Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 8, 2019

№ 7, 2019

№ 6, 2019
№ 5, 2019

№ 4, 2019

№ 3, 2019
№ 2, 2019

№ 1, 2019

№ 12, 2018
№ 11, 2018

№ 10, 2018

№ 9, 2018

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Виктор Коваль

О вещи бесхозной

Об авторе | Виктор Станиславович Коваль — поэт, прозаик. Родился в Москве 29 сентября 1947 года. Закончил Московский полиграфический институт по специальности “художник-график”. Автор двух поэтических книг: “Участок с Полифемом”, (СПб., “Пушкинский фонд”, 2000), “Мимо Риччи” (“ОГИ”, 2001). Стихи в “Знамени”: “Проверка зрения и слуха” (№ 12, 1999), “Личные песни об общей бездне” (№ 8, 2000), “Приключение” (№ 6, 2001), “БетУла пендУла” (№ 6, 2002). Проза: “Разговор о понятиях” (№ 6, 2006). Член Союза художников России, член Союза писателей Москвы. Живёт в Москве.

 

Виктор Коваль

О вещи бесхозной

Ветка

Пурпурно-алые яблоки, думаю, что — Джонатан,
Скачут по лестнице вниз на “Отрадном”.

Север. Серая ветка.

Эка печаль, что — побитые,
На кольцевой — всё б раздавили!

Думаю,

Что же такое на “Бунинской” скачет “аллее”?
Ясно — антоновка, жёлто-зелёная!

Серая ветка. Юг.

Ёшкин кот

1. Скачет лягушка по нашей садовой дорожке,
Ёжик за нею бежит, никак не поспеет.
Тут появляется Лакки (Lucky — удачник).
Как чёрная молния, он настигает лягушку,
Чуть придавив, отступает:
“Ёжик, твой теперь ход!”

Ёжик — к лягушке. Но та
Живо в тройном прыжке сиганула
В кадку с водой дождевою и грязной посудою — плюх!
Скрылась, как в омуте. Двух
Теплокровных надула амфибия.
Слава лягушке!

Слава Лакки, коту,
Вступившему с ёжиком чуждым в совместную ловлю
Не ради корысти!

Гостю спасибо, ежу, за то, что уважил
Мой садовый участок нашего общества “Дружба”!

Мне — не успевшему переоформить
Право своё на собственность эту —
Позор!

2. Трудно качаться на даче в своём гамаке,
Если земля не заверена
В Дмитрове нотариально.
Если тут каждая яблоня шепчет:
“Как же тебе не поздно!”

Впору сказать наконец:
“Ёшкин кот!”
И — двинуться в Дмитров

3. Двинулся только — но тут — ёшкин кот! —
Вдруг ураган налетел!

Двенадцатибальный. Со шквалом.

Если бы Лакки совсем её придушил —
Баллов было бы больше, и крышу, наверно, снесло,
А так —
В кадке вода обновилась, ну и посуда. И ладно.

Тучки небесные высохнут — двинемся снова:

Не унывая — как ёжик,
С силой витальною — как у лягушки,
Как Лакки — играючи!

4. В строгих словах о нелёгком труде садовода,
Помнится, тщетно к земле меня приучал
Папа, когда-то хозяин участка, участник
Финской компании в тридцать девятом, а дальше —
В танке проехавший через Европу — в Китай.

— Всё это — глупости, — так говорил недовольно
Папа, когда я просил: — Расскажи про кукушек!

Направление

Парень, видать с бодуна,
В тамбур вбежал. Спросил у народа:
“Верное ли это направление?”

Двери закрылись, вагон покатился.

Парень, подумав, с обидой сказал:
“Нет, это неверное направление!”

Дескать, ну что же вы, люди, молчали?

А чего говорить?
Если стоим и курим,
Значит, уверены — верное!

Воробей

К нам в электричку влетел воробей.
Так же вылететь прочь ему уже невозможно.
Не объяснишь ему: вот приоткрыто окошко.

Путь от “Морозок” до “Тимирязевки” — час
Без малого.
А с малым сим — совсем ничего.

То по вагону он в ужасе мечется,
То он бесстрашно садится на плечи и головы.
Юркий! Нет, не ухватишь такого!

Один ухватил. Крепко, но бережно.
Резко бросил его (иначе — нельзя) в окошко — гуляй!
Прямо навстречу идущему поезду.

— Юркий! — подумал вагон, — наверное, вырулил!

Зять

Как-то в Свистухе мой зять захромал на левую ногу — артрит.
С палочкой двинулся он за продуктом
В ближний ларёк, где какая-то сука
Хворую ногу ему искусала, собака.

Ибо с палкой пришёл, а у суки — щенки.
Да и нечистый — тоже хромает на левую ногу.
Не избежать тебе, зять, превентивной атаки,
Если в деталях ты, зять, не продуман,

А в ближнем — всяко бывает. Свистуха!

Через неделю — крестился. Рядом, в Ильинском,
Именно в день пророка Ильи. Ну, посмотрим

Вещь

О вещи бесхозной я доложил шофёру маршрутки:
— Там кто-то оставил портфель на заднем сиденье!

— Ты — первый увидел — и забирай его — ты!

Трубы

— В доме стандартном, но сделанном наспех
Ваши трубы по-своему согнуты и перекошены.


На всех этажах
Нет и двух одинаковых! —
Мастер сказал, установщик у нас водосчётчиков.

Ушёл, не установив.

Внешне — безликая типовуха,
Внутри — труб личные судьбы.

Вектор

Шолохов в лодке сидит поперёк людского потока.
Пара гребков — и упрётся в ограду чугунную.
Лучше б ему от “Кропоткинской” в сторону Гоголя
Вдоль по бульвару свободно направить движение.

Нет, вектор к Сивцеву Вражку здесь тормознул.
Отдыхает —
Писатель,
А вектор —
Всё же стремится.
Нет, не наедет.

Но мимо — как ни пройду — спотыкаюсь.

Закуска

Он завязал.
Но ему из Ростова прислали стерлядку.
Он развязал. Зовёт Антонину:
— Закуска такая, что жалко испортить! Придёшь?

А ведь всего-то:
Oстренький носик и репутация.

Прохожий

Каждый прохожий держится за ухо.
Что, получил оплеуху?
— Да! Это я! — говорит сам с собою. — Алё!

Сотовый, тысячный. Миллионный.



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru