Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 5, 2018

№ 4, 2018

№ 3, 2018
№ 2, 2018

№ 1, 2018

№ 12, 2017
№ 11, 2017

№ 10, 2017

№ 9, 2017
№ 8, 2017

№ 7, 2017

№ 6, 2017

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Об авторе | Поэт, предпочитающий скрыться за псевдонимом Юрий Китаев, был представлен некогда в «Самиздате века», традиционно для своего времени работал сторожем и слесарем. Этот автор уже обладает известностью, имя его отлично знают и ценят любители поэзии. Уважая пожелание поэта, ограничимся этими сведениями о нем.




Юрий Китаев

Трудности расшифровки…


* * *

По должности — вне закона…
Прилежно, как под диктовку,
Шпион пишет шпиону,
Шпион пишет шифровку.


«Маша выходит замуж,
Даша уходит в отпуск…
» —
Расшифровка: «Враги наши
Строят новую подводную лодку
»
Строят новую подлёдную лодку…


«Вася пьёт неустанно,
Не заболел лишь бы…
»
Расшифровка: «Соузники наши
Не все хочут нашей дружбы…
»
Не всем нужна наша дружба…


Пишет шпион, как пашет,
Длинное своё поле,
Минное своё поле… —
Всё в интересах Нашей,
Где ни покой и ни воля…


А в Токио и в Тихвине —
Чада сего века:
Ходит шагами тихими
Смелая контрразведка…


Но дыры в ночи сквозные,
И не все на засовах двери…
Явка, пароль, связные…
Аптека, кабак, бухгалтерия…


Карандашом тонким
Пишет шпион шифровку,

Шпион пишет шпионке,
Докладывает обстановку.


Шпион пишет шпионке,
Любимой своей девчонке:
«Учим новые гимны.
Взрослеем…
» — А это значит:
«От многолюдства плачу,
От одиночества гибну…
»
Сладкозвучны новые гимны…


Сумерки. Утро раннее.
Шум в черепной коробке…
Подвиги шифрования,
Трудности расшифровки…


Северная природа,
Пасмурная погода,
Каторжная погода,
Трудности перевода…
И умножаются год от года…



* * *

Что мы скажем о теле и о душе?
Ничего не знаем, забыли уже.
Над телами объектов грохочет дождь.
Одиноких субъектов преследуют сон и страх
В Пограничном городе на китах или на холмах,
Или просто на болоте и на всех ветрах.


А душа, душа…
Душе моя, восстани, что спиши…



* * *

Всё перепутано, всё перемешано,
одно не меняется с давних пор:
длинная верёвка в доме повешенного
и о ней нескончаемый разговор.


Все разговаривают, разговаривают,
разговаривают, как переваривают.
Выпьют, бывало, по полбокала,
и начинается всё с начала:


От синего моря до края кромешного
дни и ночи подряд
о бедных верёвках в домах повешенных
говорят, говорят, говорят…


У солдат украли винтовки,
а они говорят о верёвке…
Так живём: всегда о своём
плачем, хрюкаем и поём…

Трудно думающим растениям
В поле Ньютонова тяготения.



* * *

Грубая честность

Скорых разлук.

Тесная местность:

Ёлки вокруг.

Сосны, осины,

Башни, стена.

В озере тина,

Небо, луна.

Странствовать, то есть,

Быть и остаться.

Поезд, как поезд:

Сон между станций.

Некуда деться:

Холодно очень.

Позднее детство,

Ранняя осень.



Насосная станция


Бедность и неуют.
Ангелы не поют.
В водопроводе пьют,
Сладкие слёзы льют.


В водопроводе спят,
Сладок осенний сон…
Если не бред и мат,
Если не хрип и стон…


В трубах и возле труб
Старых насосов вой,
Средних давлений труд,
Медленный, но живой.


Головы набекрень —
Ложь обгоняет ложь…
В водопроводе день,
Не переходит в ночь…


Эхо дежурных смен,
Случаев и удач…
В водопроводе смех,
В водопроводе плач.


Строй разводных ключей,
Пасти стальных тисков,
Вежливый звон мечей,
Радостный звон оков…


В водопроводе дым…
Бедная ты моя…

В водопроводе ты,
В водопроводе я…


Милости и щедрот
Просит водопровод.


Тесен наш бедный мир:
Пастбища да сады…
В водопроводе мы,
Труженики воды…


В водопроводе грех:
Жажда судьбы иной…
В водопроводе снег,
В водопроводе зной…


Тесно бежит вода,
Всё размешалось в ней…
В водопроводе «да»,
В водопроводе «нет…»


Нам неизвестен час,
Высший неведом смысл…
Ангелы не молчат,
Просто не слышим мы…


Времени поворот
Щедрую воду льёт.
Ржавый водопровод
В берег волнами бьёт.



* * *

Улицы. Сколько их! —
От леса и до реки, и от реки до леса…
Из-за какого угла выйдет сумасшедший с ножом?
Из-за какого угла выйду, сумасшедший, с ножом?
Улицы без конца.
Колокольня.
Собор на горе.



* * *

Мокрый город пламенем пылает,
Буйным электрическим огнём.
По Москве Атлантика гуляет
Проливным и ливневым дождём.


Стены цвета отмелей и тины
На ходу сбиваются с пути.
Ливнем размываются картины,
Лишнее смывается с картин.


Площадь покачнулась и пропала,
Просто закружилась голова.
И от Павелецкого вокзала
Тронулся насмешливый трамвай.


…Шаболовка, башня, Соловьёвка…
Я в больнице этой не лежу.
Просто, даже вымолвить неловко:
В Соловьёвке слесарем служу.


Там больные жители столицы
Двор метут, но лечатся с трудом.
Это очень нервная больница,
Но она — не сумасшедший дом.


Я кручу заржавленные гайки —
Старое, железное кино…
Образ жизни: ветер и вино,
Небо, звёзды, крики балалайки…


У больных дурацкие халаты
И своя у каждого беда…
Я стараюсь, чтобы в их палаты
Подавалась тёплая вода,


Но хочу взлететь или забыться…
Бедный, бедный, многого хочу!
Я хочу в кого-нибудь влюбиться,
И впотьмах взаимности ищу…


...Свежий ветер, дождь и жизнь-жестянка…
Я любовью к родине согрет…
Скоро нервы станут крепче танков,
Что стоят в Донском монастыре.



Март


Неуверенных снов подробности.
Иго сытости, ужас голода…
Забывая об осторожности,
Ждут весны окраины города.
Переулки звучат гитарами,
Лица светом пылают маковым…
Волки с овцами ходят парами
В шкурах пёстрых, но одинаковых.
Вечера — неясные соколы,
Дни — упущенные возможности…

Волки с овцами ходят около,
Задыхаясь от осторожности…
Чувства нежные, радость тощая…
Сны чужие, страна отеческая…
Наше общее, наше волчье,
И овечье и человеческое…




Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru