Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
№ 8, 2017

№ 7, 2017

№ 6, 2017
№ 5, 2017

№ 4, 2017

№ 3, 2017
№ 2, 2017

№ 1, 2017

№ 12, 2016
№ 11, 2016

№ 10, 2016

№ 9, 2016

литературно-художественный и общественно-политический журнал
 
 

Выставка в галерее журнала “Знамя”

март 2012 года

 

Марина Попова

 

Я росла в Киеве в семье искусствоведов. Там же закончила художественную школу. Думаю, что склонность моя к писательству, впервые проявилась в пятом классе. Подслушаный разговор взрослых о неминуемой войне (карибский кризис), так впечатлил меня, что в ночном кошмаре мне явилась атомная бомба. Она упала на землю, но не взорвалась и стала искать место где взорваться, чтобы унести за собой побольше жизней. Сон я описала и получила третью премию детского литературного конкурса города Киева. Не удивительно, что когда я переходила из ненавистной общеобразовательной школы в художественную, учительница русского языка и литературы рыдала на плече у учителя украинского языка, который абсолютно не разделял ее сентементов.

 

Позже я поступила на факультет прикладного искусства Московского Текстильного Института. Моя дипломная работа (дизайны для крепдешиновых тканей) получила медаль ВДНХ и “вся” Москва середины 70-х щеголяла в моих орнаментах.

 

Преподавала я в Краснопресненской художественной школе и работала в Московском конструкторском бюро моды (КХСБ).

 

Став членом молодежной секции Московского Союза художников в 1975 г., начала выставляться.

 

С 1980 года я живу в Канаде (Монреаль), где сформировалась как художник - монументалист.

 

Я обожаю архитектуру. Для меня пейзаж не пейзаж, если где-нибудь не приткнется маленькая церквушка, или какие-нибудь римско-греческие развалины, или современные формы эксперементальных архитекторов. Меня завораживает настенная живопись, как равноправная часть архитектуры. На американском континенте и вообще в современной архитектуре мне повезло – много монументальных сооружений, много стен и пространств, на которых мне было позволено пастись, как коровам на альпийских лугах. Вот я и “наваяла” много настенных росписей для административных зданий, фармацевтических и компьюторных фирм, театров, казино, отелей, школ и вокзалов в Канаде, США, Аргентине, Китае и России.

 

В 1999 г. я стала членом московского союза художников секции монументального искусства.

 

До того, как “уйти с головой” в архитектуру, я преподавала живопись в коледжах Канады; в университетах читала лекции о женщинах русского авангарда; работала внештатным сотрудником на русской программе канадского радио – готовила и вела передачи о культурных событиях Монреаля.

 

Одновременно, я всегда занималась живописью и участвовала в выставках.

 

Мои живописные и графические произведения находятся в частных и музейных коллекциях, таких как: Государственная Третьяковская галерея, Государственный музей изобразительного искусства им. А.С. Пушкина, Государственный русский музей, Санкт-Петербург, Музей современного искусства, штат Нью-Джерси, США, Музей современного искусства, Москва, Министерство иностранных дел Канады, Отава, Chase Manhattan bank, Нью-Йорк, Milbank, Tweeed, Handly & McCloy, Нью-Йорк, White Mountain Academy of the Arts, Ontario, Канада, Королевский банк, Канада и др.

 

Говоря о живописи... - я всегда хотела выдумывать истории с завязкой, кульминацией и развязкой, но как художник боялась впасть в “литературщину”, т.е. фабульность, которая с конца XIX в. осуждалась художниками авангардистами и модернистами.

 

Во многом по этой причине я стала художником-абстракционистом (беспредметником), что позволило мне зашифровывать различные сюжеты при помощи цвета и формы.

 

Некоторые композиции на выставке в редакции Знамени отражают мое недавнее увлечение математикой, визуальной эстетикой ее графики - ведь их можно превратить в зримые образы, геометрические, чаще всего очень сложные и необычные по конфигурации. Мне чудится в этих фигурах, объемах и формулах, некая определенность мировых процессов, возможность, если не увидеть их, то представить.

 

Мне часто не хватает цвета и формы, чтобы самовыразиться и тогда я ввожу в свои работы завуалированный текст.

 

Несколько лет назад я поняла, что от себя не убежишь, и в дополнение к живописи, я стала “выходить” в компьютер и развивать свои сюжетные истории при помощи букв, запятых, точек и тире. Стали получаться рассказы с выдуманными и полу-выдуманными сюжетами. Так из из абстрактной живописи я “прыгнула” в реалистические, “исповедальные” рассказы. В экспозицию выставки включена давно написаная картина с моим фотографическим изображением в очень юном возрасте, что удивительно точно совпало с возрастом лирической героини в рассказе “Крибли-крабли-бумс”, напечатанном в 10 октябрьском журнале Знамя.

Яндекс.Метрика info@znamlit.ru