Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 5, 2019

№ 4, 2019

№ 3, 2019
№ 2, 2019

№ 1, 2019

№ 12, 2018
№ 11, 2018

№ 10, 2018

№ 9, 2018
№ 8, 2018

№ 7, 2018

№ 6, 2018

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 


Из переписки Игоря Дедкова с Василем Быковым и Алесем Адамовичем

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[5.5.77]

Дорогой Игорь!

Спасибо за письмо и поздравления. Относительно встречи — устроим. Где-нибудь летом. Может, привлечем Валент(ина)1? Всегда к Вам с большой признательностью

Василь Быков

Гродно-25, Свердлова, 18-30

В.В. Быков — в редакцию журнала «Наш современник»

1 марта 79 г.

Уважаемая Ольга Александровна2!

Помнится, я получал такое письмо от С.В. Викулова и ответил на него. Очевидно, оно не дошло до адресата. Конечно, я не имею ничего против публикации обо мне, тем более, если данная публикация будет принадлежать перу Игоря Дедкова, которого я давно и очень уважаю. Надобно только выбрать время. Вот как я теперь погляжу, в марте ничего не выйдет: в первую декаду я принимаю своих гостей, во вторую еду к избирателям, а всю третью пробуду в Москве на совещании молодых. Значит, возможна эта встреча только в апреле. Когда именно — придется уточнить поближе к апрелю.

А пока шлю Вам привет. И. Дедкову тоже.

Ваш В. Быков

В.В. Быков — И.А. Дедкову

12 мая 79 г.

Дорогой Игорь!

Спасибо Вам за письмо и за все, что Вы обо мне написали. В тексте я исправил одну фразу — так будет точнее. Что же касается «Поединка», то я сам уже не помню, что я имел в виду в этом довольно слабом рассказе. М.б., лучше вообще не упоминать о нем.

«Ня?ломак» вряд ли имеет русский синоним. Очевидно, это надо понимать, как человек неуступчивый, неукротимый, своенравный. Кажется, это и по-белорусски диалектизм.

За книгу3 спасибо. Я всегда с удовольствием читаю Ваши статьи — и не только о себе. У Вас хороший вкус и человечное сердце. Дай Вам Бог!

Всего Вам хорошего.

Сердечно — В. Быков.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[Дек. 1979]

Дорогой Василий Владимирович,

так я надеялся повидать Вас в Москве — и сорвалось! Спасибо Вам за книгу! Пока еще у меня есть надежда, что в 80-м Вы сможете прочитать, — если хватит терпения, — то, что я про Вас написал. Очень надеюсь, что это Вам будет по душе. Но пока еще не было верстки...

Дорогой Василий Владимирович, примите мои самые добрые новогодние пожелания Вам и Вашим близким! Будьте здоровы и счастливы. И пусть Вам хорошо работается.

Очень надеюсь, что в Новом году мне удастся с Вами свидеться.

Хорошо Оскоцкому... Он в Москве сидит, светский, можно сказать, человек... Все ему просто...

Честно сказать, мне не нравятся подборки, посвященные писателям, в «Нашем современнике». Что-то есть в них фальшивое, рекламное. Особенно это заметно в фотографиях и подписях к ним. Да и в другом... В этом журнале неладно, в частности, со вкусом...

Еще раз — здоровья Вам и творческого настроения. Себе желаю — писать о Вас.

Всего Вам самого доброго.

Игорь Дедков

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[Дек. 1980]

Дорогой Василий Владимирович,

примите и мои поздравления с Новым годом! Здоровья и благополучия Вам и Вашим близким. Очень надеюсь, что в Новом-то году повидаюсь с Вами. Хорошо бы.

Вашу новую повесть ждет в «Нашем современнике» моя статья, чтобы соседствовать в одном номере4. В журнале надеются, что это будет весной. Так ли?

Надеюсь, что в январе — феврале пришлю свою книжку о Ваших книгах. Ее печатают слишком долго. Издательство («Сов[етский] пис[атель]») даже извинилось, но от этого не легче.

Всего Вам самого доброго в Новом году! Будьте здоровы и счастливы.

Игорь Дедков

Поздравляю Вас с присвоением звания Народного писателя Белоруссии. Это неплохо; им труднее будет с Вами справиться, если им захочется это сделать.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[81 г., открытка, без даты]

Дорогой Василий Владимирович, вот книга5, написанная с вполне определенным и ясным чувством по отношению к Вашей литературной работе. Посылаю ее Вам и думаю: то ли там, так ли, понял ли что, не обидел ли чем ненароком? Но дело сделано. Посылаю. Будьте здоровы и счастливы. И. Дедков

Вся нижняя часть памятника6 — это основание памятника в честь 300-летия дома Романовых. Закладывал сам царь.

Посылаю ценной бандеролью, т.к. книги пропадают.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

4 апреля 81 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Я очень виноват перед Вами, и плохо, что Вы это чувствуете. Впрочем, понятно. Но до сих пор я не удосужился прочитать книгу — никак не могу собраться с силами. Я уверен, что все мне понравится, п.ч. я давно знаю и очень ценю Ваш склад ума и Вашу позицию, но читать о себе... Тут нужно особое душевное расположение, которым я пока не обладаю. Что делать... Но я все-таки сделаю это, как только немного высвобожусь от текучки, соответственно настроюсь. От других я слышал очень хорошие слова о книге (Адамович, Богомолов), а Лазарев сказал, что некоторые моменты у Вас лучше и умнее, чем в его книге. Может быть, именно эти отзывы и усыпили меня, сняли момент острого интереса... Но я прочту, разумеется, и напишу Вам. Это — честное слово!

Сегодня я звонил В.О.7, пожурил его за молчание, но он оправдался тем, что находится в состоянии тяжбы (по линии Раисы) и в дикой запарке. Это правда. Но он обещал написать Вам. А вообще он Вас очень любит и ценит, так что нет оснований тревожиться.

Адамович, как всегда, много работает, недавно приехал из Кисловодска, но дела его с «военной прозой» прежние8, — плохие дела. Мне очень жаль, что так получилось, жаль Адамовича, п.ч. он тут ни при чем, просто вышло какое-то недоразумение, разночтение какое-то. Адамовича я давно знаю и люблю, и он не заслуживает такого остракизма, какому его подвергли апостолы «военной прозы». Впрочем, думаю как-нибудь эти отношения наладятся со временем, т.к. принципиальных расхождений никаких нет.

Что касается «Выбора»9, то Вы правы. Мне думается, что это слово в данном контексте звучит несколько иронически. Действительно, какой тут выбор? Жестокая необходимость без права выбора. Но мне все-таки кажется, что этот роман лучше предыдущего и содержит много общечеловеческого и глубокого. Может, мне так кажется только, не знаю.

Я очень желаю Вам, дорогой Игорь Александрович, творческого расположения и доброго здоровья и еще раз прошу простить меня великодушно — я виноват и буду стремиться исправиться.

С сердечным приветом

В. Быков

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[Май 1981]

Дорогой Василий Владимирович, с Днем Победы! Доброго Вам, стойкого здоровья!

Спасибо, что написали мне несколько слов о Богомолове. Это как-то успокоило меня.

Ну, а книжка — что! Когда-нибудь прочтется. Я не был и не буду в обиде. Я это понимаю. Пусть Вас это не тяготит совсем.

К моей статье о Вас для «Нашего современника» — эпиграф из польского поэта, погибшего в Варшавском восстании (из К. Бачинского). Теперь, наверное, вымарают. Не раздумали ли Вы давать этому журналу повесть?

Как-то живется Вам на Белой Руси? А на здешней Руси...

Общечеловеческие мотивы в «Выборе» я чувствую плохо. В этом романе, по-моему, нет ощущения действительной жизни. Ее действительного напряжения, боли и смысла. Это поистине «московское» сочинение. Впрочем, м.б., я и неправ.

Всего Вам самого доброго. Будьте здоровы.

И. Дедков

В.В. Быков — И.А. Дедкову

8 окт. 81 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Только отправил письмо Вам, как пишу следующее. Прочитал в «Литобозе» Вашу статью10 о литературе «московской школы» и не могу не поделиться с автором своим читательским восторгом. Очень обстоятельно, верно и честно! Именно так! Тем более это замечательно, что за последние много лет такая статья впервые. Я не представляю себе, как журнал решился и что теперь будет. Автору тоже. Вы человек мужественный, это давно известно, но тут потребовалось мужество особого рода. Ведь сколько теперь обрушится на Вас. Поэтому — стойкости Вам и силы!

Обнимаю Вас с любовью и восхищением

В. Быков.

 

P.S. Сегодня статью читает А. Адамович, наверное, он Вам напишет.

В.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[5.12.81. Телеграмма]

Дорогой Игорь Александрович, очень рад и поздравляю с премией11, которая является хорошим знаком ныне и на будущее. Василь Быков.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[31.12.81]

Дорогой Игорь Александрович,

будьте здоровы и счастливы в Новом, 1982 году!

Сердечный привет Вашим близким.

Нежно обнимаю.

Ваш — В. Быков

Говорим о Вас, читаем Вас, любим Вас!!!

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[Янв. 1982]

Дорогой Василий Владимирович, с Новым годом! Самые добрые пожелания Вам и Вашим близким! Здоровья, благополучия, творческой энергии и бодрости!

Очень благодарен Вам за телеграмму. Очень.

Читал, что Вы были далеко — в Германии. Каково-то там Вам показалось? А Польшу миновали по воздуху? А повесть свою так и недоперевели? Или все-таки перевели? Хочется, конечно, прочитать.

Из заснеженной Костромы — привет Вам и самые добрые чувства. Пусть все у Вас и Ваших близких будет хорошо и складно. Пусть Новый год будет благосклонным для всех нас — «без безумств и преступлений»!

Ваш Игорь Дедков.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

14 июня 82

Дорогой Игорь Александрович!

Посылаю Вам рецензию из нашего «Немана»12, — наверно, будет интересно взглянуть. Тем более что автор — ваш, костромской.

У нас все более-менее. Повесть13 «ДН» планирует на конец года. Здесь, в Минске, выходит (если даст Бог) вроде в августе.

Здоровье прежнее. Лето не ахти — то холода, то дожди. Но — как-нибудь.

Будьте здоровы.

Сердечно Ваш — В. Быков

И.А. Дедков — В.В. Быкову

3.11.82

Дорогой Василий Владимирович,

жалею, что разминулся с Вами в Москве: я уехал, а Вы приехали на купаловские торжества14. Газету и письмо получил, спасибо, рад, что, кажется, не огорчил Вас. Потом пришло письмо от А. Жука15; вроде бы редакция довольна. Мне же хотелось поддержать Вашу повесть, — воспользоваться возможностью, — и ясно встать на Вашу сторону, — это я и попытался в меру сил сделать... В Москве поговаривают, что сильно холодает, но Оскоцкий меня убеждает, что Вашу повесть не тронут. Не посмеют.

Из Барнаула прислали Вашу книгу16. Понравилась ли Вам обложка? Все-таки, думаю, там постарались. Тамошний директор И.И. Березюк очень хочет выпускать хорошие книги; судя по письмам, да и книгам изд[ательст]ва, он — серьезный и любящий литературу человек. Василий Владимирович, у меня ведь просьба: если есть лишний экземпляр, то надпишите, пожалуйста, мне, а свой я отдам отцу. Все-таки там послесловие, и, м. б., Вы прочтете его — оно написано специально, хотя какие-то мотивы старые там есть. Там я привожу стихи хорошего, трагически погибшего в 44-м польского поэта К. Бачинского17...

Наверное, Вы знаете, как идут дела, как жизнь и здоровье Владимира Осиповича? Что-то давно — с весны — ничего о нем не знаю. Все ли хорошо и как с романом?

Надолго ли Адамович18 отправился в Штаты? И что он там делает? То есть есть ли у него какие обязанности?

Если в белорусских газетах будет что-либо о Вашей повести, м.б., пришлете мне? (Если не трудно.) Должно же что-то быть! Или в журналах? Или будут молчать?

Был в нашем театре на «Пойти и не вернуться». Спектакль профессиональный, но, на мой взгляд, во многом далекий от Вас. Если интересно, пришлю рецензии из костромских газет.

Всегда рад весточке от Вас.

Будьте здоровы и счастливы.

Ваш Игорь.

С наступающими октябрьскими праздниками!

В.В. Быков — И.А. Дедкову

30.ХII.82

Дорогой Игорь Александрович, вот посылаю Вам книгу, которую совместно состряпали, а Алтайское издательство довольно оперативно выпустило. Получилось неплохо вроде, особенно обложка. Что же касается «Знака», то не повезло ему решительным образом. В «Дружбе» дважды Главлит снимал, после этого читали выше и вроде бы планируют в № 5. Но я уже слабо верю. В Белоруссии прием вроде бы неплохой, хотя рецензия Ваша в «Лiм»е единственная, вся остальная пресса молчит. И бог с ней. Мне жаль, что так все затянулось на русском языке, но что делать...

В остальном все более-менее, хотя бывает по-всякому. Адамович прилетел из Америки, я съездил в Париж. И теперь настраиваюсь на работу. Но что-то трудно идет настройка.

Поздравляю Вас с Новым-Старым годом. Что он принесет?

А пока всего самого-самого.

Будьте здоровы.

Ваш В. Быков

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[Янв. 1983]

Дорогой Василий Владимирович,

с Новым годом! Хорошего Вам здоровья, успехов, благополучия, всего доброго Вашим близким. Публикация «Знака беды» по-русски станет для меня знаком того, что жизнь к худшему не изменилась. Еще раз поздравляю Вас с этой повестью; она должна произвести впечатление на всех...

Адамовича, наверное, не узнать: совсем американец и говорит по-американски...

Не забыли ли Вы про меня (имею в виду барнаульскую книжку)? Там и текст мой новый — Вы не читали?

Здоровья Вам и счастья! Доброго года!

Ваш Игорь Дедков.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[9.1.84]

Дорогой Игорь Александрович, сердечно поздравляю Вас с Новым 1984 годом, Рождеством Христовым, Старым Новым годом, а заодно и Крещением Господним. Дай-то Боже, чтобы нам было не хуже в год мыши, чем было в год свиньи.

«Знак» мой пока пребывает в замороженном состоянии, ждет ростепели. И у нас, в Минске, и в Москве тоже. В.О. грозится кому-то испортить за это карьеру, но я его удерживаю от столь радикального шага, исповедуя истину: чему быть, того не миновать. Пусть! Нашего милого С.П.19 он недолюбливает, не знаю за что, но надо отдать ему должное (В.О.), он не распространяет свою нелюбовь на друзей невзлюбленного — он человек воспитанный. А вообще он хороший, только нервный, как говорят в народе.

Дорогой Игорь, спасибо Вам за рецензию в «НМ»20, здесь все говорят, что это самая лучшая рецензия на «Знак». Так оно и есть.

Здоровье настойчиво вынуждает желать лучшего, но где его взять?

Очень желаю Вам работоспособности и благополучия в этом году. И — удачи.

Ирина Мих.21 присоединяется. Привет вашей семье.

Обнимаю — Василь Быков

В.В. Быков — И.А. Дедкову

20 июля 84 г.

Дорогой Игорь Александрович,

хочу прежде всего поблагодарить Вас за все хорошие слова, сказанные в мой адрес (написанные тоже) по случаю моего события22. Жаль, не было Вас в Минске, все мои друзья ждали Вас, но пришла телеграмма, которую зачитали в театре под аплодисменты. Кроме того, все мы тут прочитали Вашу статью23 в «Севере», как всегда, умную и глубокую, с обобщениями и выходами в литературу и жизнь — в истину, которая Вам видится лучше, чем кому-либо из литераторов московских и проч.

А я вот помалу отхожу от суеты и нервного напряжения юбилея, съездил в Италию, немного погрелся там среди древностей и развалин. Лето у нас распроклятое — каждый день дожди и температура 16—20. Моя астма при такой погоде свирепствует вовсю. Александр Мих.24 увлекся кино, пропадает на съемках в лесу. Он очень надеется, я же на кино не надеюсь, давно похоронил такого рода надежды, п.ч. давно знаю, что может наше кино. Как и л[итерату]ра тоже.

Надеюсь, у Вас все благополучно, и ураган не снес крышу с Вашего дома (кстати, у нас тоже погулял немного в июле, разрушил дома, фермы и проч.). Очень желаю Вам и Вашим близким душевного равновесия и возможного благополучия. Всегда жду Ваших строк — о л[итерату]ре, жизни, вообще. Очень нужны они всем.

Обнимаю — Василь Б.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

10 дек. 84 г.

Дорогой Игорь Александрович,

получил сегодня Вашу открытку, и мне стало стыдно за свою нерасторопность — за проволочку с ответом на Ваше письмо. Но мы тут ждали Вас 22 ноября на «круглый стол» «Лит. обоза», на который приехали милые люди — из Москвы, Молдавии, с Украины, поговорили и, конечно, выпили. Жаль, Вас не было, и мы только вспоминали Вас добрым словом в разговорах. Спасибо Вам сердечное за Ваши слова соболезнования по поводу моей утраты. Конечно, мама пожила на этом свете немало — 93 года, но что это была за жизнь! Только в конце пути пришло относительное благополучие, но целиком ушло здоровье, навалились хворости. Похоронил маму рядом с отцом на деревенском кладбище...

Володя Короткевич25 — наша больная совесть уже хотя бы потому, что он сам был воплощением совести, бессребрености и, обладая талантом и глубочайшим умом и образованностью, многие годы был в небрежении, почти презираем теми, кто не шел с ним ни в какое сравнение. Он был превосходен во всех видах и жанрах: в прозе, в поэзии, в драматургии, в кругу друзей и в застолье. И никогда ни на что не претендовал, ни на что не рассчитывал. Теперь мы готовим его собрание сочинений в 6 томах. Не знаю, как издадут.

А В.О.? Он просто оказался ненадежным как товарищ прежде всего по причине своей привередливости, я бы сказал, чисто женского, бабского свойства. Есть такой сорт людей, которые хороши, когда у тебя горе, но не дай бог тебе удачи — они этого не переносят. Так и В.О. Но бог с ним, я на него обид не таю, знаю, через характер ему переступить трудно, не тот человек.

В конце лета мы 24 дня отдохнули в Неринге, на Куршской косе за Калининградом. Я не любитель этих отдыхов и редко езжу на них, особенно на юг, но там нам понравилось: крошечный поселок в дюнах, крошечный дом творчества (60 чел.), тишина и покой. Я там интенсивно отдохнул — поработал, т.к. кроме как работать, там делать нечего. Море холодноватое, знакомых почти не было. Рекомендую это место и Вам, будете довольны.

Заканчиваю новую повесть — все о войне, но никакого энтузиазма не ощущаю, п.ч. не знаю, куда с ней податься? Не ко времени такие вещи, знаю это по урокам «Знака беды», которую потрошили и еще продолжают потрошить: в «Роман-газете» сократили еще на 2 листа — по типографским причинам. Конечно, вылетело то, что им было неугодно. А что еще будет...

Вот такие мои дела.

Здоровье более-менее, хотя все та же астма, теперь обострилась, п.ч. зима у нас гнилая, снег растаял, на дворе слякоть, t +3?.

Дорогой Игорь Александрович, еще мое Вам извинение за долгое молчание, это я свинья. С Ириной мы часто вспоминаем Вас, как Вы сидели у нас на диванчике. Она кланяется Вам и Вашей милой жене, которой я целую ручку, а Вас обнимаю — горячо и сердечно. Пишите!

Василь Б.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[24.12.84]

Дорогой Игорь Александрович, сердечно поздравляю Вас с Новым, 1985 годом. Будьте здоровы, благополучны и счастливы! И новых строк Вам, и глубины прежних, старых, мыслей, которые теперь, м.б., нужнее всего для л[итерату]ры да и для всей нашей жизни. В этом смысле я солидарен с Вами целиком и полностью вообще и с тем, что Вы выразили под занавес уходящего года в «ЛГ»26. С давно испытываемым наслаждением прочитал полосу и еще раз утвердился в мысли, какой Вы молодец! Редкий по нынешним временам.

А.А.27 Вас любит и чтит, но, мне думается, он там несколько намудрил в перечне и доказательстве претензий к Вам — у Вас это бесспорнее в доказательствах. Время другое, это верно, но есть непреходящие человеческие, нравственные ценности, отрешившись от которых л[итерату]ра (да и общество) становится стадом животных — разве история (история!!) не доказала этого? Так нет, некоторые все фиглярничают, изобретают новые постулаты — с оговорками, в кавычках и проч. А в итоге? Бога нет, бог — джинсы! И то еще хорошо, что джинсы. Ведь может быть и нож.

Обнимаю Вас, Ваш — Василь Быков.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[26.12.85]

Дорогой Игорь Александрович, сердечно поздравляю Вас и Вашу семью с наступающим Новым, 1986 годом. Очень желаю Вам в нем доброго здоровья, удач, новых книг и старых (неизменных!) друзей.

Обнимаю. Ваш В. Быков и Ирина.

«С. Залыгина»28 получил. Большое спасибо.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

[23.12.86]

Дорогой Игорь Александрович,

пишу это, чтобы поздравить Вас с Новым, 1987 годом и пожелать Вам и Вашим близким доброго здоровья и возможного благополучия. И еще мне давно хочется сказать Вам мое слово утешения и поддержки особенно в свете той пакостной мрази, которая полилась на Вас в эту осень29. Мы здесь читаем и возмущаемся. Утешает нас лишь та мысль, что Вы же человек умный и твердый, что она вас не ранит и не испачкает; разве что прибавит несколько лучиков к Вашему прекрасному нимбу, вполне заслуженному в прежние годы и почитаемому общественностью, если можно так выразиться. Я с сожалением вспоминаю нашу последнюю встречу в гостинице, где я хотел поговорить с Вами, но мои друзья (которые, кстати, вполне почитают Вас) ввиду их некоторой чрезмерной оживленности не дали мне сделать это. Но простим им. Я давно понял, что в вопросах дружбы далеко не всегда важно количество, но всегда — качество дружбы, не обязательно выраженной без остатка. По отношению к Вам у меня всегда значительный остаток, который я затрудняюсь выразить и ношу в себе. Но и пусть, впрочем. Ведь выраженное — это почти что потраченное. Если Бог будет к нам милосердным, то, м.б., встретимся в Новом году.

Будьте здоровы и счастливы!

Шлю Вам два аленьких цветочка30 — Вам и Вашей жене — от меня и от Ирины. Пусть они благословят Вас на пороге Нового!

В.В. Быков — И.А. Дедкову

19 марта 1987

Дорогой Игорь Александрович!

Вчера принес из издательства авторские экз[емпляры] «Карьера», сегодня получил Ваше письмо. Посылаю книгу. Издали неплохо, оформили со вкусом. Правда, очень большой тираж — 90 тыс., — это в десять раз превышающий обычный на бел[орусском] языке. Я не люблю моих больших тиражных изданий — долгие годы будет, как бельмо в глазу. Только подписывай...

Новую повесть («Туман») отдал в «ДН»31, — которой я давно обещал. Правда, вышла неприятность с Залыгиным, тот обиделся, прислал мне ругательное письмо. Но что делать? Неудобно было отказать «ДН». Все-таки я там член ред[коллегии]. К тому же я обижаюсь на С.П., который, по-моему, прояви он настойчивость (а он это умеет), мог бы взять одного человека себе в замы32. Но вот не взял. А я с ним говорил на эту тему раза 4 лично и 3 раза по телефону. Но увы! Адамович тоже ему уши прожужжал. И — напрасно.

Наша жизнь здесь многопроблемна и без заметных радостей. Перестраиваемся. Только в какую сторону — вот в чем вопрос. Иногда кажется, что в домартовские времена (1953 г.). Это на деле. Газеты же убеждают, что наоборот. Чему верить? Адамович весь погряз в борьбе за мир, в Минск является только на 3 дня — сменить белье. Весь в поездках: Москва, Германия. Теперь собирается в США. Но ему можно. Он это умеет и это любит. Значит, с богом!

А я пока завязал с литературой, кажется, начинаю вязнуть в болезнях. Уже целый букет — не знаю, какой отдать предпочтение. По-видимому, на днях слягу в больницу. Вот такие дела. [...]

Повесть моя будет в № 7 «ДН». Может, полюбопытствуете... Объем — 5 листов, небольшая.

И — пишите. Хоть изредка. Всегда рад каждому Вашему слову — хоть письменному, хоть печатному.

Моя Ирина помнит-любит Вас и кланяется. А мой поклон — Вашей жене.

Обнимаю. Ваш Василь Б.

В.В. Быков — И.А. Дедкову

20 дек. 1987 г.

Дорогой Игорь Александрович,

получил Ваше письмо — большое спасибо за мудрые и хорошие Ваши слова. Сначала обратный адрес на конверте меня озадачил, но потом я понял все. Конечно, как все в жизни, Москва состоит из двух противоположностей, что поделать! Как их совместить — несовместимые? У нас вот разгорелся прямо-таки скандал вокруг статьи А. Вознесенского в «Известиях»33, ищут виновника и, похоже, виноватым окажется А.В., потому что в бюрократических играх он поучаствовал со своими, человеческими, но не бюрократическими правилами. Теперь тот же Хелемский отказался от своих слов А.В., и получается, что А.В. — фальсификатор. А у нас здесь прямо-таки эйфория по этому поводу, чернь предвкушает расправу над защитником Шагала и Симонова.

Да, у нас пока торжествует Бретань. Шуаны ведут наступление на широком фронте. Выжив Адамовича, берутся за Коваленко34, Алексиевич, тихо обкладывают Быкова — чтобы вернее было взять. Считается, что режиссер всего этого спектакля Павлов35, которого направляет Севрук36. Но не только они, конечно. В этой истории показали свою двойную душу некоторые наши общие знакомые... И вот я, который в общем был против отъезда Адамовича в Москву, теперь вижу, как все же вовремя он это сделал. И, наверное, пока доволен, иначе бы он не выдал афоризм года (на пленуме кинематогр[афистов])37 по поводу того, с кем нынче долго советуются некоторые начальники. Оч. хор. изречение, прямо блеск! Мое выступление в «СК»38, кажется, будет иметь последствия, Бегун мобилизует высоких покровителей и правоохранительные органы. Но пусть! А в общем работается плохо, начал и бросил новую повесть, — не устраивает.

Я очень желаю Вам, дорогой Игорь Александрович, все-таки определиться с жильем, иначе жизнь будет не в радость. Ну и, конечно, новых, Ваших прекрасных строк. (Кстати, Сидаревич39 хороший парень — честный и умный и — азартный критик. Он мне всегда рассказывает о Ваших встречах и кое-что о переписке.)

Так что — удач Вам!

И удач и благополучия Вашему семейству — жене и ребятам.

И.М. очень кланяется, все вспоминает один Ваш давний и короткий визит.

Сердечно обнимаю — Василь Б.

[Открытка, дата та же]

Дорогой Игорь Александрович, Вас и жену Вашу сердечно поздравляем с Новым, 1988 г.! Пусть он будет счастливее уходящего и принесет осуществление всех Ваших планов и надобностей.

Василь и Ирина Быковы.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

11.1.89

Дорогой Василий Владимирович,

не знаю, с каким настроением Вы уехали. На вопрос Горбачева Вы отвечали достойно — тут беспокоиться нечего. Вот только Астафьев неаккуратно, мягко говоря, сослался на Вас, воспроизведя Ваш отзыв о местном минском руководстве40. Не то важно, сказали Вы так или не сказали, а то, что только Вам решать: звучать этим словам в этом собрании или нет. (В просторечии это называется «подставить» человека, хотя сделано это было неумышленно, в простоте сердечной.)

Вроде бы неплохо прошло это собрание, и анатолии ивановы вряд ли чувствовали себя там уютно, но до Вас, наверное, уже дошло (не знаю еще, напечатан ли этот список в газетах), что в список кандидатов в депутаты41 от партии включены и Белов, и Бондарев. Ладно, были бы они выдвинуты от территории или творческого союза, — такое было бы понятно, но от партии?

Иногда и у меня опускаются руки и хочется отойти от всего этого в сторону. Впрочем, мысль эта меня не оставляет. И не со вчерашнего дня.

Но с другой стороны, трудно успокоиться и «отсидеться». Можно досидеться до каких-нибудь страшных событий.

М.б., когда будете в Москве снова, сумеете побывать у нас дома? У нас дома спокойно и тихо. И мы с женой будем Вам очень рады. (Младший сын у нас все еще служит — весенний приказ — его!)

Да, скоро пленум СП. Ничего хорошего что-то не ждется.

Не дошел ли до Минска второй выпуск «Литературного Иркутска»? (Мне недавно прислали: очень это любопытное издание.)

Самые добрые пожелания Ирине Михайловне. Привет Вам от моей жены. Будьте здоровы.

Не переживайте сильно эти внелитературные события и дрязги.

Ваш Игорь Д.

 

И.А. Дедков — В.В. Быкову

1.3.89

Дорогой Василий Владимирович,

пишу Вам, можно сказать, по делу. Редактор из «Худож[еcтвенной] литературы» сказал мне, что хотите включить в книгу новую повесть. А как бы мне ее прочесть? Скоро ли она будет в «Дружбе народов»? Или Вы можете мне прислать какой-то текст — например, по-белорусски?

И еще, Василий Владимирович: кажется, в изд[ательст]ве «Детская литература» вышла Ваша небольшая книжка с моим предисловием42. Если она вышла и есть у Вас, не могли бы Вы надписать мне одну? Я эту книжку совсем не видел!

Как Ваша жизнь? Насколько я знаю, — жизнь беспокойная. Вчера в программе «Время» показывали встречу Медведева43 в Минске с интеллигенцией. Смотрели Вас, но не увидели. Как, впрочем, никого знакомого не обнаружили. Были ли Вы там? Или пренебрегли, что было бы тоже верно.

Нас тут тоже в покое не оставляют. Но караван идет. Хотя приходят сомнения, которых не было раньше. Что у нас за дикая, однако, страна! Царя надо, царя, да с плеткой. Да с лагерями и чертой оседлости...

Ничего. Пока этот фокус, думаю, не пройдет.

Поклон Вашей жене от нас с Тамарой.

Будьте здоровы. Не болейте.

Ваш Игорь Д.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

2.3.89

Дорогой Василий Владимирович,

простите, во вчерашнем своем письме к Вам ошибся! Не об «Облаве» должен я просить Вас (мне прислали «Полымя»!), а о пропущенных главах из «Мертвым не больно»! Не найдется ли у Вас для меня экземпляр этого текста?

Тем более что я готовлю к переизданию книжку о Вас44. И, кстати, должен спросить у Вас: не хотите ли Вы что-то добавить туда о Ваших родителях, детстве, т.е. предвоенном времени. Я был бы Вам очень благодарен, если б Вы под настроение что-нибудь вспомнили об этой поре.

Вчера в «Лiм»е прочел статью Сульянова. По-моему, он хорошо написал. Бывают же такие генералы!

И опять показывали по ТВ Медведева! Странный персонаж из вроде бы отыгранной оперы!

Будьте здоровы. Простите за беспокойство.

Ваш Игорь Д.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[3.5.89]

Дорогой Василий Владимирович,

с Днем Победы! Здоровья Вам и стойкости в, что называется, жизненной борьбе. Здоровья и благополучия Ирине Михайловне!

Времена смутные. Годом раньше мне все было как-то яснее — теперь с трудом расставляешь собственные мысли «по местам». Хочется уйти в сторону, хотя бывают дни бодрости. Иногда думаешь, что это такая страна, такой народ — так и тянет в пропасть... Вся заковыка в революции. Но она была, и ее не ветром надуло... (Простите, что меня куда-то повело...)

Всего Вам доброго. Самые добрые пожелания от моей семьи (сын из армии пришел!). Будьте здоровы. Ваш Игорь Д.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

1.11.89

Дорогой Василий Владимирович, я был очень благодарен Вам за присланную книгу и письмо. Не ответил сразу, так как болел и не было настроения что-либо писать. Но жена послала Вам мою книжку — дошла ли она до Вас?

Предисловие к Вашему сборнику повестей в «Худ[ожественной] литературе» (редактор Элькин) я написал вовремя.

А жизнь идет смутная. Общественная смутность усугубляется личной: служить в журнале и притом без большого смысла (я вроде того оружия, которое держат на складе; лучше, спокойнее, когда оно не стреляет) становится все тяжелее. Жду лишь этиче-ски удобного момента, чтобы уйти на волю.

Общественная же смута все нарастает. Патриоты, тоскующие о русской империи, захватывают все новые и новые позиции. А власть обрушивается на Юрия Афанасьева, в нем указывая, углядывая чуть ли не главную опасность. Несколько месяцев назад я радовался тому, что Вы вмешиваетесь в общественные дела и говорите поперек... Теперь иногда я думаю, что вмешиваться тоже можно устать — от непробиваемости тех, кому говоришь... Праздник кончился, на сцену рвутся новые герои, никогда не бывшие героями. Их программа проста как арифметика. У библиотеки Ленина висела афиша, приглашающая на вечер «Нашего современника» и «Кубани». Слева кто-то карандашом надписал: «Долой “Память”!» Справа: «Бей жидов». Если прибавить: «Спасай Россию!» — то это и будет вся их арифметика. Остальное — набор лживых и злобных заверений.

Очень надеюсь, что сумею написать для «Знамени» про совр[еменных] патриотов. Если б не служба, не это хождение в присутствие...

Ваше минское начальство, кажется, тоже не желает «поступаться принципами». Так продолжится, и, глядишь, молодые белорусы захотят образовать Литовско-белорусское княжество!

Простите, что предался, поддался этой тоске.

Как Ваше здоровье? Успокоились ли минские газеты и широкие круги общественности насчет Вас и Адамовича? Может быть, отвернуться от всего этого хорошо знакомого вздора и — писать?!

Очень хочется повидаться с Вами, когда будете в Москве. Мы всегда будем рады Вас видеть у нас дома. Но иногда я не решаюсь Вас позвать — в Москве столько у Вас друзей!

Наш привет Ирине Михайловне. Привет Вам от моей жены. Будьте здоровы. Игорь Д.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[26.12.90]

Дорогой Василий Владимирович, с Новым годом! Самые добрые пожелания Вам и Ирине Михайловне. Пусть будут здоровье и свобода от суеты. Очень рад, что повидался с Вами. Я здесь мало куда хожу и мало кого вижу. Хорошо, что Вы уехали с этого сборища — вовремя!

Янаев, по моему разумению, кроме всего, пошлый человек, — только этого нам не хватало. Будьте здоровы. Самые добрые пожелания Вам и Ирине Михайловне от моей жены и сына. Игорь Д.

И.А. Дедков — В.В. Быкову

[4.5.91]

Дорогой Василий Владимирович,

с Праздником Победы!

Вся наша семья желает Вам здоровья, — чтобы хватало сил на все, но особенно на литературу, чтобы по-прежнему являлись на свет Ваши повести.

В «Дружбу народов» я не пошел — поздно мне выходить в начальники45. И вообще не хочется суетиться... Времена тяжелые — тяжелой оказалась свобода; хочется от чего-то остаться несвободным — есть такое дорогое, от чего не освободишься, или перестанешь быть самим собой...

Самые добрые пожелания Ирине Михайловне. Будьте здоровы. —

Игорь Д.

* * * * *

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

18.9.80 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Вдруг обнаружил, что не читал Вашу книгу о «деревенщиках»46 — мимо прошла, не купил. Нет ли у Вас, не осталось ли экземплярчика?

Кстати, то, что Вы с Прохановым сделали в «Лит. учебе»47, обязывает к самоубийству. Но он из нержавейки, конечно же.

Получил и я (что Вы получили и как ответили, мне Вал. Дм. говорил) оттиск с письмом ростовчанина. Лучше бы промолчать или, как Вы, ответить редакции. Но я написал вот это, и, конечно, «Лит. обоз.» и глав[ный] ред[актор] обидятся.

Сейчас вообще полоса обид. Вот и Богомолов, и Бакланов обиделись за мои новомирские статьи48: за цех наш, военнописательский, обиделись. Нам ли у них, деревенщиков, чему-то учиться!

Конечно, там и темненьких немало, среди них. Ну а среди нас, «военных» — мало ли? И конечно, деревенские шли вослед военным. Но надо ли уж так о первородстве? Да лучше своего передать!

Для полноты библиотечной, и заодно уж, и как аванс за Вашу книгу — посылаю документальные наши49.

Что-то в Костроме готовит «Лит. обоз.». Может, и побываем.

Здоровья Вам и успехов!

Адамович.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

2.11.80

Дорогой Александр Михайлович,

очень благодарен, что Вы прочли мою книжку50. Боялся, что она Вас огорчит. Но Вы нашли в ней хорошее; и это мне — в поддержку. Другие, надеюсь, будут получше.

Были тут поводы думать о Белоруссии: гибель Машерова, лица людей в траурной церемонии (по телевидению); награждение Быкова, разговор с одним костромским стариком, бывшим членом Белорусского совнаркома (1936—1937), проводившим в Белоруссии перепись 1937 года (был он чуть ли не председателем ЦСУ (это по-нынешнему)... Из Белоруссии он «сбежал» (скоренько уехал и забился на родину, в Кострому), как только сняли и арестовали председателя Совнаркома... Так и выжил...

Не знаю, соберетесь ли Вы на «круглый стол» «Лит. обоза» в Кострому? Пора, конечно, не весенняя, не летняя, когда город выглядит хорошо; но, м.б., ляжет снег... Разумеется, дело не в погоде; тут как Ваши планы, здоровье и т.д. Да и «круглые столы», должно быть, Вам надоели. Но вдруг соберетесь...

Богомолов, кажется, еще не забыл Вашу новомировскую статью, но это рассеется.

До праздников должен отправить в «Роман-газету» предисловие к «Карателям». Надеюсь, это с Вами согласовано, и это известие не удивит Вас, и, что важнее, — не огорчит?

Не знаете ли, отправил Быков новую повесть в «Наш современник»? Он обещал им, и там собираются выпускать «быковский» номер (был «беловский», «бондаревский» и т.д.), для которого я отправил им на днях давным-давно заказанную ими статью (т.е. такой номер планировался года полтора-два назад еще). Такие «специальные» номера мне не очень нравятся, но они выходят — значит, кому-то по душе.

Не знаю, что собирается «выбирать» герой нового романа Бондарева? Пока не понял. Выбор, судя по всему, уже сделан. Автором.

С наступающими праздниками!

Всего доброго Вам и Вашим близким.

Посещайте старые русские города!

Игорь Дедков

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

15.11.80

Дорогой Игорь Александрович!

«Перст Божий!» — сказал Брыль, когда я порушил себе ногу и бок, завалившись на спину, беспомощно, как жук. Так это или не так, но Кострому пока не повидаю. А хотелось. И с Вами потолковать.

М.б., Вы раньше у нас здесь побываете, и Быков говорил, что собираетесь.

Я очень буду рад, если выйдет «Роман-газета» с Вашим словом, именно Вашим. Хотя все бывает, когда с этим органом поведешься. «Хатын[скую] повесть» мою рассыпали в наборе. Кто-то вдруг удивился: «А этот как здесь оказался?» — и ни на что не посмотрели. Но даже любопытно теперь: как будет?

Вы напомнили о Богомолове. Сказать по правде, даже скучно от таких историй. Я, правда, сгоряча не очень хорошо подшутил над его «Августом» — мол, «Щит и меч», да из Володи такое и за 10 лет не выйдет. Это уже как соли на позвоночнике!

Еду вдруг в Кисловодск. Ударило меня по левому боку (от одного слова, был тут случай), и никак не оставляет меня этот невроз (сердце, видимо). Съезжу, ладно!

А Вам всех благ и радостей желаю.

А. Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[Янв. 81 г.]

Дорогой Игорь Александрович!

В числе вспомянутых под Новый год с особенным чувством радости, что есть и такой человек, — Вы, костромчанин! Дай Вам Тот, от кого зависит, — и радостей за столом (письменным и яств) и здоровья!

А в Душанбе я вдруг сказал Холопову51: «Вот кто вам сделал бы критическую половину «Др[ужбы] народов» — Дедков». А он: уже пытались позвать, выманить, да не получилось! А ведь и правда! Я подъехал к Баруздину52 с этим, он: да, да, отличный критик! (А вчера, в Москве — и Гусев Г.М.53 об этом же.)

А Вы сами? Кострома и уединение хорошо, свои преимущества. Но, видимо, расточительно это при общем обнищании духа критического.

А вдруг и пойдет. Не знаю, как Вам, а критике от этого было бы благо!

Привет Вам.

А. Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

9.1.81 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Если это интересно Вам — посылаю русский текст54. Статьи, от которой круги все еще идут.

Правда, Толстой советовал спрашивать время от времени: «А не глупость все это?!»

Не знаю, кого с кем и чем примирит год 1981. Ведь это год Петуха — как бы не летели перья снова!

Желаю Вам успехов на земле костромской! И на московской — тоже.

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

22.1. 81

Дорогой Александр Михайлович,

посылаю Вам эту книгу55, — и одновременно В. Быкову, — без страха, но с опасением. Не на страшный суд, но вроде того. Что-то скажете? Все-таки вторгаюсь я в пределы другого опыта, другого поколения... Теперь назад уже не повернешь...

Спасибо Вам за присланную статью. Возвращать ли? Я бы охотно не возвратил. Вы говорите в ней резко, т.е. определенно; неужели в «ЛiМе» — это норма; не верится. Видимо, это общее явление: «незамеченные», «обойденные вниманием» терпят-терпят, а потом сами себя начинают объявлять «событием», «знамением», устраивают «демонстрацию силы». Что-то похожее — т.н. «московская школа», которая не устает себя хвалить. Правда, с «классикой» они в ладах. Зато «иноземные» влияния яростно не признают другие. Заметили Вы, как рассуждали о Достоевском Селезнев и др. в «Ин[остранной] лит[ерату]ре» (№ 1, 1981)? Я называл все это про себя «московскими страстями», но, выходит, всюду есть страсти этого или близкого толка. Правда, в Ваших оппонентах я почувствовал слабость; т.е. их логика, их пафос имеют — это чувствуется — личные мотивы (о себе хлопочут); но это-то и опасно: в таких случаях пускают в ход все средства. Когда люди отстаивают нечто большее, чем они сами и их интересы, это заметно и вызывает уважение. Тут этого большего не заметно.

Как Вы относитесь к В. Бурану? Я отдал в своем сочинении ему должное: он написал раньше всех свою книгу о Быкове и, по-моему, честно старался во всем разобраться и высказаться. Частные мои несогласия с ним ничего не меняют.

Будьте здоровы. Всего Вам доброго.

Игорь Дедков.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

13.2.81 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Послал сегодня Вам своих «Карателей» — уже книгу, уже гипербореев. Это страниц на 50 больше. Только на пользу ли эти 50?

Прочел я Вашего Быкова. С бо-ольшущим удовольствием! Это все тот будто бы Быков — по общей оценке. За последние годы проторили дорогу мы с глубокими колеинами. (Так звучит по-белорусски «колея».) Но Вы в нее не завалились колесами, как-то по свежему пошли. У Лазарева хорошо рассмотрена система повестей. (Да и я этим занимался.) Это надо было сделать, чтобы «собрать» Быкова. Но потом кто-то должен был заново разобрать и снова вглядеться в каждую вещь в отдельности. И еще раз — поподробнее — все увидеть.

Больше всего меня поразило, как Вы вдруг обнаружили, обнажили интересный быковский феномен: многое, что другого писателя просто убило бы напрочь — даже выспаренность56 кое-где, неточность, незаглубленность психологическая, — для Быкова это будто и неопасно. И что-то есть у него важнее этого, на чем он и держится. Вот бы до конца разгадать. Вы (или после Вашей книги кто-то) — вот бы пошли за этим вопросом до конца. Что-то там нас ждет. Что-то очень интересное.

Но Вы уже прошли значительную часть пути к Быкову — этой, никем не обследованной стороны. Очень, очень меня это заинтриговало.

Да и в целом книга что надо. Умная, честная, читается. И то самое, редкое сейчас — точное нравственное чувство.

Статейка, которую посылал, конечно же, пускай остается у Вас. М.б., еще с одной познакомитесь. Если время найду перевести. От этой круги пошли еще шире — это не статья, выступление в нашем СП. Василь пообещал было, назавтра: не сносить тебе!

Хотя на самом деле ничего особенного. Но снова задеты интересы «корыта», а это, как Вы верно писали, не прощают. Можешь отца-мать их оскорбить — простят. Только не трожь корыта.

Ну да ладно, а то вроде брюзжим! Это от бессониц. Мучают что-то.

Желаю самого доброго всего!

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

9.3.81

Дорогой Александр Михайлович,

очень благодарен и за письмо, и за книгу. Книжный вариант «Карателей», на мой взгляд, лучше; очень существенны восстановленные места о Муравьеве, Мельниченко, да и все «мелочи».

Я начитался т.н. «московской» прозы (пишу статью); вряд ли Вы это читали (Р. Киреев, А. Курчаткин, А. Афанасьев, В. Маканин и др.). После всего этого — удрученный, угнетенный, — перелистывал, перечитывал «Карателей» и думал, что литература все-таки еще существует — литература, сознающая свою ответственность, занятая крупным и главным — для человека, для сегодняшнего смутного его дня!

Вот как издают Вас в Минске! И тексту — свободнее, и рисунки производят впечатление, подготавливают к такой книге, ей — в тон. Хотя некоторые детали в рисунках могли быть не столь прописаны, не брать на себя наше внимание (изображение человеческого тела). Правда, я в этом деле не знаток.

Ваши слова о моей книжке поддержали мой дух. Вы, конечно, мягко обошлись с нею. Перечитывать ее я пока боюсь; сейчас бы — вечная литераторская мука, — я бы переписал ее на другой лад. Не говорю, что стала бы лучше, но, м.б., в чем-то сильнее. Не знаю, будет ли возможность вернуться к ней еще раз.

Вот-вот появятся «Каратели» в «Роман-газете». Если б Вы знали, как там мытарили мое предисловие! Какие вынужден был я писать им письма, возражая и требуя восстановления текста! Боюсь, что вписанная ими одна фраза — весьма показательная! — осталась. Логика была такая: «это самое ответственное предисловие за весь год», «читала вся редколлегия», «на Западе пишут, что русские сами себя уничтожали» и т.д. На последнее письмо редакции я не ответил... Надеюсь, что главное осталось и выражено... (Это уже было после ухода Гусева. Вы, кажется, с ним встречались?)

Летом — съезд; очень хочется появиться там и увидеть Вас и Быкова.

Не восстановились ли Ваши отношения с Богомоловым? Я что-то давно ничего от него не имею — не болеет ли.

Вы не переводите, если что интересное Ваше опубликовано в белорусской газете, я разберусь... Попробую разобраться...

Всего Вам доброго.

Дошла ли моя книжка до минских магазинов?

Будьте здоровы.

Игорь Дедков

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Май 81]

Дорогой Александр Михайлович,

с Днем Победы! С днем, который невозможно забыть.

Доброго, стойкого Вам здоровья!

В. Быков пишет, что Вы много, как всегда, — работаете.

Пусть Вам хорошо работается, каким бы ни был этот мир, потому что ничем другим ответить этим беспрестанным угрозам невозможно. Остается работа. Будьте здоровы и благополучны.

Игорь Дедков.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

2.5.81

Дорогой Александр Михайлович,

получил и книгу, и журнал. Большое спасибо. Очень рад, что теперь у меня есть и эта Ваша книга; я вообще не против иметь «полное собрание» Ваших сочинений в виде книг, журнальных и газетных статей и т.д. Я, конечно, шучу, но не вполне; если дорожишь чьей-то работой и существованием, то, значит, дорожишь...

Вашу журнальную статью прочел в тот же день, как получил. Какие-то оттенки наверняка ускользнули, но суть я понял вполне. Развиваются идеи той статьи, что я читал в машинописи. О переводчиках с белорусского мне приходилось задумываться, когда сидел над Быковым. Потери были очевидны; простота перевода («главное звено... машинистка»!) — кажущаяся, а если примешивается активная недобросовестность: смягчить, приглушить, улучшить и т.д.? Теперь-то я понял — после Вашей статьи, — что это действительно проблема... У Чорного57 я читал только «Млечный путь», и Вы опять меня им заинтересовали; почитаю еще другое. А эти слова Чорного: «Боже, напиши за меня мои романы...» — поразили меня тем, что открылось вдруг за ними, предсмертными...

До Ваших «оппонентов», кажется, не доходит, что именно Вы утверждаете национальное достоинство белорусской литературы, когда доказываете ее близость и принадлежность «мировому шляху». Впрочем, вряд ли их серьезно занимает это достоинство. Их, должно быть, волнуют более земные вещи.

Наткнулся и на свое имя, увидел, как оно пишется по-белорусски... Спасибо. А знаете ли, что я числю себя «западным» славянином, поскольку — смоленский? А материнская фамилия (из дорогобужских они) — Богданович.

Александр Михайлович, не осталось ли у Вас «роман-газетных» «Карателей»? Не прислали бы мне, черкнув что-нибудь на память, а то чего-то в моем экземпляре единственном недостает? Свой текст я пока не перечитывал: опасаюсь.

Не интересуетесь ли Вы работами Л.Н. Гумилева? Читаю его большой труд «Этногенез и биосфера Земли»; по-моему, это прекрасная, что называется, пища для ума.

Доброго Вам здоровья. Не забывайте меня и впредь. Всего Вам самого хорошего.

Игорь Дедков

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

4.6.81

Дорогой Александр Михайлович, все получил. Спасибо за надпись. За портрет на обложке — суровый человек, маститый; если попаду на съезд, то не знаю, как и подступлюсь!

Читал и статью о Мележе в «ДН», и интервью, насколько понял. Вы мягко пишете о Мележе, т.е. очень мягкая, простая интонация, человечная; это мне нравится — Вы естественны. Жалко, что Мележа почти не читал, а жена моя мне давно его последние вещи хвалила. Буду читать. По-моему, в интервью в одном месте Вы напрасно ставите имя Распутина (изображение предателей) рядом со своим и Быковым. Распутин, мне кажется, этого [опыта] не знает, т.е. в пределах известного и дозволенного.

М.б., повезет и все будет хорошо, увижу Вас на съезде.

Будьте здоровы.

Игорь Дедков

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

2.8.81.

Дорогой Александр Михайлович,

жалею, что ушел тогда со съезда, не попрощавшись с Вами. Но собрались к Богомолову неожиданно и тотчас...

Иногда, замечая, что поддаюсь каким-то сумрачным настроениям, думаю: а ведь было совсем недавно что-то очень хорошее? Было, было. Это я о московских днях, когда повидался с Вами и с Быковым. Пусть в заседаньях-застольях, все равно хорошо, и я рад, что это случилось.

Наверное, это провинциальная сентиментальность.

Возвращаешься сюда, словно ложишься на дно. Как рыба.

Статью Левы Аннинского в «Немане» я прочитал, и мы уже успели друг другу написать. Может быть, Вам интересно, что я про эту статью думаю? Пожалуй, я просто приведу здесь часть своего письма Леве; лучше, чем тогда, под впечатлением от статьи, мне сейчас уже не сказать. Простите, в этом есть какая-то неловкость, но, возможно, Вас что-нибудь да и заинтересует. Вы себе живете и не знаете, что люди загружают почту соображениями о «Карателях»; впрочем, Вы-то как раз знаете, Вы рассказывали в письмах; тем не менее...

Это из письма моего Леве:

«...ты напрасно пишешь, что уходить от ямы, т.е. «рассуждать», — значит «предавать» того мальчика. Ты даже возгласил, что «отдать бы все это» (и повесть Адамовича, и все рассуждения вокруг нее) за одну-единственную воскрешенную живую душу... Ты словно слышишь ползущий упрек: они мучились и погибли, а вы из этого делаете литературу, умные речи ведете, честолюбие тешите, на жизнь зарабатываете... И словно себя растравливая, добавляешь нечто о «литературном мастерстве» Адамовича, прекрасно зная и чувствуя, как неуместны, чужеродны здесь эти слова... Или я ошибаюсь, или верно догадываюсь о твоих сомнениях, но я убежден, что никакого «предательства» «того мальчика» в наших сочинениях (тем более — у Адамовича) не совершается. Если б можно было спросить тех — в яме, мы бы в ответ услышали: «Расскажите о нас. О наших мучениях. О нашей гибели. Расскажите о нас». Если б они знали об этом пусть позднем о них рассказе, о «рассуждениях», они были бы благодарны (если это слово годится). Окажись я на их месте, я был бы благодарен. Предательство — это молчание, забвение и — рассуждения, но другие: наших «сверхчеловеков»...

...не совсем согласен со словом «запредельный». Все это давно уже в «пределах» и давно уже «разрешено нервной системе нормального человека». Я понимаю читателей, которым просто страшно; им не хочется мучиться снова или заранее. Другие жалобы читателей — это жалобы людей, которые не хотят видеть и слышать. Тут есть что-то жеманное. Они будут жеманничать, пока «запредельное» не переступит порог их дома. Впрочем, оно давно уже подселено к нам, но пока оно не схватит каждого из нас — его «нет», оно — «за пределами».

...еще несогласие, третьестепенное. Ты пишешь: в ХХ веке «не те скорости»; «от одного мгновения зависит, в то или иное русло покатится судьба». Думаю, так было всегда, во все времена, когда человек принимал какие-то серьезные решения. Разумеется, это не касается Обломова. Скорости те же, а «правила» «взрослых игрищ и забав» — другие. Представь себе, что Муравьев попал в плен к французам в двенадцатом году...

«Монологи» Гитлера я воспринимаю, как и ты. С «внутренним усилием». Мне мешает их литературная гладкость и некая фразеологическая респектабельность. Это «внутренние монологи» — ни таиться ни от кого не нужно, ни прикидываться, ни производить впечатление, — уж какой, должно быть, там был лексикон, какая логика... Что у него, что у его соперника на Востоке...

Ты сильно ополчился против «заурядного», «обыкновенного», «среднестатистиче-ского индивида»; по-твоему, он «решает», а «сверхчеловек» — всего лишь «выдвиженец». Это хорошо обдумал В. Семин. Он твердо знал вину «невинного обывателя» и не простил ее и через тридцать лет. Но вряд ли бы он согласился с переносом акцента на этого обывателя, на «кровь, которая давит и ищет сосуды». Хорошо организованная «мафия», и — никакого фатализма. Это она изготовила «энтузиазм немецкого народа» и «разлила его по бутылкам», это она нашла народу его «выдвиженца». Фатализм получается тогда, когда объяснение вещей застопоривается и дальше не идет, хотя оно существует. Я не верю в «кровь, которая давит». Там не кровь давит, а нечто менее таинственное и стихийное: осуществляется чей-то сценарий, ставят спектакль, и роли всех — распределены. И постановщик — тот «заурядный человек»?

Совсем не хочу сказать, что — «сверхчеловек». В. Семин чувствовал, что «блатные» и фашисты — от одного генеалогического ствола; ты прав: «сверхчеловек» — «сменный синоним» некой силы: вот как ее определить?

И последнее сомнение: «вековая природная сила и вековая крестьянская выдержка», а еще «закон земли» — все это чрезвычайно отвлеченно. «Закон земли» — это вроде того, что «все там будем»...

Ну, а потом я отдал должное многому в той статье. Там есть прекрасные, по-моему, места: про жизнь, которая «опирается на будущее, как на костыль», про «евангельское прощение разбойника» и т.д.

Бывают книги, которые заставляют критика писать в полную силу; лучше, искреннее, проницательнее он в эту минуту не напишет. Ну, а какая его сила — это другой вопрос.

Ваши «Каратели» заставили писать в полную, максимальную силу. Может быть, не всех, но многих, должно быть.

Простите, если все это вышло малоинтересно. Но Левина статья — действительно достойный отклик. По интонации — тоже.

У нас здесь — сушь. Какая-то среднеазиатская жара, того и жди — нагрянут киргиз-кайсацкие орды.

Втягиваюсь в работу. Буду писать книжку о Залыгине. И еще другую, менее определенного свойства.

Как Ваша жизнь, здоровье? Мои самые добрые пожелания Вашей жене. В Минске ли Быков? При случае передайте ему мой привет.

Будьте здоровы. Всего Вам самого доброго.

Игорь Дедков

Александр Михайлович, как Ваша статья в «Новом мире»? Оставили ли там то письмо? Как вообще Ваши лит[ературные] дела? Читали ли Вы рассказы Ю. Трифонова («НМ», № 7)?

А.М. Адамович — И.А. Дедкову58

[5.9.81]

Дорогой Игорь!

А ты даже женщине понравился — новомирской Гале! Совпадением полным — статей и лица живого. Вот такое оставил чувство костромской сиделец.

Спасибо за письмо. (А потом и книжка пришла. Буду читать.) Я обычно статьи об Адамовиче даже мысленно не оцениваю. Все еще осталось с первых дней литературного печатания удивление: это всерьез, это о моей прозе?! Какие уж тут претензии к формулировкам! Но вот прочел твой диалог-письмо (фрагменты) с Л.А. и сразу согласился: там — интересно, а здесь — точность, ясность взгляда на вещи. И этим-то Дедков интересен прежде всего: незамутненностью взгляда на литературу (в связях с реальной реальностью). Не у многих это сохранилось (а тем более — углубилось) к 70-м и 80-м!

Собираюсь на Дальний Восток — десант Виталия Михайловича59. Вы едете, летите?

А у меня была штормина — пока я загорал на тихом коктебельском берегу. Те мальчики совсем разъярились после белорусского съезда. Обнаружилось, что их совсем-совсем мало. Вместе с моими давними «друзьями» — 23 (голоса). Да и отхлестал я их редакторские физиономии: ведь они все на должностях, номенписатели с пеленок. А раз мало их, решили включить в свою когорту кого-нибудь еще более номенответственного. И им это удалось. Попытались раскрутить маховик тяжелый. Но пока дыхания не хватило. Буду пробовать дальше. Ну да как говорил В. Белинский: «Бог не выдаст — свинья не съест!» Жму руку. А. Адамович.

 

P.S.

Да, а Вася Быков написал повесть60, и я читал, и зря на меня сердятся представители «военного цеха» за мою идею, что де «деревенская» способна оплодотворить «военную». Здесь именно тот случай — и это уже чуть новый Быков, а этого от него не ждали даже мы, отвергавшие упреки в самоповторении.

Вещь не ровная (и именно по части тылового быта), но по части деревенской и деревенско-полицейской это будет громкое событие. Можете поздравить Васю. Он этого заслужил! Впервые вразумительно и открытым текстом о том, откуда есть пошли сельские полицаи. И вообще... (То, что в систему моих «Карателей» не вписалось и именно потому, что это самостоятельная тема, проблема, и я рад, что кто-то сделал это, и не важно, что не я. Важно, что сказано.)

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[26.9.81]

Дорогой Игорь!

Хотя я все на колесах (после Д[альнего] Востока — Ленинград), но читаю то, что нельзя не читать. Например, о «московской прозе»61. Ну, сунул, ну, ковырнул муравейник! А ведь каждый там — гений, штучка, а какие все непрощающе помнящие! Скучно тебе не будет — ближайшие десять лет. (По своим делам знаю, по нашей мальчиковой литературе!)

А знаешь, несокрушимость таких выступлений именно в том, что — до упора. Если бы — с одной стороны, да с другой — вывернулись бы и насели сверху. А так — ничего не возможно.

Ну, а «Верхне-Волжское» издание62 — тоже «голос из провинции», но когда каждый ощущает, что провинция-то поближе к ул. Горького и Воровского.

С В.Б.63 пошло на взаимопонимание, даже встретились (в «Воплях»), и книгу ему поднес, красную. Но надо же — и там заноза! Похвалил Володю за великолепное пародирование «документалистики», ей-богу, забыл, что это — тайна и тайной должно остаться. Ну да думаю, что преодолеем!

Привет искренний! Обнимаю!

А. Адамович.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[1.11.81]

Дорогой Игорь!

Пора на «ты». Их много, кого мы (ты — у себя, я — у себя) раздразнили, и чтобы лучше слышать свои голоса в шуме-гаме ихнем, — давай, Игорь, на «ты»!

Да, прочел и газетенку — все как положено! Гусев64 сейчас защитник Москвы. Скоро надолбы возведут, чтобы не прорвался кто-нибудь из Костромы. (А тем более дата защиты Москвы от нашествия немецкого.)

Панфиловец! Честь ему и слава [...]!

Видишь, уже неприлично ругаюсь. «Свои» мне нервы растрепали, потому и к «твоим» — я вот так. Ну, а ты человек поспокойнее, и тем более что дело — абсолютно правое. До чего же эта серенькая (везде и всегда) любит рядиться в защитников чего-то возвышенного: у нас — национальной самобытности, у вас, наоборот, — вавилонского интерборделя литературного!

Спрашиваешь про [неразборчиво] — в 11-м номере «Н[ового] мира» идет. Ну, а статья в 10-м сильно выжата ( с испугу, поскольку глав. реда не стало). Убрали главное: не просто каждый человек, но и народ каждый в чем-то грешен перед другими народами, а потому не стоит (сегодня, при атомной штучке) расчесывать исторические обиды и считать, что мы — всегда и перед всеми святы, а нас все и всегда обижали. Даже и вот такое можно было бы «предложить литературам» (жалею, что, выступая на съезде, не сделал: семь бед — один ответ): чтобы каждая литература сама, о своем народе, о своей истории, о своих царях-богатырях сочинила «Черную книгу». Как мы их (не они нас, — об этом хватает), именно «мы их» когда-то обижали. Одним словом, не о добрых, а о дурных делах своих по отношению к близким и дальним соседям. Каждый для себя, для внутреннего употребления написал бы! Не пугаясь, что некто сам не напишет о себе, а твое использует против тебя же: мол, вот что пишут сами о себе, такие-сякие!

Эх-хе-хе! Люди мы люди, когда мы людьми станем! Хорошо бы до того, как нас не станет на планете!

Привет, Игорь, дому твоему! Здоровья и статей! Таких же!

А. Адамович

Быков — ничего, здоровье приличное! Дай ему бог!

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Дек. 81]

Дорогой Александр Михайлович,

с Новым годом! Самые добрые пожелания Вам и Вашим близким! Здоровья и творческой энергии, и чтобы они не иссякали! (Простите, я — по старой привычке — на «Вы», не могу еще привыкнуть!)

«Блокадная книга» — очень сильная; есть над чем подумать и чем мучиться. Рядом с ерундой, с пустыми претензиями множества сочинителей — это то, что необходимо. Не знаю, что это, но дневники, записки и комментарий авторов оказываются как-то выше нынешней «художественной» литературы. Душа отзывается, а не молчит, не скучает, не тяготится. Есть у меня и некоторые сомнения: например, значительная часть комментариев «Ирина карточка» (стр. 119, 121) кажется мне этически (скажем так) уязвимой: упрекать Юру не стоило бы: «не знал, не ощущал» и т.д.

Много переживаний доставляют ваши западные соседи; с теми переживаниями и входим в Новый год. И все надеемся на лучшее. Мы неисправимы.

Был недавно в Москве, навещал родителей. Ни в какие лит[ературные] конторы и круги не ходил. В столице толпы провинциалов, именуемых «мешочниками», толчея, перемещение множеств, очереди, на тротуарах — снежная каша, лед; не прибирают, что ли... Домой вернулся – как в чистоту, т.е. в чистоту тихого города, хотя и насчет этой «чистоты» никаких иллюзий. И все же...

Хотели меня затащить в «ЛГ» на обсуждение В. Крупина. Я не поехал; читали ли его? Мне кажется, его оценивают преувеличенно хорошо. Жаль, далеко Минск, хорошо бы иногда поговорить...

Счастливого доброго Года! Мирного Года!

«Не убий», «не убий», — нескоро доживет человечество до исполнения, даже до осознания этой заповеди. Всегда найдется что-то более важное, чем человеческая жизнь. Читаешь газеты и чувствуешь: именно-то человеческая жизнь и не стоит ничего; много всего — важнее...

Ваш Игорь Дедков

 

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

15.12.81 г.

Дорогой Игорь!

С Новым годом вас, костромчан! Где (я узнал, из телевизора донеслось) больше всего медведей. И откуда критикам и близко и безопасно (как показало развитие событий) достать московскую литбратию.

Случайно я оказался на заседании гусевской секции, где имелось в виду вправить мозги костромчанину. И знаешь, не выдержал, тоже заговорил. Я то есть. О том, что совсем не обидно вас Дедков высек: ведь не сказал, что вы — неталантливы.

А сказал — что?

Что вы (его почти одногодки) вместо того чтобы впереди «стариков» бежать (так, чтобы Быков ворчал на ваш максимализм и экстремизм), вы позади, в безопасности жируете на псевдотонкостях. Зацепились там — кто за портфель, кто за рюмку, кто за что, но чтобы за спинами у поредевшей цепи, а не впереди! Где стреляют.

Ну и (развивая военные образы) — о том, что Вы, Влад. Ив., призываете надолбы и рогатки ставить, чтобы спасать город-герой от костромской опасности...

Гусев был в истерике. Зрелище было — стоило приехать! А еще когда надо подсыпал, да [конец листа оборван]...

Счастья в Новом году.

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Май 82]

Дорогой Александр Михайлович,

с Днем Победы! Самые добрые пожелания Вам и Вашим близким!

Пишет Вам с опушки костромского леса затерявшийся в днях человек... Спасибо Вам за книгу и поздравляю Вас с нею! Хорошо, когда есть Академия, и под ее покровительством выходят книги. Прочесть ее я еще не успел, т.к. дописывал статью65 (предисловие) к книжке хорошо известного Вам Иона Друцэ в «Молодой гвардии». Получил огромное удовольствие, а проще сказать — было над чем подумать и чему порадоваться, — когда читал «Белую церковь» (пойдет после цензурных тягот в «Новом мире», № 6, 7). Когда-то и Вы писали о Друцэ, я читал это.

Пожалели ли Вы Валентина Оскоцкого? По-моему, он в Сирии, в пуленепробиваемом жилете. По возвращении не стоит тот жилет снимать... «Наш современник» раздувает пламя «священной войны».

Судя по информациям газет, Вы часто бываете в Москве. И выступаете. Надо бы нам придумать «круглый стол» в Ипатьевском монастыре и Вас пригласить. Посидели бы на скамеечке, посмотрели на Волгу... Будьте здоровы.

Игорь Д.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Окт. 82]

Дорогой Александр Михайлович,

с октябрьскими праздниками, с воспоминаниями о революции, которая была давно!

Поздравляю, пишу, а думаю: неужто Вы еще не вернулись из города Желтого Дьявола, из-под тени статуи Свободы? Да есть ли там чем дышать советскому человеку?!

А все-таки здорово, что Вы там побывали! Хорошие порядки у вас в Белоруссии, если писателей отправляют на такие экскурсии! Или то была работа? Но и работа бывает полезной.

Я же тут без Вас напечатался по-белорусски в «Лiме», и почему-то это подняло мое настроение!

«Знак беды» показался мне очень значительной вещью с чрезвычайно печальным смыслом, который в прямой форме, пожалуй, публично и не выговорить.

Очень благодарен Вам за Ваши книги. Поступил я ужасно, не отозвавшись тотчас, не поблагодарив. Но отчего-то был у меня «упадок духа»; не писались письма. И вообще мало что писалось.

В Вашей «Войне и деревне» есть редкостные по прямоте и точности страницы, очень близкие моему пониманию вещей, — хода нашей жизни, и за них я особенно Вам благодарен — за то, что сказали.

Был я недавно в Москве, да разминулся с Быковым на три дня. Он приезжал держать речь в Большом театре, а я — на Пленум и Совет по критике.

Очень рад за Вас, что удалось съездить так далеко, — в чужое царство. Проходит ли там — в ООН — призыв «Не убий!»? Нигде, кажется, не проходит...

Всего Вам доброго. Ваш Игорь.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[23.12.82]

Дорогой Игорь!

Где-то я уже вычитал, что есть не только «московская проза», но и «костромская критика». Не знаю, что и кто вкладывает в «костромская», но для нас, белорусов, это Дедков — настоящая критика, человеческая.

И дай Бог ему здоровья и новых книг, скандалов и пр., пр.!

Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Янв. 83]

Дорогой Александр Михайлович,

спасибо за поздравления, за третий том66!

Но их, третьих, — пришло два! Один, без Вашего росчерка, возвращаю, — наверное, они у Вас сосчитаны и расписаны, кому — куда!

Что-то БССР не везет на начальство: не держится67...

М.б., когда-нибудь станет у Вас полегче со временем, и Вы мне что-нибудь черкнете про жизнь Вашу? М. б., прочтете мое сочинение в «ЛiМ»е о Быкове?

Я же пишу о Залыгине — 12 листов книжку. Будьте здоровы.

И.Д.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Апр. 83]

Дорогой Александр Михайлович,

с майскими праздниками, с Днем Победы! Всего самого доброго Вам и Вашим близким, особенно Вашей жене, которая в тот вечер принимала такую ораву гостей!

И — здоровья всем вам. Если б не та беда, какими бы светлыми были все те мин-ские дни68!

Спасибо Вам, что позвали, хотя, м.б., я сказал не лучшим образом и не совсем в тон Вашей речи! Но — спасибо самое искреннее!

Еще раз — с праздником, с Победой!

Пусть все в Вашем доме и Ваших делах будет хорошо.

Ваш Игорь Д.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

27.4.83.

Дорогой Александр Михайлович,

это — «дополнение» к поздравлению... Я плохо выговариваю слова «этап», «событие», если речь идет о чем-то, в чем участвуешь сам. Но и без этих слов не обойтись: люди собрались не формальности ради, и соединены они были не казенным образом, а едиными, в сущности, идеями и единым настроением. Даже если и не совсем едиными, что совсем не обязательно, то все равно общность была и чувствовалась. Не «мероприятие» было, не казенное официальное дело... И в этом «повинны» Вы... Или бывают пророки в своем отечестве? Или на пророков везде и всегда хватает доносчиков, и, пророчествуя, приходится защищаться?.. Обойдется ли Вам «малой кровью» этот, говоря по-богомоловски, «результат»? И «момент истины»?

Речей, подобных той, полуденной и яростной, я давно не слыхивал — это мне полезно, чтобы не забывался, не заблуждался...

Я полностью разделяю все, что Вы говорили в докладе, но какое-то глухое сопротивление во мне остается. — Не разума, но чувства, потому что есть ощущение беспомощности человека, т.е. собственной беспомощности. Мы — спеленутые люди; кажется, что шевелимся, а ни с места. Я давно выработал для себя некий вариант — для личного пользования, — «костромского» экзистенциализма (смесь нижегородского с французским!), т.е. этики в этом роде. Я понимаю Вашу идею «взорвать» пассивное и беззаботное сознание, и прежде всего художника, но, призывая других, сознаете ли Вы, что не докричаться, и если «взрывать», то все равно — Вам! С силой хотя бы той, что есть в «Карателях»!

А в вашего Скобелева я не поверил – он сказал путаную речь с не очень располагающей фразеологией. Были металлические оттенки; что-то даже вождистское послы-шалось...

Впрочем, все это во-вторых и в-третьих, а во-первых, — я хотел бы проникнуться Вашей энергией и верой, что слово может стать препятствием!

Спокойно ли все вокруг Вас? Как Быков? (Я, конечно, написал ему.)

Вообще я чувствовал себя в Минске лучше, чем в Москве. Дышалось легче. И то, что Савицкий выступил без дипломатии, напрямую, — тоже по-своему благо. В Москве, иногда кажется, — в лит[ературной] Москве, — все изрыто подземными ходами, и все улыбаются друг другу как японцы, а потом кто-нибудь проваливается в коварную яму... Впрочем, прямота та — опасная; какой-то пугающий человек, глаза — беспощадные...

Буду жить дальше и вспоминать, как ездил в Минск. И еще в Смоленск — вспоминать сорок первый и клочки предвоенного быта...

Будьте здоровы и счастливы наперекор всему.

Если когда-нибудь будете устраивать что-то подобное, не забудьте меня. В Вашу сторону я всегда поеду... В другую какую — нет, а в Вашу — да!

Спасибо Вам.

Мой поклон Вашей жене.

С праздником! Приезжайте на Волгу!

Ваш Игорь Д.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

27.4.83 г.

Дорогой Игорь!

Уехали вы, а тут началась сильнейшая вибрация в общественной атмосфере. Выше — на тему «абстрактного гуманизма», в низах — «ты моего батьку обидел, фронтовика».

И всю эту волну и муть поднимают и держат несколько смертельно обиженных «эпиков». (Одного ты слышал.)

Снова и снова убеждаешься: Господи, все куда глуше (в массе), чем даже Ю.Ф.69 Во сне, что ли, живут?!

Я впопыхах отдал тебе журнал «Латинская Америка», думая, что у меня три одинаковых экземпляра с моей статьей. А оказалось: это — часть комплекта, вся дискуссия (в трех номерах). Если не выбросил, пришли мне журнальчик этот.

Эх, жизня! Но хоть бы такая уцелела!

Привет от Василя! Он уже дома, уже и в рюмку заглядывали: жизнь продолжается. Пока.

Еще раз приветствую!

А. Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

27.7.83 г.

Дорогой Игорь!

Издательство «Сов. писатель» (моя редактор Е.И. Изгородина) повелело мне послать «Дедкову в Кострому» рукопись моей книги, планирующейся на 1985 г.: «чтобы она была уже у рецензента, поскольку вставляем в план»70. Одним словом, Вам на рецензию отдают. Но последней главы у меня еще нет, отправляюсь в Коктебель и там буду заканчивать. Это — попытка средствами публицистическими рассказать, что оно такое «война сегодня-завтра» (поскольку романов все еще не пишем, рассказать так, чтобы отбить и у читателя всякую мысль, что какие-то еще «войночки» возможны (а как же, справедливые !).

Сидел в Москве и конспектировал для этого всяких Шеллов71. Одним словом — «взорвать бомбу» в голове читательской, детонируя на нашу удивительно спокойную (в этом отношении) «военную» литературу.

Это — то, что еще напишется. Извините, Игорь, что я как бы соучастник насилия над Вашим временем и волей рецензентской. Но и я — волей пославшего мя издательства.

Искренне Ваш из Минска — А. Адамович

Название книги — пока условное.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

3.9.83 г.

Дорогой Игорь!

Вот и еще глава — гонят меня издательство и сроки: будет второй прогон плана, и нужны как глава, так и рецензия. Посылаю Вам и редактору.

В «Новом мире», кажется, идет (№ 12) статья? глава? выступление? (на нашем минском сборище): «Заглядывая в день грядущий». Конечно, с определенными «улучшениями», о которых особенно цыган Видрашку хлопотал.

Василь жив, но здоров не очень. Однако бодрится. Чего и костромчанам желаем! Хотя не думаю, что статья, посылаемая, бодрости прибавит.

Привет, жму руку!

А. Адамович

А в Иркутск едете — в октябре? (СП собирает «десант» — свалимся Распутину на голову!)

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[12.11.83]

Дорогой Игорь!

Спасибо, все поспело, и мы в плане. На данном этапе. Но я уже сильно расширил самую ударную главу и жалею, что посылал Вам ее без кое-каких моментов.

Да, Вы правы: что можем мы?! И тем не менее, хотя бы это, хотя бы иметь право подумать в миг первой — последней вспышки, а точнее, иметь право не подумать (если успеешь): «И ты, сволочь, виноват, повинен!».

«Что делать?» — все они задавались этим вопросом. Нам бы их, всех веков и народов, заботы! Но если не знаешь, что делать, тогда единственное, что надо, — знать всю правду. Чтобы ее знали как можно больше людей. Даже если это правда о безвыходно-сти ситуации. Если в чем и есть лучик надежды, то в правде. Она вывозила всегда. А вдруг и на этот раз поможет им, нам, людям!

Отличные слова Достоевского в блистательной статье Кардина в «Воплях» (№ 10).

«Правда выше Некрасова, выше Пушкина, выше народа, выше России, выше всего, и потому надо желать одной правды и искать ее...»

Кончили книгу о Залыгине? Пока Вы с Нуйкиным пишете, я с ним беседую: смотрите 6-го декабря (?) по телевидению. И его тащил на свою половину площадки. Пару раз переступил линию.

Жму руку!

А.Д.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Апр.84 г.]

Дорогой Александр Михайлович,

не судите меня строго — куда спрячешься в маленьком городе? — не мой текст, не мой пафос72, — понимаю, Вам не приехать — разве чудо какое помогло б! — и все-таки посылаю на память и в знак моего глубокого уважения к Вам!

Будьте здоровы.

Игорь Д.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[11 апр. 84 г.]

Дорогой Игорь!

— А я думала, ему 40 только! — сказала женщина (моя жена).

— Не может быть — 50! У него такие мысли!.. — сказал некто там, мужского пола.

И все правы!

Пусть наша белорусская любовь к тебе помогает во всем, если помощь нужна!

Настроения в доме, здоровья!

Желаю тебе быть таким же: от добра добра не ищут!

Твой Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[Май 84]

Дорогой Игорь!

Поздравление и пожелание хороших книг — и о той, проклятой, и чем дальше, тем более проклятой, на всех надвигающейся! О Войне, черти бы их всех побрали!

А. Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

1.8.84 г.

Дорогой Игорь!

Пришел, сел за стол и записал: «Игорь Дедков — консервативен...» Так собираюсь начать статью в «Лит. газету». Что, заинтриговал? То-то же!

На столе «Вопр[осы] лит[ературы]», № 6. Да, неожиданность для наших, в том числе и кое-кого из директивных!

А вот эту (посылаю Вам) не знаю, кто и когда.

По ходу пришлось Василя оспаривать: следом за Ульяшовым он сказал вроде бы и ничего, но если на три хода вперед смотреть, кажется мне, что не следовало ему. Не мог не возразить как раз потому, что голос его авторитетен.

Вы о рассказе «Гость» писали мне. Да нет же, совсем не о том рассказ, а в развитие извечного вопроса рус[ской] литературы: кто безумен, кто сумасшедший? Безумнее нас, когда мы спокойны, уравновешены — это в такой-то ситуации! — еще не бывало людей.

Справа на столе — еще один рассказец из того же цикла «Мой сосед Homo sapiens». Нет, действительно, может ли быть темой, предметом литературы, эмоцией ее — Homo, род человеческий?

Из рассказа «Неподвижность» главный выскуб — конец, где как раз на эту тему: о том, что даже несчастья в прошлом кажутся счастьем, если глядеть из времени, когда мы себя изгнали из бессмертия. А там оно еще было. Убрали, и получилась дичь — та заключительная фраза, что все было счастьем. Это что же все — и кормчие?!

Жму руку, Игорь Александрович, и уезжаю в лес, на киносъемки. (Если читаете «Искусство кино», № 6, — там мы с Климовым все растолковали про кино.)

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Дек. 84]

Дорогой Александр Михайлович,

с Новым годом Вас и Ваших близких! Здоровья и благополучия! Не удалось ли задержаться на американское Рождество? Как только Вы улетели, у нас начались перемены! Нарушилась стабильность, но, не сомневаюсь, восстановится; да и нарушилась ли?

Знаете ли Вы, что Ваша книга про войну и деревню необычайно популярна; все спрашивают, читал ли я ее? Это все успехи техники и вечерней любознательности отдельных радиослушателей.

Я же некоторые страницы той книги читаю вслух, когда выступаю с «проповедями». Такие дела.

С возвращением домой! С Новым годом!

Будьте счастливы.

Ваш Игорь Дедков

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[28.12.84]

Дорогой Игорь! Будем считать, что Новый [год] пообещает что-то не столь грозное и гадкое. Хотя все делают Homo разумные, чтобы небо с овчинку показалось.

Нет, хорошо, что Дедков предстал в сиянии. Хотя и подпортили мою статейку. За ними, действительно, как за злодеями, следить надо, когда материал идет. В последнюю минуту стащат слово, мысль.

Сдавали мы материал по кинофильму с Климовым, и снова возник некто наполеончик, светящийся от восторга власти над твоими мыслями и трудами. Этот просто так и заявил Климову: «Фильм почти гениальный, но нам не нужен!». А что он нам нужен, наполеончик этот убежден во как! А в фильме лишь первое приближение к тому, что в прозе уже можно.

Да, прислали немцы стенограммы обсуждения «Карателей» в дрезденской и берлинской библиотеках. Прелюбопытное чтение!

Здоровья в дом Ваш побольше в Новом году!

Адамович

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

20.3.85

Дорогой Игорь Александрович!

Был у нас пленум, пришлось мне говорить про наших «железных мальчиков» — разновидность вашей «московской школы».

Решил послать Вам для ради информации. Ну, а белорусский язык для Дедкова — второй родной!

Привет Вам, весенний!

Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Май 85]

Дорогой Александр Михайлович,

с Днем Победы! Спасибо Вам за газету и письмо. Я рад за Быкова, но пусть у него будет больше сил не поддаваться тому, чего от него ждут в знак благодарности73.

Пишу о Вашей книге для «Нового мира», но праздники притормозили дело. Теперь опять возьмусь.

Что-то Лецко говорил с трибуны вашего съезда? Неужто считался? А Вы? Правда, вот-вот придет «ЛiМ», и прочту хотя бы вкратце.

А вообще-то настроение неважное. У нас тут сняли редактора райгазеты (редчайшее событие!) за статьи, автор которых поверил в «свежий ветер». Не попал ли к вам ветер с невской стороны? Тоже ведь печальная история...

Будьте здоровы — это главное. Самые добрые пожелания Вашей семье.

Ваш Игорь Дедков.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[21.12.85]

Дорогой Игорь!

Перед тем как уехать сюда в Булдури (это Прибалтика), читал Вашего Залыгина, а потом — портреты нашей критики в «Воплях» (№ 12) и подумал: как, как стараются самовыразиться без любви к чему-то все они, четверо, а ни хрена не получается. А потому что закон писаный-неписаный: лишь не думая о себе, а о чем-то вне, всерьез, становишься кому-то и чем-то интересен. Как всегда — Игорь Дедков-Костромской.

Оставаться Вам таким, а тем самым и любимым нами, белорусами!

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Дек. 85]

Дорогой Александр Михайлович,

с Новым годом! Самые добрые пожелания Вам и всей Вашей семье! Здоровья и мира!

Был рад повидать Вас на съезде.

Теперь-то, наверное, после всех заграниц, Вы дома?

Завтра я иду смотреть Вашу картину. Надеюсь, что напишу для здешней газеты74. И тогда пришлю. Такое чувство, что в литературе все остановилось. Как будто должно что-то явиться и произойти.

А может, ничего и не произойдет. Мало ли ждали-поджидали, торопили-торо-пились!

А как Вы относитесь к поэме Некляева «Наскрозь»? Вообще к нему?

Сегодня пришли «Октябрь» с Вашей статьей и «ЛiМ» с рецензией на фильм.

Вы предостерегаете против Большой войны, равной катастрофе.

А войны малые? То ли финские снега, то ли каменистые плоскогорья, а у кого-то — у всякого — жизнь одна.

Реки обороняем, обороняют, не потому ли, что легче.

Здоровья и сил!

Счастливой работы!

Поклон Вашей жене.

Игорь Д.

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

8.2.86.

Дорогой Александр Михайлович, очень благодарен Вам за книги. И поздравляю Вас с ними — теперь и та памятная конференция останется книгой75 и еще поживет. А Вам посылаю газетные вырезки — одна про наших местных «фашистов», другая — мой отклик на Ваш фильм. Это не вполне рецензия, а то, что сказалось в ответ, и не обо всем, конечно.

Скопилось много работы — пытаюсь постепенно справиться со всем.

Попался ли Вам на глаза П.Я. Чаадаев — в январском номере «Вопросов философии»? Очень хорош, по-моему, Черниченко в «Др[ужбе] народов».

А надежды... А надежд все-таки мало. Так все и будет... Перестановки и есть перестановки. Механика — та же.

Мой привет при случае Василю Владимировичу.

Поклон Вашей жене. Будьте здоровы.

Игорь

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

27.2.86 г.

Дорогой Игорь Александрович!

Спасибо за газеты со статьями, а теперь я — Вам, чтобы убедились, что у меня, как у старьевщика, ничего не пропадает: использовал «Север[ную] правду». Я давно был убежден (даже писал), что наши «нео» — из 17 мгновений! (В большой мере.) Вот так-то, тов. Семенов Юлиан! Удивительно поворачивается «патриотизм», когда он на потребу и лжа!

А читаете, как московские лит. бюрократы вцепились в литературу и не пущают даже туда, где уже газеты и публицисты (тоже не очень большие революционеры) — см. «Лит[ературную] газ [ету]» за 25-е, собрание общее?

Хорошо Вы походатайствовали за Василя76 (и я тоже) — оба мы хорошо! Что скромничать!

Привет Вам, и ждем костромской критики на московских лит. площадях.

А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

31.5.86.

Дорогой Александр Михайлович,

и верно: мы здесь мало знаем, но много больше, чем в первые дни мая. А недавняя моя поездка в Москву еще добавила всякого... И не знаешь, чему верить... Наверное, нам всем — повсюду — надо стать после случившегося другими. Другой фон теперь у литературы, другой контекст... У всего — другой...

Неужели, правда то, что слышал в Москве о Гомельщине, о женщинах Гомельщины?

Вчерашний стишок Вознесенского о Байкале (в «Правде») я не воспринял. Не в том уже прошел контексте, не с той нашей памятью, не про то, про что думаем...

У нас зачем-то моют улицы (центральные) какой-то гадостью. Или мыли — м.б., теперь и кончили.

И АЭС у нас строят в ста километрах от Костромы и рядом с городом Буем (есть у Некрасова в «Кому на Руси...»).

«Ничего важнее» — Вы правы.

Ваша книга тоже читается иначе. То, что в ней, приблизилось. Почувствовали дыхание.

А «Пожар» Распутина — не про то: там обыденное сознание; выше он не смог — так я чувствовал и прежде.

Александр Михайлович, поверьте, думаем, помним, печалимся — вместе с Белорусью, вместе с Вами. Нехорошо на душе.

Плохо жить с чувством, что кто-то распоряжается твоей жизнью и тебе оставлено — слушаться тех, кто над тобой, всеведающих, всезнающих, всепредусматривающих и т.п.

Это чувство долгое, давнее и с годами мало меняется...

До встречи в Москве.

Всего самого доброго Вашим близким. Будьте здоровы.

Ваш Игорь Дедков.

А.М. Адамович — И.А. Дедкову

[28.7.86]

Дорогой Игорь Александрович!

Да, такая статья77 стоит мессы! Хотя хорошо бы и «мессу»: сам, узнав, кто теперь редактор «НМ», нашептывал интригански ему по телефону, что хорошо бы вот кого в замы. Но и опять-таки думаешь: а сохранится ли костромской критик в московском климате? Нет, все-таки нужны Вы в «НМ»!

Вот сколько противоположных чувств.

Без крымовской лести-самолести можете поверить, что после статьи Виссариона о Боратынском ничего похожего не было, не написано. Как ни уворачивался, ни увертывался роман и автор-герой, но лишь подставили все бока, и все, все высвечены, и насквозь. После этого у автора несколько вариантов поведения.

1. Наконец очнуться и вернуться к самосознанию «Батальонов» и «Тишины»;

2. Вызвать на дуэль критика за последнюю фразу;

3. Объявить критика агентом сионизма, а еще лучше — тайным «полужидком» (что он давно «выяснил» насчет Адамовича).

Думаю, что примет вариант третий как единственный, характеризующий его нынешний тип мышления и поведения.

Увы, как ни жаль такое видеть!

Люблю читать (роман ли, критику ли), когда на каждом шагу такая вот мысль: а я так вот не смог бы, не сумел бы! Во-первых, убеждаешься, что сам ты хороший и самокритичный. А во-вторых, радость лентяя, что кто-то за него сделал дело.

Так я читал «Матеру», так — эту статью. И рад, что вы оба есть. Ну и еще кое-кто. А это немало даже для 1/6.

Дела у нас тут не простые. Спасал народонаселение, я своим письмом-обращением78 сильно обидел местное начальство. В лучших чувствах обидел: нам и только нам знать, что хорошо, а что плохо для вас! Ну а поскольку до Бога высоко, а до царя далеко, а они — рядышком, дальше все можно предвидеть. Но тот же Виссарион любил пословицу: Бог не выдаст — свинья не съест!

Ваш А. Адамович

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

19.8.86

Дорогой Александр Михайлович,

ничего-то после моей статьи не случится — кроме каких-нибудь каверз. Они-то меня и достанут. Незаметно.

Я был очень рад, что Вы мне написали. Поддержка — великое дело. Ваша — мне особенно дорога.

Ругательств мне пока не шлют. Думаю, обойдется без них. Разве что в каком-нибудь журнале, вроде «Нашего современника»...

Про «Новый мир» — тихо. Я и рад. Лезть в эти московские интриги совсем не хочется. Не лучше ли мне сидеть в костромской яме и выбрасывать наверх сочинение?! Душа хоть на месте...

Вот, говорят, надо опираться на таких, как Белов... А Вы читали его роман «Все впереди»? Его губят и — вдруг?! — могут загубить ложные идеи, которым он поддается. Художникам бы художествовать, — если они художники, — а не умствовать. Ума для независимости не хватает, а зависимый ум — у художника! — беда! если дать волю таким заемным идеям и страстям...

Как-то Беларусь? Быков пишет, что всего наросло много, да радости мало. А когда нарастет то, что посеяно 26-го числа?!

В.В. прислал мне письмо по поводу моей рецензии в «Известиях».79 Очень хорошее письмо, но про статью о Бондареве — ни слова. Я его понимаю. Он правильно про-молчал.

Чем Вы заняты, Александр Михайлович? Кино все влечет Вас? Или лучше бы — проза?! Верите ли Вы, что в литературе возможен поворот к лучшему? Ну а если Дудинцев и все прочее пойдет с сокращениями и исправлениями? Что тогда? Так мы привыкли к худшим вариантам, что отвыкнуть трудно.

Будьте здоровы. Мой привет Вашей жене и всей семье Вашей.

Игорь Дедков

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

16.11.86.

Дорогой Александр Михайлович,

спасибо Вам за книгу, за то, что меня туда вставили!

Я расширил круг своих белорусских героев, написав для «Д р[ужбы] народов» о новом романе Козько80. Надеюсь, что расширю еще, чуть позже.

Времена я переживаю смутные. Приближается январь, а в первом номере Залыгин намеревался обнародовать новую редколлегию. В. Костров уже стал замом Залыгина; я же пребываю в неведении. До Вас, наверное, дошли слухи о пленуме московской организации, где возмущались статьей О. Кучкиной в «Правде» («Странная литература»), а Бондаренко — мной? Я же думаю, что Кучкина права, и Белов (принявшись служить идеям темным и постыдным) потерпел поражение как художник...

Как я хорошо жил, — думаю я теперь, — пока не согласился ждать «нового назначения»! Чем дальше, тем больше я подозреваю, что оно не состоится, и жду, когда это бремя исчезнет...

Посмотрите «Простор» № 10 с «лагерной» повестью А. Никольской81. Или уже прочли?

Новые редактора увлеклись, м.б. излишне, борьбой за разные сочинения. Это привносит нервность в отношения.

Помните ли Вы имена тех, кто писал в «Огонек» в 69-м против Твардовского? После трифоновских воспоминаний я перечитал то письмо. Этот документ просто так не перечеркнешь. Вот имена «победителей» (тех, кто живы): М. Алексеев, С. Викулов, С. Воронин, А. Иванов, П. Проскурин, Н. Шундик, С. Смирнов. Там же были В. Чивилихин и В. Закруткин. Они-то и стали определять многое в лит. жизни и посейчас многое держат в руках.

А ведь Сергею Павловичу придется делать выбор... И я — малая частица того выбора...

 

Как Ваша жизнь? Вы так много ездите! Или теперь — дома?

Благодаря Вам я повидался тогда с Быковым. Это скрасило все мои московские впечатления. Стало полегче.

Поклон Вашей жене. Будьте здоровы.

Игорь

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

[Дек.86.]

Дорогой Александр Михайлович, с Новым годом! Здоровья и благополучия Вам и Вашим близким!

То-то дома, должно, хорошо после странствий и больницы!

Я недавно пробыл в Новгороде82, а возвращался с радостью — поскорее бы.

Хоть и коротко, но мы поговорили с Залыгиным, и он все опять в который раз подтвердил, и я после этого отказался от других вариантов. Вести «двойную игру», выгадывать — не по мне. Нужен — берите; нет — значит, не судьба. Мне не все равно, зачем ехать в Москву. Но, кажется, — я поверил, что надежда есть. Тем более что преграда не на самом «верху», а в писательской нашей конторе, которая полностью сохранила свою явную, а тем более тайную силу. Такие дела.

Ну а злобствуют, и толпой — на одного, — это нормально. Защита соответствует тому, что защищают.

Как-то Ваше здоровье, Александр Михайлович? Перед лицом такого вопроса, — все теряет значение. Подлечили ли Вас как следует?

Рады ли Вы за «Знамя»? Да и в других журналах («Простор», к примеру) есть перемены.

30 лет спустя мы начинаем новую попытку — вот так цикл! — долго же надо жить, чтобы хоть что-нибудь увидеть. Дорого обошелся народу этот виточек! И все-таки я с радостью вспоминаю далекое время и радуюсь, что оно было ненапрасно и мы были правы — еще тогда.

Будьте здоровы и счастливы.

Игорь

И.А. Дедков — А.М. Адамовичу

24.4.87.

Дорогой Александр Михайлович,

говорят, Вы все путешествуете? А Елена Ивановна Изгородина, — как говорили в школе, — велит мне написать Вам письмо, где было бы сказано, что я допишу к своей книжке о Быкове, надеясь на ее переиздание... Она же пишет, что Вы согласились написать рецензию, чтобы переиздание (с дополнениями) произошло. Если Вы это сделаете, буду очень благодарен. Я намереваюсь дописать 6 листов (т.е. всего будет 18). Свои рассуждения о повести «Пойти и не вернуться» (возможно, Вы читали их в «Лит. обозе»: там был спор с Золотусским83) я, вероятно, как-то присоединю к старому тексту. А вот «Знак беды» (мою версию Вы тоже читали) и «Карьер» (были мои рецензии в «Известиях» и «Лит[ературном] об[озрении]») я выделю в отдельную главу типа «Новый Быков» (конечно, назову иначе). Войдет и разбор «Тумана», которого я не читал. То есть Вам понятно, что прибавится. О «Знаке беды» я надеюсь сказать лучше и больше того, что писал...

Недавно, — в первых числах апреля, — разговаривал с Залыгиным. По его инициативе. У него разговор один: нежданное, странное и т.д. сопротивление в СП. Но попутно меня упрекает: зачем зацепили Белова (в «Знамени»84)? И попутно спрашивает: а пишу ли я книгу о Бакланове? (Я, кстати, и рад бы ее писать, да не получается со временем.)

Такие дела и московские настроения. Я из-за всего этого не горюю. От лит[ературной] Москвы вообще лучше бы держаться подальше.

Белова «зацеплять» нельзя, а «Роман-газета» разнесла его роман по стране, и люди будут «изучать» этот «учебник жизни»!

 

Или Вы — совсем увлеклись кино? Я читал, что Вы — пред[седатель] жюри смотра документального фильма?

«Пастораль» я прочел; Вы ступили там на земли фантастики. Кажется, что мысль там спрятана (откровенной публицистики нет), но мысль там сильнее чувства, и ее акценты сильнее прочих; возможно, к этой Вашей вещи надо привыкнуть.

Было приятно читать Ваши ранние повести — «Агнию» и «Последний отпуск». Это я читал тоже недавно.

С наступающими майскими праздниками!

Самые добрые пожелания Вашей жене.

Будьте здоровы. Игорь Д.

Примечания

Даты писем, заключенные в скобки, определены по почтовому штемпелю.

1 В.В. Быков имел в виду Валентина Дмитриевича Оскоцкого, литературоведа и литературного критика, который нередко бывал в Белоруссии.

Совсем недавно на русском языке вышла книга воспоминаний В.В. Быкова «Долгая дорога домой» (М. 2005; перевод с белорусского В. Тараса). Она стала последней книгой писателя. В.В. Быков пишет: «В один из вечеров на квартире у Валентина Оскоцкого познакомился с очень уважаемым мною критиком Игорем Дедковым. Он давно жил в Костроме, в Москве появлялся редко. Дедков был автором глубоких и умных статей о современной литературе, в том числе белорусской. Личное знакомство не осталось шапочным — иногда Игорь присылал мне в Гродно теплые письма, через несколько лет написал содержательную работу о моем творчестве. Виделся я с ним не часто, но постоянно чувствовал его внимание к моей писательской судьбе, его присутствие в моей жизни».

В.В. Быков вспоминает несколько встреч с И.А. Дедковым, в том числе в Минске в 1983 году, в Нью-Йорке — в 1988 году на Генеральной Ассамблее ООН, на которой выступил М.С. Горбачев, а Быков и Дедков были в составе советской делегации деятелей культуры. Последняя встреча состоялась в Москве в смутном 1992 году.

2 Вероятно, О.А. Авдеева, сотрудник редакции журнала «Наш современник».

3 Дедков И. Возвращение к себе. М.: Современник. 1978.

4 Эти публикации не состоялись.

5 Дедков И. Василь Быков: Очерк творчества. М.: Советский писатель. 1980.

6 Приписка к изображению на открытке, на ней — памятник Ленину в Костроме, открытый в 1928 году.

7 Писатель Владимир Осипович Богомолов (1926—2003).

8 А.М. Адамович опубликовал в журнале «Новый мир» (1980, №№ 6, 7) статью «О войне и о мире...», которая вызвала споры в литературных кругах.

9 Бондарев Ю. Выбор. Роман // «Наш современник», 1980, №№ 10, 11.

10 Дедков И. Когда рассеялся лирический туман... О «московской прозе» // «Литературное обозрение», 1981, № 8.

11 Литературная премия Союза писателей СССР за критические статьи 1980 года и за книгу «Василь Быков».

12 Рецензия костромского журналиста Е. Голубева «На реальной войне» («Неман», 1982, № 6) на книгу И. Дедкова «Василь Быков».

13 Повесть В. Быкова «Знак беды» планировалась к публикации редколлегией журнала «Дружба народов» на 1982 год, но была задержана цензурой и увидела свет только в 1983 году («ДН», № 3, 4).

14 В стране отмечали столетие со дня рождения народного поэта Белоруссии Янки Ку-палы.

15 Рецензия И. Дедкова «Неостывшая зола старого пепелища» на повесть В. Быкова «Знак беды» (на белорусском языке) была опубликована в газете «Лiтаратура и мастацтва» (1982, 15 окт.), которую в то время редактировал прозаик Александр Александрович Жук. Ныне главный редактор журнала «Неман».

16 Быков В. Дожить до рассвета. Повести. Барнаул. 1982. Послесловие «Непобежденные» написано И. Дедковым.

17 Вот эти строки:

«...и снова нам падать, падать.

А что после нас? Печаль?

Печаль — не слишком ли скупо

для смолкшей бури желаний,

печаль — не слишком ли смутно —

для смертных наших трудов?»

18 Писатель А.М. Адамович был заместителем председателя Комиссии СССР по делам ЮНЕСКО.

19 О творчестве С.П. Залыгина И. Дедков писал в то время книгу.

20 Игорь Дедков. Под знаком беды // «Новый мир», 1983, № 10.

21 Ирина Михайловна Быкова, жена писателя В.В. Быкова.

22 Отмечалось 60-летие В.В. Быкова.

23 Игорь Дедков. «Момент правды остается определяющим...» (К 60-летию В.В. Быкова) // «Север», 1984, № 6.

24 По повести А. Адамовича «Каратели» режиссер Э.Г. Климов снимал кинофильм «Иди и смотри».

25 Короткевич Владимир Семенович (1930—1984) — белорусский поэт, прозаик, драматург. Василь Быков был одним из редакторов и инициатором издания собрания сочинений В.С. Короткевича в 8 томах (Минск, Мастацкая лiтаратура. 1987), написал к нему предисловие «От родной земли».

26 «Литературная газета» 19 декабря (№ 51) 1984 г. опубликовала статью И. Дедкова «Диктует время: Размышления о современной критике» под рубрикой «Портрет с авто-графом».

27 На той же полосе «Литературной газеты» была опубликована статья А. Адамовича о творчестве И. Дедкова «Живет в Костроме критик».

28 Дедков И. Сергей Залыгин: Страницы жизни, страницы творчества. М.: Современник. 1985.

29 После публикации рецензии И. Дедкова «Перед зеркалом, или Страдания немолодого героя» («Вопросы литературы», 1986, № 7) на роман Ю. Бондарева «Игра» в прессе начались нападки не только на рецензию, но и на все творчество Игоря Дедкова.

30 В тексте письма есть рисунок рукой В.В. Быкова.

31 Быков В. В тумане. Повесть // «Дружба народов», 1987, № 7.

32 Залыгин Сергей Павлович в 1986—1997 годах был главным редактором журнала «Новый мир». Речь шла о приглашении И.А. Дедкова на работу в редакцию журнала, которое сделал С.П. Залыгин, но оно не получило практического решения.

33 Вознесенский Андрей. Совесть мысли // «Известия», 1987, 5 дек. А. Вознесенский, в частности, писал о том, что не состоялись Симоновские чтения на Буйницком поле в Белоруссии, где развеян прах К.М. Симонова.

34 Коваленко Виктор Антонович — белорусский критик, литературовед, прозаик.

35 Павлов Савелий Ефимович — в то время заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК КПБ. Был членом Союза писателей Белоруссии (исключен).

36 Севрук В.Н. — зам. заведующего Отделом пропаганды ЦК КПСС в те годы.

37 В декабре 1987 года проходил III пленум Союза кинематографистов СССР. Отчет о нем см. в газете «Советская культура» (12 дек. 1987). Выступление А.М. Адамовича в отчете только упоминается, но не цитируется.

38 Газета «Советская культура» 3 октября 1987 года опубликовала письмо «Кто украл “фонарь гласности”?» Авторы его — Василь Быков, Светлана Алексиевич, Александр Дракохруст, Наум Кислик, Виктор Козько, Алесь Рязанов, Валентин Тарас, Константин Тарасов выступили в защиту Алеся Адамовича, против серьезных политических нападок, с которыми обрушился на него минский журнал «Политический собеседник». Кандидат философских наук В. Бегун в своей статье обвинял Адамовича в буржуазном пацифизме, художника Марка Шагала — в сионизме, а драматурга Михаила Шатрова — в злонамеренных происках.

39 Сидаревич Анатоль Михайлович — белорусский литературный критик. В 2000 году опубликовал в журнале «Неман» (№№ 10 и 11) «Письма русского интеллигента» (Письма И.А. Дедкова — А.М. Сидаревичу 1982—1993 годов).

40 Речь идет о встрече деятелей науки и культуры в ЦК КПСС в начале января 1989 года. О выступлении В.П. Астафьева вспоминает Быков в своих мемуарах.

41 Шла подготовка к открытию Первого съезда народных депутатов СССР.

42 Быков В.В. Обелиск. Сотников. М.: Детская литература. 1988. Вступительная статья И. Дедкова «Уроки мужества».

43 Медведев Вадим Андреевич (р. 1929) — в 1986—1988 годах член Политбюро ЦК КПСС, заведующий Отделом ЦК КПСС, в 1990—1991 годах член Президентского совета СССР, с 1992 года — советник М.С. Горбачева в Горбачев-Фонде.

44 Дедков И. Василь Быков: Повесть о человеке, который выстоял. М.: Советский писатель. 1990. Эта книга была фактически написана заново.

45 Коллектив журнала «Дружба народов» приглашал И. Дедкова принять участие в выборах на должность главного редактора.

46 Дедков И. Возвращение к себе. М.: Современник. 1978.

47 Дедков И. Тотальные аргументы Александра Проханова, или Жизнь по-новому // «Литературная учеба», 1980, № 3.

48 Адамович А. О войне и о мире... // «Новый мир», 1980, №№ 6, 7.

49 Алесь Адамовiч, Янка Брыль, Уладзiмiр Калеснiк. Я з вогненнай вески... Мiнск. 1975.

50 Вероятно, это был сборник литературно-критических статей И. Дедкова «Возвращение к себе». М.: Современник. 1978.

51 Холопов Бронислав Борисович (1934—2000) — писатель, очеркист. С 1970 г. возглавлял отдел очерка в журнале «Дружба народов», в 1988—1992 годах — зам. главного редактора в этом журнале.

52 Баруздин Сергей Алексеевич (1926—1991) — писатель, главный редактор журнала «Дружба народов» в 1966—1991 годах.

53 Гусев Геннадий Михайлович — публицист, литературный критик.

54 К письму прилагается русский текст статьи А. Адамовича «Надо ли бояться «чужих» классиков?»

55 Дедков И. Василь Быков. Очерк творчества. М.: Советский писатель. 1980.

56 Так у автора письма.

57 Кузьма Чорный (Николай Карлович Романовский) (1900—1944) — белорусский писатель. У А.М. Адамовича — кн.: Кузьма Чорный. Уроки творчества. М. 1977.

58 Это письмо в сокращенном виде было опубликовано в журнале «Дружба народов», 1995, № 3. С. 170—171.

59 Озеров Виталий Михайлович (р.1917) — критик, литературовед, член правления СП СССР.

60 Быков В. Знак беды. Повесть // «Дружба народов», 1983, №№ 3, 4.

61 Дедков И. «Когда рассеялся лирический туман...» О «московской прозе» // «Литературное обозрение», 1981, № 8.

62 Дедков И. Во все концы дорога далека. Ярославль. 1981.

63 Богомолов Владимир Осипович.

64 Гусев Владимир Иванович — литературный критик, прозаик.

65 Дедков И. О, эти наши предки, эти наши герои... В кн.: Друцэ И. Белая церковь. Бремя нашей доброты. М. 1983.

66 Адамович А. Собрание сочинений в четырех томах. Т. 3. Минск. Изд-во «Мастацкая лiтаратура». 1982.

67 После гибели П.М. Машерова в октябре 1980 г. первым секретарем ЦК Компартии Белоруссии стал Т.Я. Киселев, умер в январе 1983 г.

68 В апреле 1983 г. Дедков побывал в Минске, выступал на научной конференции «Литература о войне и проблемы века», которую проводили Институт им. Я. Купалы АН БССР и Союз писателей Белоруссии. Беда, о которой упоминает Игорь Александрович, — внезапная болезнь В.В. Быкова.

69 Ю.Ф. Карякин, философ, литературовед. Имеется в виду его выступление «Не опоздать! (О времени живом и мертвом)» на минской научной конференции. См. сб. «Литература о войне и проблемы века». Минск. 1986.

70 Рукопись книги Алеся Адамовича «Ничего важнее. Современные проблемы военной прозы» (М. 1985).

71 Шелл Дж. Судьба Земли. М.: Прогресс. 1982.

72 Короткая приписка к приглашению А.М. Адамовича на юбилейный вечер Дедкова, который проводила Костромская писательская организация к 50-летию критика.

73 В.В. Быкову в 1984 году было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

74 Дедков И. Идем и смотрим // «Северная правда», 1986, 8 февр. Позднее рецензия И. Дедкова на кинофильм режиссера Э. Климова по повести А. Адамовича «Каратели» вошла в сб.: Дедков И. Обновленное зрение. М.: Искусство. 1988.

75 В 1986 г. в Минске вышел наконец сборник «Литература о войне и мире» по материалам республиканской научной конференции 1983 г.

76 Вероятно, имеются в виду публикации: Дедков И. От имени поколения // «Дружба народов», 1985, № 11 и Дедков И. Правдой единой // «Литературная газета», 1986, 19 марта. Рецензия на повесть В. Быкова «Знак беды».

77 Дедков И. Перед зеркалом, или Страдания немолодого героя // Вопросы литературы, 1986, № 7.

78 В предыдущих письмах А.М. Адамович сообщал о встрече с М.С. Горбачевым и о своем письме в ЦК КПСС, в котором рассказал о реальных последствиях чернобыльской катастрофы для Белоруссии.

79 Дедков И. Дойти до сути // «Известия», 1986, 10 августа. Рецензия на повесть В. Быкова «Карьер».

80 Дедков И. Гибель и возрождение сада // «Дружба народов», 1986, № 12. Рецензия на роман В. Козько «Сад, или Запутанный след романа», опубликованный на белорусском языке в журнале «Полымя» (1986, №№ 7—9).

81 Никольская А. Передай дальше! Повесть // «Простор», 1986, № 10.

82 В Новгороде состоялось выездное заседание Совета по прозе СП РСФСР. Совет по прозе в то время возглавлял С.П. Залыгин.

83 Золотусский И. Быков против Быкова; Дедков И. Быков верен Быкову // «Литературное обозрение», 1978, № 12.

84 Дедков И. Былое и настоящее. К 175-летию со дня рождения А.И. Герцена // «Знамя», 1987, № 4.

Публикация и примечания Т.Ф. Дедковой



Пользовательское соглашение  |   Политика конфиденциальности персональных данных

Условия покупки электронных версий журнала
info@znamlit.ru