Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 8, 2020

№ 7, 2020

№ 6, 2020
№ 5, 2020

№ 4, 2020

№ 3, 2020
№ 2, 2020

№  1, 2020

№ 12, 2019
№ 11, 2019

№ 10, 2019

№ 9, 2019

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Людмила Коль

LiteraruS (Хельсинки)

В контексте Финляндии

Из опыта издания журнала культуры и литературы в не столь дальнем зарубежье

В 2013-м журналу “LiteraruS” исполнится десять лет.

— Как, разве уже десять лет прошло? Не может быть!

— Да-да! Десять. Уже.

— Как быстро, однако, летит время… — бросают эту неоригинальную фразу и вопросительно смотрят: — Отмечать будете в марте?

В одной из своих книг я пообещала, что когда-нибудь напишу историю журнала. Может быть, когда-нибудь. Журнал давно стал для меня предметом одушевленным, и сама я так срослась с ним, что часто, представляясь, протягиваю руку и говорю:

— Я — LiteraruS.

— А, знаем, — кивают в ответ.

Иногда, конечно, я вспоминаю, как это начиналось.

Были листки формата А4, которые я принесла в Хельсинкский университет и непафосно объяснила, что вот хотела бы издать. На них взглянули без всяких эмоций, по-фински, и ответили, что если хочется, то — пожалуйста. И я опять осталась наедине со своими листками. Но вот что замечательно: в Финляндии так все устроено, что мечту можно осуществить, никто ничем не будет мешать, а, наоборот, если видят, что дело, которое ты затеваешь, стоящее, обязательно помогут — молча, деликатно, ненавязчиво. Поэтому через три месяца я держала в руках первый номер журнала. Он был красивый. Нескромно? Но это — правда. Я еще и еще раз разглядывала фотографии, иллюстрации, монограммы авторов, любовалась шрифтами.

— А что же в текстах столько опечаток?!

Ну, да… опечаток было… достаточно. Это был мой первый опыт издательской и редакторской деятельности, моя новая, еще не познанная профессия. Стоило опустить глаза и принести извинения.

Но все ли были так строги?

— А я его не читаю, — сказала мне одна знакомая, у которой в книжном шкафу я увидела несколько первых номеров.

— Не читаешь? — огорченно переспросила я. — А зачем же в шкафу стоит?

— Я с ним играю, — пояснила она. — Я его листаю, хожу с ним по комнате, перекладываю с места на место…

Понятно… если теперь книги выставляют как статуэтки…

Все это, разумеется, просто предисловие.

Как-то раз довольно известный литературный критик, просматривая некоторые русские зарубежные издания, пожал плечами и сказал:

— Зачем вообще создавать новые журналы? Их мало, что ли?

На мой взгляд, вопрос риторический.

В 90-е в русском зарубежье появилось столько печатной продукции, сколько русское зарубежье не знало ни в одну из “волн”: газеты, иллюстрированные издания, реклама для всех видов бизнеса и деловых людей, литературные альманахи, журналы самого разного рода: от гламура до серьезных; появились новые русские зарубежные издательства. Жизнь эмиграции 90-х закипела. Но как же “самоощущаться” без СМИ культуры? Они создают необходимую в каждом социуме ауру.

Однажды во Франции меня пригласили на летний спектакль, который шел в отдаленном районе города. До начала спектакля вокруг афиши и около входа толпилось много жителей квартала, которые явно выражали интерес к происходящему. Но когда началось представление, в числе зрителей сидели совсем другие люди, хотя вход был свободный.

— А где же местное население? — удивилась я.

— О, они не посещают такие мероприятия, — ответили мне.

— Но ведь до начала спектакля они ходили вокруг!

— Да, им важно сознавать, что именно в их квартале будет событие!

Иллюстрация в дополнение к вопросу.

Журнал культуры и литературы русского зарубежья — это возможность сохранить язык и передать его следующему поколению; он дает возможность реализовать литературные способности живущим вне России авторам, является хорошей площадкой для развития творчества молодежи. Признав всемогущество Интернета, тут же ограничим его: журнал — не только виртуальный, но и материальный продукт, и это имеет особую силу.

Уехав из страны, человек волей-неволей, несмотря ни на какую глобализацию, Интернет и свободу передвижения, теряет с ней связи; появляются новые темы, непонятные вне контекста страны; появляется новое видение вещей, непонятное тем, кто остался там. В каждой стране — свои журналы, со своими авторами и их “местными” проблемами. Конечно, существует понятие “над”, но это уже идеальный вариант. В Финляндии тоже существуют различные издания на русском языке, которые с переменным успехом выпускают те или иные русскоязычные общества.

Обдумывая концепцию журнала, я старалась сохранить по возможности специфику зарубежного издания, но не придавать ему черты “местного колорита”, не делать из него русский журнал на эмигрантской почве. Это — финляндский историко-культурный и литературный журнал на русском языке, где печатаются как авторы, для которых родным является русский язык, так и финноязычные и шведоязычные авторы. Рубрике “Наша история вчера и сегодня” отводится до тридцати процентов. За время существования журнала в нем печатались, помимо русских авторов Финляндии, авторы из Франции, Швейцарии, Германии, Бельгии, Норвегии, Дании, Швеции, США, Израиля, из стран ближнего зарубежья, а также и российские авторы — они с удовольствием предлагают свои произведения в зарубежные издания.

Конечно, бывает трудно отобрать материал — ведь нас, живущих вне России, во много раз меньше. В России же я не раз сталкиваюсь с тем, что к авторам русского зарубежья отношение настороженное: а что это за автор? А стоит ли его печатать? Как это он пророс на другой почве? И вообще — о чем это он? Тем не менее достойные авторы, родившиеся как авторы за пределами страны, есть, среди них немало таких, кого с интересом читает зарубежный читатель, часто с большим, чем тех, кого предлагает российский книжный рынок. Но в России они, за редким исключением, практически неизвестны. И если их произведения публикуют российские издательства, то реклама, как правило, отсутствует. Я как редактор стараюсь продвигать наших молодых авторов, расширять информационное поле, предлагаю их тексты для публикации в другие журналы русского зарубежья, их произведения печатают теперь многие российские литературные “толстяки”: “Дружба народов”, “Урал”, “Дети РА”, “День и Ночь”, “Зинзивер”, “Звезда”, “Нева”, “Сибирские огни”. Такая связь необходима, чтобы чувствовать себя не только в общем литературном потоке, но и в русском общекультурном пространстве — Русском мире. Когда люди уезжают за океан, быть на связи с Россией трудно; живущим в Финляндии это намного проще, особенно после того как начал ходить поезд “Аллегро”: через три с половиной часа вы в Санкт-Петербурге, вроде бы и не отрывались от Большой земли.

Российским читателям тоже необходимо и полезно знакомиться с тем, что пишут их соотечественники (оказавшиеся, кстати, “за” по разным причинам, не только экономическим), которые имеют уже другой опыт. Тема, называемая “моя жизнь”, — ключевая, ее в той или иной форме не обошел, по сути, ни один автор русского зарубежья. И это понятно: каждый должен осмыслить ВРЕМЯ и себя в нем уже с позиции наблюдателя ИЗВНЕ. Попав в другие условия, люди хотят понять, что было и что есть.

Давно стала модной тема интеграции.

Интегрироваться в чужую культуру, понять другой менталитет чрезвычайно трудно. И дело здесь не только в языке, а в умении общаться. У русского человека до сих пор подсознательно сказывается долгая изоляция, в которой мы находились, и присоединиться к современной европейской культуре ему далеко не всегда удается, “несовременность” современной российской культуры, на которую указывает в книге “Столетия соседства” Т. Вихавайнен (СПб.: Нестор-История, 2012), до сих пор ощутима. Но все-таки есть механизмы, которые можно использовать, чтобы, сохраняя свою идентичность, не замыкаться в диаспоре, не быть на обочине в стране нынешнего проживания, чтобы не было известного изречения, принадлежащего русским иммигрантам в США: “Мы туда не ходим”, чтобы не говорилось: “мы” и “они”.

Проект “LiteraruS” по-своему уникален. Это единственный журнал, который имеет отдельные издания на иностранных языках. Первые номера — №№ 1 — 4 — выходят на русском языке. Но в самом конце 2008 года журнал впервые вышел на финском языке — № 5/2008, и с тех пор на финском языке выходит регулярно. Это было приурочено к знаменательной дате, которая отмечалась в Финляндии: двухсотлетию со дня провозглашения Великого княжества Финляндского на правах автономии в составе Российской империи (1809 г.).

В Финляндии два государственных языка, и следующим, шестым в году, был номер на шведском языке, который имел три издания: в 2009 — 2010 — 2011 годах.

В 2012 году было решено осуществить выпуск журнала на французском языке — № 6/2012, приурочив его к очередной двухсотлетней знаменательной дате. Над ним работал большой творческий коллектив коллег из Франции, Бельгии, Финляндии и России.

Издания на иностранных языках не повторяют друг друга, каждый номер имеет свою специфику: в него отбирается тот материал, который будет интересен для его читателя. Но всегда этот материал связан с русской культурой и историей. Переводы делаются опытными, высококвалифицированными переводчиками специально для “LiteraruS”, они являются аутентичными. Конечно, все это не так просто осуществлять, особенно то, что касается переводов. Но я не думаю о терниях — зачем? — они всегда у всех были и есть, я думаю только о звездах.

Журнал “LiteraruS” — камерный. Он печатает небольшие по объему произведения и рассчитан на обычного читателя, интересующегося литературой, искусством, историей. Он организован так, чтобы доставить своему читателю удовольствие от самого процесса чтения, а не “грузить” его, ежедневно и без того перегруженного, обилием черных знаков, рассыпанных множеством строк по белой бумаге — исследования показывают, что современный читатель не воспринимает наплыв текста, а небольшой рассказ или статья тоже могут дать пищу для глубоких и серьезных размышлений. Но если современный читатель романам Л. Толстого предпочитает романы Марининой, Донцовой, Устиновой (а о востребованности именно этих книг дают информацию библиотеки, “Какой ужас!”), то это говорит не о том, что читатель плох, а о том, что вкусы и предпочтения изменились, просто изменились, и все. И это нужно признать как данность. И разве те произведения, которые “считаются”, могут сравниться по образности, стилю, богатству языка с классикой? Если бы они были написаны не сейчас, а в то время, считались бы… ну, не буду, пожалуй. Все относительно, и то, что еще недавно “считалось”, теперь “не считается”. У каждого читателя есть свои любимые авторы со своими произведениями, и это может быть совсем не то, что кому-то хотелось бы или кем-то “считается”. Все они — и авторы, и произведения — входят в объемное понятие “русская культура”.

Журнал ежегодно участвует в конгрессах ВАРП, в ассамблеях Русского мира, проводит презентации, организует в марте международные и двусторонние тематические семинары и конференции, которые собирают большую аудиторию. На мероприятия журнала приглашаются все желающие послушать доклады, поучаствовать в дискуссиях, пообщаться с редакторами, писателями, авторами из разных стран. Мы всегда пишем: “Tervetuloa!” — “Добро пожаловать!”.

“LiteraruS” — это также и издательство, которое выпускает в качестве приложения к журналу книги, не только на русском языке, но также и переводы своих авторов на финский язык, сборники учебных художественных текстов для изучающих русский язык.

В 2008 году в серии “Литература и история” вышла отдельной брошюрой лекция проф. Тимо Вихавайнена “Заметки о Рунеберге”, в 2009 году в той же серии вышла книга Веры Терехиной “Вокруг Куоккалы”, а в 2011 году — “Воспоминание о Гельсингфорсе”, над которой работал коллектив авторов из Финляндии, России и Франции. Презентация этой книги, состоявшаяся в мэрии г. Хельсинки в сентябре 2011 года, стала событием в русской диаспоре, среди старых русских говорилось: “Мы не ожидали, что о нас напишут!”.

Кажется, я отметила все. Прошло десять лет. Но и сейчас, как десять лет назад, когда из типографии привозят тираж, я обнимаю коробки и на мгновение счастливо замираю.

— А название журнала — откуда оно?

— О, это секрет! Это — код, в котором заложено много значений. Поэтому название журнала нельзя транслитерировать. Но одно из значений, пожалуй, могу открыть: графическое изображение LiteraruS напоминает ладью, которая устремлена вперед.

И последнее.

Я сознательно не назвала ни одного имени автора в своем тексте. Пусть каждый, прочитав это эссе, думает, что именно его я имела в виду. Именно авторы своим трудом, своими произведениями — рассказами, стихами, статьями, эссе, переводами, фотографиями, рисунками, компьютерной графикой — создавали журнал на протяжении десяти лет. Сейчас его выписывают крупнейшие библиотеки мирового значения. Главное — то, что журнал был оценен Министерством образования и культуры Финляндии, обществом “Финская литература” (FILI), российским Фондом “Русский мир”. Я благодарна всем, кто в Финляндии называет его просто: “наш журнал” — согласитесь, это самая высокая оценка.

Людмила Коль,

издатель & главный редактор, писатель



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru