Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 11, 2017

№ 10, 2017

№ 9, 2017
№ 8, 2017

№ 7, 2017

№ 6, 2017
№ 5, 2017

№ 4, 2017

№ 3, 2017
№ 2, 2017

№ 1, 2017

№ 12, 2016

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии

 

Не стесняясь блокнота

Константин Ваншенкин. Оксфордский блокнот. — М.: Текст, 2017.

 

Сборник стихотворений «Оксфордский блокнот» Константина Яковлевича Ваншенкина увидел свет спустя пять лет после смерти автора. За свою жизнь поэт опубликовал более тридцати поэтических сборников и несколько повестей с сильным автобиографическим элементом — «Армейская юность» (1960), «Авдюшин и Егорычев» (1962), «Большие пожары» (1964), «Графин с петухом» (1968).

Константина Ваншенкина можно назвать одним из ярчайших представителей военного поколения — в 1943 году поэт ушел на фронт, служил в воздушно-десантных войсках, а сразу после окончания войны начал публиковать стихи. Тогда еще молодого Ваншенкина заметил Твардовский, назвавший его одним из лучших молодых поэтов.

Фамилия автора происходит от голландского Ван Шенк — возможно, именно это делает морскую тему одной из главных в его творчестве, и новый сборник ее продолжает: «Голландская верфь / От прадеда или от деда»…

Но не только вода занимает мысли автора — когда писалась книга, под Москвой горели торфяники. Этот запах дыма, резь в глазах, дочь, вбегающая в марлевой повязке, и нулевая видимость также важны для автора. Москва, залитая дымом и «Огненная изнанка / Леса по сторонам» — окружающее смешивается, и кажется, от самих страниц немного пахнет удушающим торфяным дымом, просмоленной древесиной корабля и духами давно ушедшей женщины.

 

               Как жаль, что я не живописец.

               Я отдавал бы предпочтение портрету,

               И сейчас, когда тебя нету,

               Я писал бы тебя по памяти.

 

«Оксфордский блокнот» — это стихотворения, написанные за три последних года жизни — с 2010 по 2012 год. Почти две сотни страниц, каждая из которых — замершее мгновение, схваченная словами картинка, мелькнувший на секунду образ, остановленный точным попаданием слов. В 2010 году Ваншенкину было 84 года, но стихи — совершенно не «возрастные»: очень яркие, наполненные любовью к жизни и типичным для автора вниманием к детали. Есть в сборнике и воспоминания — о войне, о молодости, о женщинах, о друзьях, — без малого двести страниц книги вмещают в себя столько чувств, что хватило бы не на одну жизнь. И, несмотря на эту наполненность, чувствуется — все это близко автору, пережито им и пропущено через себя.

Поэт не боится своего возраста. Описывая ампулы и наскучившие шприцы, он не стыдится признаться: «…вся преамбула / С мельканьем врачебных лиц» теперь является важной частью его жизни. В стихотворениях можно встретить слова «старость», «гроб», «погибшая» — но почему-то именно эти слова никак не получается связать с поэтом. Столько жизнелюбия в этой книге, столько цвета, запахов и ощущений — странно понимать, что написавшего все это человека больше нет…

Большую часть стихотворений можно назвать короткими — двух-трех строф поэту обычно хватает, чтобы передать мысль. В книге можно найти и интересную игру с созвучиями, и верлибры:

 

               Он предвкушал незнакомую книгу,

               Как долгожданную женщину.

 

Каждое стихотворение — полностью законченный образ. Женщина, нанизывающая ключи на обручальное кольцо, разбросанная по стране родня, красота приморской весны... В стихах Ваншенкин признается, что за жизнь у него было всего пять женщин. Но сколько чувств вызывают у него прекрасные мгновения, пережитые вместе с ними: «Лежала она на спине / В глубоком нокауте страсти»...

Его образы встают перед глазами, не требуя детальной художественной обработки — как обтесанные морем камни. Он будто торопится вспомнить как можно больше — пережить свою жизнь заново, не стесняясь блокнота. Поэт будто хочет оставить память всем чувствам и ощущениям, которые испытал в жизни.

Его поэтическая задача — донести мысль напрямую, с минимумом метафор, всего парой быстрых мазков показать реальность точнее, чем передала бы фотография:

 

               А вверху безупречно парит

               Альбатрос на воздушной подушке.

 

Запах соли. Морская качка. Соляная пыль. Дом, перестающий казаться былью. Чувство, возникающее от столкновения с прекрасным, безупречным в своей природности.

Некоторые стихотворения оставляют послевкусие кинематографической, короткометражки. В них тоже нет ничего избыточного — только увиденные мизансцены, пропущенные через личное восприятие.

Все пережитое записано будто в спешке, неупорядоченно — и в этом творческом беспорядке стихотворений, расположенных без какой-либо логической последовательности, кроется идеальный порядок. Короткие стихотворения будто дают время подумать, переварить произошедшее на странице, всмотреться в кадр. Пустое пространство страницы приглашает дописать, пусть и мысленно, ответ. Читатель будто втягивается в разговор со знакомым, которого не видел много лет, в разговоре с которым больше нет нужды в именах и лицах — диалог легко перескакивает с темы на тему. Что происходило когда-то, что происходит сейчас — разговор человека с человеком как он есть.

Стихотворения Константина Ваншенкина заставляют привычное звучать иначе.

 

               Рябь холодных озер.

               Разноцветное стадо.

               И все шире обзор

               С каждым днем листопада.

 

Поэтому книга позволяет читателю хоть ненадолго побыть обладателем поэтической зоркости. Ходить по городу, вглядываясь в мир и запоминая происходящее, принимать близко к сердцу все проявления бытия, оставляя в памяти детали: «Фабричных окон целлулоид / В провинциальном городке»…

Автор почти фотографически изображает реальность, помещая изображение оксфордского блокнота, подаренного дочерью, на страницы книги. Монохромная обложка с фотографией стопки записных книжек Константина Ваншенкина подчеркивает повседневность и привычность его поэтического дела. Блокноты на обложке блокнота, блокнот внутри блокнота — этот мотив от названия до задней страницы обложки напоминает: все это действительно было.

 

               Я люблю его за быт,

               За участье и за ласку.

               И за то, что он забит

               Крепкой рифмой под завязку.

 

Лучше всего описать этот сборник можно названием известной песни на стихи Константина Ваншенкина — «Я люблю тебя, жизнь». В нем собраны стихотворения самой разной тематики — от эротических до пейзажных, от тяжких воспоминаний о войне до благодарности дочери за подаренный блокнот. Среди воспоминаний о войне и мыслей о постоянно уходящих из жизни друзьях мелькают картины настолько живые и повседневные — сложно представить, что все это написал один человек. Переживший войну и научившийся ценить каждый миг долгой жизни.

Ваншенкин пишет и о седине, об ушедших друзьях, о пережитом ужасе войны. Но пишет легко, констатируя факт как единственно возможное случившееся.

 

               Был судьбою одной

               Чуть не каждый увенчан —

               Кто медалькой родной,

               Кто жестоким увечьем.

 

Казалось бы, после этого невозможно жить дальше, подобный опыт пережить практически нельзя — но уже на следующей странице Ваншенкин снова с улыбкой вспоминает о женщине, опять перед глазами встают улицы Москвы, луна над Белым морем, зал, аплодирующий его дебюту…

На обложке Константин Ваншенкин изображен молодым. Настороженный, цепкий взгляд — будто поэт пытается запечатлеть в памяти фотографа.

 

Мария Айвазян

 



  info@znamlit.ru