Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 3, 2020

№ 2, 2020

№  1, 2020
№ 12, 2019

№ 11, 2019

№ 10, 2019
№ 9, 2019

№ 8, 2019

№ 7, 2019
№ 6, 2019

№ 5, 2019

№ 4, 2019

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Об авторе | Алексей Валентинович Улюкаев в журнале «Знамя» печатается шестой раз, предыдущие публикации: «Я из вселенной Гутенберга» (№ 10, 2011); «Семь стихотворений» (№ 4, 2012), «Площадной гранит» (№ 3, 2013); «Полграна правды» (№ 1, 2014), «Восемь строк о свойствах» (№ 1, 2015).


Алексей Улюкаев


Не гул пространств, не божий суд...

* * *


Один комар не делает весны,
Но март горит, и ноздри дым щекочет,
И русские курносые носы
На этот дым, родимые, заточены.

День равен ночи (ночь не ровня дню).
Весенним равноденствием встревожен,
Лунатик ходит высмотреть родню
На бледном лике той, что всех моложе

Сегодня стала. Но напрасен труд,
Культура, отдых, вредные привычки:
Март догорает, несколько минут —
И поздно прятать спички.


* * *


Лёд тончает, сон крепчает —
Крутим пальцем у виска:
То ль отчаянье от чая,
То ль кофейная тоска.

Непонятные угрозы
Истончают наши сны
То ль от дедушки Мороза,
То ль от девушки Весны.


* * *


Уселись в кружок у камина,
Прижавшись почти к голове головой.
Одной подарили пласты пластилина,
И лепит она из пластов балерину,
Танцующую болеро.

Другому — пиратскую шхуну
И Роджер, зовущий на абордаж,
Пиратов — и взрослых, и старых, и юных,
И золотом Индии полнятся трюмы,
И волны ложатся на пляж.

А третья почти засыпает,
Намаявшись за день с моей детворой.
И я в полуметре от рая
Смотрю, как горят — не сгорают
Поленья, как искры летают,
Танцующие болеро.


* * *


Мне нечем крыть — вся карта бита,
Валеты курят в кулачки.
Самоназвание пиита
Да запотевшие очки —

Вот все следы неумной страсти,
Пригревши в рукаве туза,
Совать его без спросу в клястер,
Дразнить читателя в глаза,

Восьмой достичь горизонтали
И в послесловье — льзя, нельзя —
Преумножение печали
Давить, как пешку из ферзя.


* * *


Он вечность хочет проповедать:
От Батюшкова до обеда,
От Грибоеда до свистка.
Бросай в неё свои дукаты —
Уносит правых, виноватых
В забвенье вечности река.

И на брегах, где зло и пусто,
Диоклетьянова капуста
И лотос памяти людской,
Искать не голоса, так слуха,
Пока известная старуха
Бессмертья давится куском.


* * *


«На свете смерти нет!»
Сказал поэт — и умер.
Струится Амелет
От пирамид и мумий.

На цвете жизни — есть
И пить и — невозбранно —
Из жизни делать жесть.
...Но даже против шерсти,
Всё равно — осанна!


* * *


Хорошо б хоть чучелом, хоть тушкой
Проскрестись в куплеты ли, в газеты.
Кто это сказал? Наверно, Пушкин,
Как известно даже малым детям.

Хорошо б хоть горсточкой спартанцев
Просочиться через Фермопилы.
С ниточкой вовеки не расстаться:
Парки крутят, лесопилки пилят.

И пылят, клубятся Млечным шляхом,
Выдумкой пословицы нелепой
Те, кто без упрёка или страха
Расставались с этим белым светом.

Распусти весь птичник мой по ветру,
А гусиным нацарапай быстро:
Нету рек — Эвнои, Амелета,
Ни вотще струящегося Стикса.

Нету, рёк, ни рока, ни судьбины,
Парки в дряхлом парке задремали,
Нету Леты, нету Мнемозины
И так далее, так далее, так далее...


* * *


Украдкой — словно «не укради»
И в самом деле эталон —
Не злата ли, не страха ль ради
Песок у вечности крадём?

И механизмом хрупким этим
Тщась изменить земную жизнь,
Сквозь темноту на этом свете
Уходим свет искать то вблизь,

То вдаль, то вовсе в бесконечность,
Молочных рек не зная брод.
Не бред ли, что дорогой Млечной
Бредущий вовсе не умрёт?

Да что нам в том? Не время лечит,
Не гул пространств, не божий суд.
Идут упрямо человеки.
И падают. И вновь идут.


* * *


Здесь всех припомнят поимённо
От Менделя до Мендельсона.
Вернувшимся в земное лоно
Легко запутаться в знамёнах.

Играй, музыка, во флагштоках,
Пусть музыканты музыкантят,
Когда смываются с урока
Ни Гегеля не сдав, ни Канта.

Спасибо Вейсману и Моргану,
И Дрейку сенкаем, и Флинту
За ноту стонную у морга,
За бархат, орденом подбитый.


* * *


Не облагается налогом,
Не соблазняется наложницей,
Не лебезит ни перед богом,
Ни перед кесарем, ничтожная,
Как сделка мытаря с Петром,
Идёт свобода грязерожденная,
Заглядывая в каждый дом.


* * *


Перемены случаются к лучшему?
Ойкумена такого не вспомнит.
С звёздной карты целятся лучники,
Великаны кидают комья.

Им в ответ зажигают кадила.
И кадят, и коптят небеса.
Всё, что не ссохлось, сгнило,
Как любительская колбаса.

Весь прогресс — только гонка гаджетов.
Им поистине несть числа
И предела. Ну и гад же ты,
Изобретатель колеса!


* * *


Тут живут не только мямли,
Круг дворца сплошной туман:
Не ходи дозором, Гамлет,
Поднадзорный — здесь обман!

Здесь товарищ закадычный
Превращается в вохру.
Скоро убедишься лично,
Что сегодня ко двору

При дворе, при Эльсиноре.
Сказка ложь, да в ней донос!
...Словно шапочка на воре
Светят мириады звёзд.


Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru