Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 8, 2018

№ 7, 2018

№ 6, 2018
№ 5, 2018

№ 4, 2018

№ 3, 2018
№ 2, 2018

№ 1, 2018

№ 12, 2017
№ 11, 2017

№ 10, 2017

№ 9, 2017

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Сергей Сиротин

Наивностью по коррупции

Фильм «Дурак» — третья полнометражная лента молодого российского режиссера Юрия Быкова. В своих работах Быков ориентируется на беспристрастное изображение современной российской действительности. Некоторые критики считают, что он изображает чернуху, то есть преувеличивает; другие считают, что преувеличения нет. В любом случае у него получается антипод новостных выпусков Первого канала. По Первому каналу говорят, что у нас все хорошо, а он утверждает, что не просто плохо, а катастрофически плохо. Не зря фильм посвящен памяти Алексея Балабанова.

Фильм «Дурак» — это история о борьбе наивности с несправедливостью. Сантехник Никитин живет с женой, ребенком и родителями в старенькой, давно не ремонтированной квартирке провинциального города. Он хочет подучиться и получить повышение по службе, жить честно и много работать. Но мать его больна, всетерпеливая жена смотрит жалобно, и природная честность Никитина на этом фоне выглядит неприлично.

В одно из дежурств по общежитию, которое проходит по его ведомству, Никитин замечает трещины, идущие от фундамента дома до крыши. Среди ночи он понимает, что дом может в любую минуту обвалиться, и бросается искать мэра города, которая как раз празднует юбилей в ресторане. Никитину удается прервать торжество и заставить мэра собрать глав городских департаментов. В ходе совещания выясняется, что деньги, выделенные на капитальный ремонт, разворованы, а жильцов, если их эвакуировать, расселять негде. Мэр поначалу пытается спасти этих восемьсот человек, но, став заложницей коррупционной системы, исходящей из центра, в которую все эти годы она со своим аппаратом замечательно вписывалась, спасает собственную шкуру. Вместе с главным силовиком выбирает двух козлов отпущения — свои низшие звенья, и все повидавшие полицейские расстреливают их под мостом, чтобы, если дом рухнет и шум донесется до центра, выдать их за сбежавших воров, укравших выделенные городу средства. Третьим под мостом поставили Никитина. Один из обреченных, до сих пор такой же вор, как другие чиновники, в последнюю минуту жизни проявил себя человеком — попросил отпустить ни в чем не повинного слесаря. Что-то дрогнуло у командующего расстрелом, и он приказал парню до рассвета убраться из города. Он же, едва спасшись сам, бросается спасать брошенных на произвол судьбы людей. В треснувшем доме продолжают жить семьи работяг, знающих лишь одно веселье — пьянку, и Никитин до последнего пытается их спасти, чуть ли не руками выталкивая на улицу. Всех вытолкнул. Но дом не рухнул в ту же самую минуту. И толпа, оторванная от кастрюль и бутылок, с кулаками набросилась на спасителя. Толпа расступилась и потянулась внутрь своего обреченного дома. Никитин остался лежать.

Фильм «Дурак», безусловно, чернуха, поскольку снят с целью изображения безнадежной российской реальности. Даже жильцы общежития, которые, будучи жертвами произвола властей, могли бы пользоваться авторской симпатией, что вообще характерно для русской культуры, изображены дегенератами и алкоголиками, которых не за что любить и, вероятно, незачем спасать.

В фильме без купюр показан российский бытовой ад. Он вскрывается ненароком в тот самый момент, когда трубы прорывает и необходимо впустить сантехников. Таким образом Быков фиксирует принципиальную для российской действительности мысль о том, что вся правда открывается, когда уже поздно или почти поздно. Мысль ненова — многие в России и так живут от проверки до проверки, — но обладает профилактиче-ским действием, если ее постоянно повторять. Так что в этом смысле «Дурак» — типичное социальное кино, призывающее сначала оглянуться, затем задуматься, а после начать действовать.

Каким бы это ни казалось натянутым, но Быков продолжает солженицынскую линию поиска праведника, без которого не стоит село. Реалии за шестьдесят лет изменились, но суть осталась прежней: целые группы и классы по-прежнему живут в условиях произвола властей. Организовать системную борьбу не получается — мешает то лень, то депрессия, то пьянство. Не хватает мотивации, а отдельные вспышки протеста не получают всеобщей поддержки. Всех как будто все устраивает. И вот в таких условиях появляется «дурак», который становится индикатором происходящего. Но если у Солженицына праведник стоял за правду и морально побеждал, то у Быкова показана ситуация, когда самого спроса на правду нет. Пафос этого киновысказывания направлен не только против коррупции властей, но и против самого народа, чья индифферентность в вопросах собственного будущего, по-видимому, и делает ситуацию в России столь плачевной.

Несмотря на то что фильмы вроде «Дурака» необходимы сегодняшнему российскому зрителю, нельзя не признать, что сделан он прямолинейно, почти топорно. Сценарий с первых минут поражает нарочитой типичностью, словно его писали по учебнику о том, как снимать социальное кино. С первых кадров зрителя окунают в чернушный мир современной России, и в этом почему-то сразу чувствуется артхаусная натяжка. Язык не повернется сказать, что Быков пошел на преувеличение российской разрухи, но ведь и полуглянцевый мир передач про кулинарию, автомобили, обустройство квартир и дач тоже востребован и тоже является частью современной России. В целом фильм Быкова, конечно, неоднозначен. Но он настолько прямолинеен, что уже не кажется реалистичным.

Однако история, рассказанная в фильме, устроена так, что ее невольно хочется считать более глубокой, чем она есть. Хочется сказать, что Быков на примере разваливающегося общежития хотел вывести модель всего российского государства, что все его персонажи несут архетипический опыт и что поведение «дурака» — это приглашение к действию для каждого гражданина России. Но утверждать так — значило бы давать фильму очки, которые он не совсем заслужил. В том-то и дело, что Быков не осваивает сюжет должным образом — всеми средствами кинематографической выразительности. Но за попытку — спасибо.

В «Дураке» проговорен тот страшный, хотя и многим очевидный посыл, что российское общество живет по закону джунглей. Хотя сделано это художественно неубедительно: чиновники у Быкова, как в старомодных пьесах, пространно делятся со зрителем своими взглядами на мир. Что цель жизни — это жить в достатке и удовольствии, и не важно, как этого добиться. Многословно, с драматическими жестами, театрально. Быков преподносит эту порочную систему ценностей зрителю так, будто она только что стала для него откровением. Не поэтому ли он сделал своего героя столь наивным?

Однако фильм важен как социальное высказывание, хотя и содержит мысль, которая вряд ли будет принята общественностью. Это мысль о том, что сам народ порочен, а потому необязательно заслуживает лучшей жизни. Тем не менее на сайте КиноПоиску «Дурак» демонстрирует фантастический для современного российского кино рейтинг и даже входит в список двухсот пятьдесяти лучших фильмов по версии сайта. Поэтому можно смело сказать, что работа режиссера, при всех недочетах, оказалась очень востребованной отечественным зрителем.

 

 



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru