Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 11, 2017

№ 10, 2017

№ 9, 2017
№ 8, 2017

№ 7, 2017

№ 6, 2017
№ 5, 2017

№ 4, 2017

№ 3, 2017
№ 2, 2017

№ 1, 2017

№ 12, 2016

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


ПЕРЕУЧЕТ


Юлия Подлубнова

Как пробник в парфюмерии

Литературные журналы о литературных журналах

 

Литературные пользователи соцсетей наверняка помнят: какое-то количество месяцев назад редактор «Нового мира» Андрей Василевский написал на своей странице в Facebook, что 2016 — последний год существования «толстых» литературных журналов. Однако год прошел — «толстяки» существуют. Существуют, разумеется, не без проблем. Но проблемы эти при тщательном рассмотрении, во-первых, неновы, как ненов сам пессимизм при прогнозировании будущего литературных журналов, во-вторых, довольно отрефлексированы в профессиональном сообществе. Мобилизация профессионального сообщества даже идет на пользу литературной жизни: проходят «круглые столы», посвященные судьбе литературных журналов, фестивали, запускаются новые инициативы. Вот год назад тот же «Новый мир» на своем сайте стал размещать блоги литераторов разной степени известности; жаль, что проект как-то сошел на нет. Вот по-прежнему жива электронная «Лиterraтура», а ведь кто только ей не прочил быструю кончину. Вот «Сибирские огни» освоили соцсети, ну и т.д.

Общим местом в дискуссиях о судьбе литературных журналов становятся утверждения, что журналы уже не так фатально привязаны к бумаге, как ранее, что они освоили сетевое пространство и что их бумажные тиражи не отражают реального читательского интереса к публикациям. В нынешнем году Василий Костырко вполне логично предложил замерить рейтинг публикаций на портале «Журнальный зал». И собственно стал делать это ежемесячно, разбив публикации на рубрики «Проза», «Поэзия», «Нон-фикшн». Эта инициатива также широко обсуждалась в соцсетях и не миновала обсуждения в самих литературных журналах. Так, о рейтингах и судьбе литературных журналов решил поразмышлять Евгений Абдуллаев в своей рубрике «Литературный барометр» в «Дружбе народов».

 

Евгений Абдуллаев. О рейтингах и «борьбе за потребителя» («Дружба народов», 2016,
№ 9)

 

Оказывается, что журнальный кризис начался в 1907 году. Уже тогда «толстяки» казались некоторым участникам литературного процесса «досадным ана­хронизмом», на смену которому приходят сборники и альманахи. Знакомая ситуация? Пропустим советское время и 1990-е, когда «неактуальность толстых журналов стала одной из актуальных тем», перейдем сразу в 2000-е: и снова кризис, и снова стагнация, и снова «толстяки» на грани закрытия. «В отличие от многих, знающих, каким должно быть будущее толстых литературных журналов, — пишет Абдуллаев, — я таким знанием не обладаю. Дискуссии вокруг толстых журналов меня интересуют, главным образом, как индикатор состояния современной словесности».

Хорошо, посмотрим на дискуссии. Одна из них развернулась на сайте «Rara Avis. Открытая критика». Писатель Роман Сенчин, побывав в Екатеринбурге на фестивале «Толстяки на Урале» (2–5 июня 2016 года), написал несколько доброжелательных фраз о мероприятии, добавив, что в кризисе сегодня не журналы, а читатели, которые журналы не читают. Ему тотчас же ответил критик Сергей Морозов, на фестивале не бывавший, но решивший напомнить, что журнальная индустрия — сфера бизнеса. Литературные журналы не желают приноравливаться к рыночной реальности, вот потому сегодня они неактуальны. Евгений Абдуллаев охотно вступает в полемику с Сергеем Морозовым, не соглашаясь с ним в главном: журналы — явления некоммерческие, как в целом не работает по законам коммерции всякая серьезная литература. «Лучше задуматься над тем необъяснимым с точки зрения рынка явлением, что все толстые журналы еще продолжают выходить. На глазах рушились мощные издательства, исчезали затеянные с размахом литпремии, закрывались крупные книжные магазины и целые книготорговые сети. “Толстяки” — выжили. Не сократив при этом периодичности, не урезав редакционные штаты. Не понизив — самое главное — планку качества. Самое коммерчески убыточное звено в современной литературе оказалось самым устойчивым. Не парадокс ли?..»

Ну и собственно о рейтингах, которые как раз демонстрируют, что интерес к современной литературе у читателя есть. Рейтинги, как считает критик, дело нужное, но почему-то Василий Костырко приводит их без статистики просмотров, детально указывающей, сколько конкретно человек обратилось к произведениям победителей рейтинга, что в целом бы проясняло картину чтения «толстяков» в Интернете. Далее, в невыгодном положении в случае регулярных рейтингов находятся журналы, которые появляются не ежемесячно: «Арион», «Вопросы литературы», «Новая Юность», «Интерпоэзия», «НЛО». Кроме того, каждый журнал имеет свою специфику размещения материалов в «ЖЗ» — полностью/частично, оперативно/с задержками и т.д., — что тоже не учитывается в рейтингах. Наконец, у части журналов есть свои сайты, которые неизбежно уводят читателей из «ЖЗ». В общем, рейтинги нужны, рейтинги важны. Евгений Абдуллаев предлагает делать их более релевантными путем проведения соцопросов.

В том же отзыве на екатеринбургский фестиваль Роман Сенчин сетует: «В журналах по-прежнему появляется почти все интересное и важное в нашей литературе, но на это не обращают внимания». Действительно, обозревают и рецензируют литературные журналы нечасто. Скажем, что-то очень эпизодически попадает в обзоры периодики Андрея Василевского в «Новом мире», что-то более систематически — в «Переучет» в «Знамени», что-то обозревается два раза в месяц на «Лиterraтуре», а в целом фронтальные обзоры помимо «Переучета» — явление довольно редкое. Могу припомнить вышедший в этом году в «Дружбе народов» (№ 2) обширный обзор «национальных» номеров толстых журналов «Pax Sovietica: большое послесловие — или?..» Ольги Баллы, для меня примечательный тем, что туда попали журналы «Москва» и «Наш современник». Или же на ум приходит статья «Дорастающие до Имени. Молодая поэзия “толстых” журналов в 2015 году» Константина Комарова, опубликованная в «Неве» (2016, № 1) и уже засвеченная в «Переучете» (см. «Знамя», 2016, № 4), которая на деле вовсе не про журналы, а про личные пристрастия поэта и критика.

Конечно, названного мало. Поэтому не может не радовать особое внимание к «толстякам», которое встречаем в «Урале».

 

«Толстяки на Урале». Материал подготовили Алексей Вдовин, Надежда Колтышева («Урал», 2016, № 2)

 

Алексей Вдовин взял интервью у редакторов и членов редакций литературных журналов, побывавших на первом фестивале «Толстяки на Урале» (2015). На вопросы отвечали Ирина Барметова, Сергей Чупринин, Александр Казинцев, Сергей Костырко, Юрий Горюхин, Александр Эбаноидзе, Андрей Арьев, Наталья Гранцева. Помимо отзывов о самом фестивале речь вновь шла об ответственности читателя журналов. «У простого читателя есть только одно обстоятельство: он должен читать» (Сергей Чупринин). «Читателю ничего не надо делать. Я думаю, во все времена такая прослойка людей, которые держат высокую планку, была незначительна, никогда не измерялась миллионами» (Наталья Гранцева). Вот они, два полюса отношения к читателю, о которых также напоминал в своей статье Евгений Абдуллаев.

По следам фестиваля «Урал» запустил целую рубрику, совместив ее с традиционной для журнала рубрикой рецензий «Книжная полка».


Станислав Секретов. Без фанатизма. Дмитрий Данилов.
 Есть вещи поважнее футбола («Урал», 2016, № 2);

Владислав Толстов. Китайский синдром. Алексей Сальников. Отдел («Урал», 2016, № 4);

Альбина Гумерова. Последнее пристанище. Вячеслав Ставецкий. Квартира («Урал», 2016, № 11)

 

Рубрика «Толстяки на Урале» в 2016 году появилась в шести номерах «Урала». Она продолжила традиции «Книжной полки» — по сути, перед нами полноценные рецензии, которые могли быть написаны и на отдельные книги: здесь пересказы, есть аналитика, есть выход на литпроцесс. Уровень материалов приблизительно схожий, хотя, конечно, ощущается разная степень профессионализма критиков или пробующих себя в амплуа таковых, заметна разная стилистика. Как это часто бывает в рецензиях, здесь можно найти мелкие огрехи (например, Алексей Сальников, вопреки утверждению Владислава Толстова, давно уже живет не в Нижнем Тагиле, а проживает в Екатеринбурге), странные пассажи: «Ставецкий в этой повести — рассказчик истории. Отстраниться от письма — это особенность художника, разновидность приема художника-прозаика. Ставецкий сохраняет нужную дистанцию между своим героем и собой». Но в целом рецензии вполне объемно формируют представления о произведениях, которые, кстати, как правило, предлагаются на рецензирование редактором рубрики Константином Богомоловым, пытающимся охватить все поле публикаций в «толстяках». К сожалению, это поле ограничено лишь прозой, а потому читатель рубрики ничего не узнает ни о поэзии, ни о критике, ни о чем-либо еще.

И еще одно замечание, важное в контексте нашего разговора: критики в «Урале» не рассматривают произведения именно как журнальные, в специфиче­ски журнальном пространстве.

 

Анна Сафронова. Осенние отражения («Волга», 2016, №№ 11–12)

 

А как обстоят дела в других журналах? Насколько часто они замечают друг друга? Нечасто, да.

В рубрику «Волги» «Медленное чтение» попали роман «Счастье» Натальи Ключаревой («Октябрь», 2016, № 9) и кинороман «F20» Анны Козловой («Дружба народов», 2016, № 10). Получается, что чтение в «Волге» хоть и медленное, но очень оперативное, опережающее уральское.

Эта рецензия интересна своей методологией, когда один роман становится ключом для чтения другого: «F20» — для «Счастья». Анна Сафронова заметила, что авторы — одного, 1981 года рождения, по сути, пишут об одной и той же ситуации: отношениях двух сестер из неблагополучной семьи. «Старшая пытается помочь младшей, в какой-то мере заменяет ей мать. Психические отклонения, мистические мотивы (образы, видения, голоса). Тяга к любви, нормальной жизни, которую в какой-то мере реализует в конце повествования старшая из сестер.

Вышестоящий абзац без поправок и уточнений применим к обоим романам. Бывают же такие совпадения…» «В сущности, “F20” послужил мне как бы зеркалом, отражением романа Ключаревой, в результате чего я попала в плен отражений уже внутри “Счастья”».

Интересно. Захотелось прочитать оба романа.

 

Лев Мальчуков. Немецкая мельница, карельское Сампо («Октябрь», 2015, № 12)

 

Еще одна специфическая реакция на журнальную публикацию. Лев Мальчуков — не литературный критик, он филолог, компаративист, живущий в Петрозаводске. Его статья — обширный культурологический и литературоведческий комментарий к роману Дмитрия Новикова «Муки-муки», опубликованному в «Октябре» (2014, № 7).

Статья дает расширенное представление о читателе-профессионале и о разнообразных стратегиях чтения, игнорируемых, как правило, самими журналами.

 

Лилия Газизова. Обзор журнальных публикаций («Интерпоэзия», 2016, № 3)

 

Задалась вопросом: существуют ли обозрения поэтических публикаций в журналах? И, да, нашла подобное в журнале «Интерпоэзия».

В обзоре Лилии Газизовой — подборки стихотворений Олега Хлебникова, Галины Климовой, Феликса Чечика, Ольги Сульчинской, Екатерины Горбовской, Сергея Жадана, опубликованные в «Новом мире», «Дружбе народов», «Арионе», «Новом береге», «Зеркале». Подборок много, слов, к сожалению, мало. Даны небольшая характеристика творчества поэта (на уровне эмоционального восприятия критика) и стихотворение из подборки. «Это стихи — осмысление действительности. Хлебников — один из немногих поэтов, кто слышит время». «Это стихи усталого человека. В них много сожалений и грусти» (про стихи Чечика). «Это очень ясные стихи, не отменяющие при этом невероятную сложность и глубину. Благодаря прекрасным переводам Аркадия Шпильского возникает ощущение, что они написаны изначально на русском языке» (про Жадана).

Это второй подобный обзор от Лилии Газизовой в журнале, первый был в предыдущем номере. Оба кажутся неким пилотным проектом, требующим расширения формата.

Вот, собственно, и вся рецепция публикаций в журналах, представленная в самих литературных журналах.

 

Роман в толстом литературном журнале («Вопросы литературы», 2016, № 3)

 

Ежегодная Букеровская конференция посвятила «круглый стол» обсуждению судьбы толстых литературных журналов и жанровым особенностям романов. В обсуждении принимали участие Игорь Шайтанов, Александр Кабаков, Валерия Пустовая, Денис Гуцко, Дмитрий Бак, Елена Чижова, Андрей Арьев, Марина Абашева и др. Очередной разговор, который выявил проблему фрагментированно­сти культурного поля. «Сейчас действительно никто не в силах увидеть происходящее в целом — и, в общем-то, не существует ни одного источника, из которого мы вообще могли бы почерпнуть целостную информацию о современной культуре» (Валерия Пустовая). Современные литературные журналы вынуждены конкурировать а) с издательствами, б) с сетевой литературой. Александр Кабаков: «Мнение о противостоянии журналов и издательств — это мнение не то чтобы неверное, но обостренное. По своему собственному опыту я могу сказать, что в действительности никакого противостояния нет: есть разные задачи, которые решают эти институции. Журнал — это, знаете, как в парфюмерии пробник: это проверка на литературность, если угодно, тщательная подготовка к знакомству с сочинением…». Марина Абашева: «Пока две вот этих культуры, о которых я говорю — толстожурнальная и сетевая, — существуют абсолютно параллельно, и как им помочь пересечься? Я лично не вижу ответа».

Ответов на вопрос о выживании «толстяков» и готовых решений уже традиционно нет ни у одного участника «круглого стола». Стало быть, процесс обсуждения не закончен. Продолжение следует.

 

Десять лет «Воздуху» («Воздух», 2016, № 1)

 

Напоследок хотела бы обратить внимание, что сегодня любой разговор о литературных журналах, как правило, сводится к судьбе «толстяков» или тех журналов, номера которых регулярно выкладываются в «Журнальном зале», этаком гетто большой литературы. Однако понятно, что одним сетевым порталом мир литературных изданий не ограничивается. Скажем, в «Знамени» существует рубрика «Незнакомый журнал», которая, к моему удивлению, всегда чем-нибудь наполнена и, действительно, не очень знакомым. Наполнены примерно тем же самым порталы «Мегалит», «Читальный зал», «Журнальный мир». А вот журналу «Воздух», которого, как известно, со скандалом не взяли в «Журнальный зал», в 2016 году и вовсе исполняется десять лет.

В связи с юбилеем журнал провел опрос среди постоянных авторов, задав в том числе и вопрос: «Что делать с “Воздухом” дальше?». Сама постановка вопроса наводит на мысль, что и «Воздух», журнал молодой, активный, имеющий свой круг авторов и читателей, нуждается в изменениях. Или же задумывается об их возможности. Показательно, что большинство участников опроса довольны журналом и предлагают ничего не менять, ну или звучат какие-то интересные инициативы, не связанные с концепцией и редакторской политикой «Воздуха». «…Появление журнала и его десятилетнее существование я до сих пор воспринимаю как чудо, так же, как и воздух без кавычек.

И перспектива его потерять кажется даже более вероятной. Но кажимости бывают не менее обманчивы, чем очевидности, так что ограничусь повторным призывом беречь» (Гали-Дана Зингер).

Значит, и здесь нет уникальных рецептов выживания.

 

Судьба литературных журналов в спорах и дискуссиях не решится — ее будут определять экономика и внутренняя политика в стране. Журналы, понятно, либо сохранятся в прежнем качестве, либо трансформируются, либо вообще перестанут существовать. Однако фиксация сегодняшнего состояния этого поля есть непосредственная работа с литературным процессом изнутри этого процесса. Журнал, рефлектирующий на тему выживания и функций литературных журналов, ответственности читателя и специфики чтения, оценивающий публикации в других журналах, выполняет свои прямые обязанности: занимается литературой. А пока он это делает, его дела не так уж и плохи.

 



  info@znamlit.ru