома и визит

в музей вождя которому отряд не рад

все ожидали бой колоколов большую перемену

слепая тишина так гулко прозвучала

что скисло молоко и слойки зачерствели


* 10.11.1982 умер Брежнев, конец его 18-летнего правления, известного как «эпоха застоя».


* * *

простите мне мою латынь

я вышел

не в том тысячелетии из лифта

ещё и первый не разрушен храм

шумерский перемешан с арамейским

и я не флавий вовсе но иосиф

хочу увидеть человека шломо́ **

и вот его умёт

так проведите

меня к нему



** Одна из трактовок имени царя Соломона, на иврите это звучало бы как Шломо́



Джем


норвежское варенье из крыжовника

душистое и кислое зелёное

насмешкою над чеховым

в ряд ровненько

кулисою в неведомое

плёнкою без цвета монохромной

бромсеребряной

вирированной в хлорофилл космический

согретый январём салон троллейбусный

безвыигрышный билет

от белки кисточки



* * *

дурман похмелья перегар тоски

слепые сны глухое пробуждение

жизнь карамелью тает воровски

в воде лесных шайтанов растворение

все воздухи сгустились

лёд сухой уходит белым дымом из кувшина

раб лампы

внук невыжившего джинна

плюётся конопляной шелухой



* * *

внезапно смертен

так ходули веры

ломаются лучинками в пожаре

скрип трещин по древесному углю

волшебный перстень выронил рубин

без меры почернело серебро

в тьме ложа сны старинные нашарю

обещан день навек остановлю

вот вострубил звезду к ногам мне брось

ключом открою бездну

и выйдет дым из кладезя



К вопросу о верлибрах


говорите рифма бросьте ерунда

ведь стиху созвучие мешает

          брадис

          логарифмы

дробь слогов тверда

медь в строфу трескучая

        ну нафиг



Хлопья добра


есть лишь верлибр

в мире зла нерифмованном

рифму увидишь бросай не держись

всякий размер убивает материю

ну а без ткани какая там жизнь



* * *

стихи

как уличная драка

какие тут законы

стихосложения



* * *

поэтам городов не дарят

ну кроме наше всё понятно

а скажем город пастернаковск

переназначен в хрен-кудыковск



* * *

каторга матрицы

узники учат нейронные сети

распознавать в человеке преступника

в будущем прошлом ли мыши учат кота

вот такой акатуй нет ни бочек ни омуля

да и куда же сбежишь с этой планеты солярис



* * *

1.  я вышел поутру из дома

наклеен на машине штраф

хотя какой гибдд в глубинах леса

грешу на барсуков

овсянки им вчера не вынес


2.  топотал шурша ночами

холодильник открывал

ёжики приходят сами

и приносят всё с собой

телеграф вот не захватят

телеграфа больше нет


3.  и вновь назвал ежа по имени

он только фыркнул удивляясь

мне совам бы на горе выменять

чуть счастья курс одна восьмая

лошадку из тумана вывести

взять веточек у можжевельника

да петь как соловей заливистей

за чаем а медведь подельником

побега



* * *

сопки прибрежной финляндии как холмы иудеи

в конце сентября одновременно закат

волны шоссе вдоль полей и сосновых лесов

серое море на горизонте

русское радио заглушает кондиционер



День независимости


поёт тайга

торфяники горят

кикиморы с чертями зажигают

поёт под пихтой пёстрый попугай

из бочки льёт ширазский виноград

пьёт молодёжь фабрично-заводская



* * *

сам дурак поверил в призрачность

горизонта впереди

нос набряк ударом избранный

пал под радугой один

о невидимую стену сгоряча затормозив

никуда теперь не денусь из пустыни

тель-авив

иерусалим останутся за стеклом где окоём

где же где же бесприданница

есть акрид и мёд вдвоём



* * *

запах йода эфира карболки

больничного бытия

неказистый какой мирок

но я его не выбирал

нет погоды постиран негромкий

извечный страх пития

унитаз последний протёк

город сдался мой генерал



* * *

вот я и выдохнул разом последний глоток

твоего веселящего газа субстанцию зла

ранее выданный пропуск охрану отвлёк

и раскопан лаз сквозь поток

расправляю четыре крыла

всё же не ангел



* * *

посылает нас страна уж послала так послала

одноухий экспонат рвёт кусочек одеяла

дома будем через год возвращаемся без ёлки

маловато будет сброд сказочники комсомолки



Апостол


и никто не спасёт да и некого больше спасать

ведь закончились деньги а с ними и учителя

только эхо пустот от пещер не уйти ни на пядь

сгнили все бом-брам-стеньги за судно не взять и рубля

разведём же костёр от единственной спички

нам не привыкать

пусть последний пещерный медведь кружит вертелом проткнут

был хитёр мы хитрей

по привычке съест печень наследник

и ляжет в кровать

нам трезветь а ему уходить хоть не в луже на ложе почётно



* * *

вошёл в запой не выходя из комы

не вешаться же ведь неконструктивно

завой запой и письма шли знакомым

отбрось всю тяжесть выдохни активность

всех мышц ослабь изъяв тепло из тела

и посмотри на сон со стороны

ни слова больше нет во тьме ни дела

галактики планеты и страны



Уехавший цирк


зачем всё это было затевать

безумцам место в сумасшедшем доме

иначе вечно жить на переломе

играя близким дальним тишь да гладь

медбрат по вызову бригада по звонку

лес глушит крик осколки гасит поле

дитю капризному я зайца извлеку

трюк невелик хоть пять минут без боли






Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru