Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 5, 2019

№ 4, 2019

№ 3, 2019
№ 2, 2019

№ 1, 2019

№ 12, 2018
№ 11, 2018

№ 10, 2018

№ 9, 2018
№ 8, 2018

№ 7, 2018

№ 6, 2018

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


НАБЛЮДАТЕЛЬ

рецензии

 

Символизм как история

А.В. Лавров. Символисты и другие. Статьи. Разыскания. Публикации. — М.: Новое литературное обозрение, 2015. (Научное приложение. Вып. CXXXIX)

 

Каждая новая книга и крупная работа выдающегося историка русской литературы конца XIX — первой половины ХХ века А.В. Лаврова становится событием не только для коллег, но для всех, кому интересен и дорог Серебряный век. Его любимый жанр — статья, которая, даже предваряя архивную публикацию, имеет самостоятельное значение. Раз в несколько лет статьи, разнообразные по темам, героям и проблематике, собираются в книгу. Целиком ее, возможно, изучат лишь коллеги-специалисты, но каждый заинтересованный читатель символистов найдет в ней новое и ценное для себя. Таков и рецензируемый том.

У Лаврова с первых работ, написанных в 1970-е годы (собраны: Лавров А.В., Гречишкин С.С. Символисты вблизи. Статьи и публикации. СПб., 2004), выработался «фирменный стиль». Он не столько филолог, пишущий о колоративах и пежоративах, сколько историк литературы, чьи работы основаны на документах и фактах: кто, что, где, когда, кому, с кем, реже — почему. Лаврова интересно и полезно читать любому исследователю эпохи, в которой изящная словесность, журналистика, философия, эстетика, религия, политика и «общественность» были неразрывно сплетены. Автор умеет видеть и показывать, казалось бы, сугубо литературные события в историческом контексте, а этим качеством обладают немногие.

Лавров вводит в чительский оборот новые и возвращает забытые имена: одна из его первых публикаций была посвящена Эллису. В рецензируемой книге это статьи об Иване Коневском (по сути, мини-монография), Людмиле Вилькиной, Юрии Сидорове, Леониде Семенове, Михаиле Сизове. Если не все эти люди читателю неизвестны, то опять же благодаря Лаврову, подготовившему собрание стихов Коневского в большой серии «Новой библиотеки поэта» (2008) и опубликовавшему переписку Вилькиной с Валерием Брюсовым. Надеюсь, что работы о Коневском-критике — предвестие будущего издания его прозаического наследия. Подлинное значение Коневского мы начинаем осознавать только сейчас, чему свидетельством служит и книга американского историка Джоан Гросс­ман «Иван Коневской, “мудрое дитя” русского символизма» (2010), перевод которой под научной редакцией Лаврова вышел в Санкт-Петербурге в 2014 году.

Работы Лаврова почти всегда вводят в научный оборот неизвестные тексты, всегда ценные и информативные (никакие качественно подготовленные публикации не будут «лишними», но интересными — далеко не всегда). Документы «живут», будь то в форме комментированной публикации (письма Дмитрия Мережковского к Семену Надсону, дневниковые записи Алексея Ремизова об издательстве «Сирин», переписка Брюсова с редакцией журнала «Аполлон») или основанной на них статьи (письма Андрея Белого к Николаю Киселеву, стихотворные послания Юрия Верховского к Вячеславу Иванову, автобиографии Александра Кондратьева). Отмечу впервые публикуемые официальные бумаги, связанные с изданием журнала «Новый путь», — до недавнего времени в документы такого рода заглядывал мало кто из специалистов по символизму.

Неизвестные тексты открывают неизвестные аспекты, стороны жизни и деятельности известных людей: «романы» Брюсова с Вилькиной и Марией Вульфарт, жизнь «Башни» и круга Вячеслава Иванова в его отношениях с Верховским и Максимилианом Волошиным, замысел издательства «Мусагет» и его реализация. Особый интерес представляют заключительные работы в разделе «Разыскания», посвященные бытованию символизма и его наследия в советскую эпоху, суровую к «декадентству»: о Викторе Мануйлове как ученике Иванова, «неизвестном поэте» Владимире Щировском, о вдове Белого Клавдии Бугаевой как хранительнице памяти о нем и о Дмитрии Максимове как основоположнике науки о русском символизме.

Традиционной «филологии» — поэтики, стилистики, интертекстов и т.д. — в книге немного, но и для этих работ характерен прежде всего исторический подход. В числе «вольностей», Лаврову вообще не свойственных, укажу предположения о Коневском как прототипе героя рассказа Владимира Набокова «Забытый поэт» и о возможном отражении «Возврата» Белого в «Защите Лужина». В статье «“Судьбы скрещенья”. Теснота коммуникативного ряда в “Докторе Живаго”» автор анализирует постоянные (чтобы не сказать, навязчивые и искусственные) «пересечения» пастернаковских героев как сознательный художественный прием. Признаюсь, я считал это следствием недостаточного опыта Пастернака как романиста.

Изучающий «мастеров слова» и пишущий о них, казалось бы, сам должен обладать литературным талантом, но среди филологов это встречается нечасто: одни злоупотребляют кальками с иностранных языков и квазитерминологией, другие впадают в неумеренный восторг и красноречие или, напротив, в пафос обличения, третьи пишут просто скучно и ставят два причастных оборота подряд. Лавров, начиная с первых работ, избежал этих искушений и недостатков, а в советское время обходился даже без «марксист­ско-ленинской» риторики, почему перечитывать его давние статьи не только полезно, но и приятно. Очень редко позволяет он себе «неакадемическую» фразу, но делает это так, что не возразить. В статье о выставке «Сто лет французской живописи», организованной журналом «Аполлон» в 1912 году, он оценивает ее как «один из примечательнейших знаков, свидетельствоваших о подлинно европейском статусе той страны, которую представляли Сергей Маковский и барон Врангель, о полноценном и полноправном ее вхождении в сферу общекультурных ценностей западного мира». Звучит актуально. Добавлю, что при всей серьезности Лавров умеет «пошалить», как в первом абзаце статьи «Вслед Тименчику», где он мастерски имитирует стиль и манеру этого автора — столь отличную от его собственной.

Непременными чертами «фирменного стиля» Лаврова являются точность приводимых данных и основательность документальной и фактической базы, почему его работы столь «надежны». Любовь к точности побуждает сделать несколько дополнений. В за­ключении статьи о Людмиле Вилькиной (с. 135) не упомянуто ее самоубийство 28 или 29 июля 1920 года, скрытое от прессы, но известное знакомым. Кажется, впервые этот факт обнародован в публикации письма Веры Буниной к Марии Цетлиной от 29 июля 1920 года и ее дневниковой записи от того же дня («Современные записки». Париж, 1920–1940. Из архива редакции. Под ред. О. Коростелева и М. Шрубы. Т. 2. М., 2011. С. 706); в примечаниях дана ссылка на сообщение «Последних новостей» о похоронах поэтессы. Статья Лаврова о Вилькиной впервые опубликована в 2004 году, но автор указал, что для книжного издания в ряде текстов сделал дополнения и уточнения. Восемь писем Брюсова в редакцию «Аполлона», хранящихся в отделе рукописей Российской национальной библиотеки, напечатаны мной в нью-йоркском «Новом журнале» (Кн. 218. Март 2000. С. 79–86), что не отмечено в справке о предыдущих публикациях текстов этого корпуса (с. 682). Мельком упомянутый в примечаниях «сын Верховского и его жены» (с. 420) Никита Юрьевич Верховский (1903–1954) стал известным театральным критиком, автором нескольких книг и множества статей, в том числе об искусстве художественного чтения, а также составлял репертуарные сборники. Биография поэта Семена Дионесова (с. 70) весьма полно изложена в моем предисловии к публикации его стихов в книге «Тихие песни. Историко-литературный сборник к 80-летию Л.М. Турчинского» (М., 2014. С. 204–208), где участвовал и А.В. Лавров.

Отрадно, что книга выпущена большим для научной литературы тиражом, ибо ей суждена долгая жизнь.

 

Василий Молодяков



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru